Эдгар По - Герви Аллен

Большую часть времени занимали переписка относительно «Пенна» и наблюдение за печатанием и рассылкой цитировавшегося выше проспекта. Творческий застой в этот период можно приписать и постепенно одолевавшей его осенью 1840 года болезни, из-за которой он слег в декабре, оправившись лишь к середине января следующего года. Достоверно известно, что после скандала с Бэртоном По снова впал в нервное расстройство. Что явилось причиной, а что — следствием, сказать трудно. Переплетения их были слишком сложны.

В октябре 1840 года Бэртону удалось продать «Джентльменс мэгэзин» за 3500 долларов Джорджу Грэхэму, владельцу бесцветного и малоинтересного ежемесячника «Эткинсонс кэскет», издававшегося в Филадельфии в течение десяти месяцев. На деньги, вырученные от этой сделки, положившей конец его литературным амбициям, Бэртон купил известный в Филадельфии цирк «Кукс олимпик», где снова смог посвятить себя настоящему своему призванию — антрепренера и паяца.

Глава девятнадцатая

Сделавшись владельцем «Джентльменс мэгэзин», мистер Грэхэм решил, что ему незачем издавать целых два журнала, сочтя более разумным слить их в один, который получил название «Грэхэмс мэгэзин». Не забыл он и о молодом редакторе Бэртона — 18 января По имел с Грэхэмом беседу, и между ними было заключено соглашение, сулившее По самые выгодные условия, на каких ему когда-либо доводилось работать. Опыт с Уайтом и Бэртоном кое-чему его научил, и теперь он с самого начала откровенно рассказал новому патрону о своем желании открыть собственный журнал и иметь возможность оказывать влияние на характер грэхэмовского издания, если займет кресло его редактора. Их договор поэтому был до известной степени компромиссом.

Отказываться от идеи «Пенна» По не собирался, однако предпочел некоторое время выждать. В случае, если новый редактор докажет свои способности, Грэхэм обещал поддержать его начинание или взять По в компаньоны — в зависимости от обстоятельств. А пока По предоставлялось право принимать значительное, если не решающее, участие в руководстве деятельностью журнала, публиковать в нем свои рассказы, стихи, статьи и рецензии и, самое главное, добиваться, чтобы страницы его осветились блеском имен и таланта наиболее известных литераторов тех лет.

Джордж Рекс Грэхэм, которому предстояло сыграть важную роль в карьере По, был по-своему замечательным и, в общем, не лишенным способностей человеком. Сын филадельфийского коммерсанта, разорившегося во время одной из частых тогда биржевых паник, Грэхэм еще подростком выучился столярному делу. чтобы заработать на жизнь. Позднее он изучал право и был допущен к адвокатской практике в 1839 году. Тогда же он стал одним из редакторов газеты «Сэтэрдей ивнинг пост» и купил журнал «Эткинсонс кэскет». Основав в 1841 году «Грэхэмс мэгэзин», он положил начало самому плодотворному и успешному периоду своей издательской деятельности. Грэхэм был первым в Соединенных Штатах, кому удалось создать крупный журнал национального значения, выходящий многотысячными тиражами, который можно считать предтечей современных американских изданий подобного рода. В таком предприятии опыт, идеи и дарования По могли очень пригодиться Грэхэму, обладавшему превосходнейшим чутьем в выборе помощников.

Грэхэм объявил, что «стремится найти золотую середину между тяжелой и скучной литературой, которую читают только тори, и слащавой сентиментальностью, ставшей лейтмотивом эпохи». Кроме того, он по-новому подошел к вознаграждению сотрудничающих с ним авторов, намного увеличив гонорары. Лонгфелло, например, получал за стихотворение 50 долларов, часто и больше. Поэту-песеннику Джорджу Моррису заранее гарантировалась такая же сумма за любую написанную им песню, как бы плоха она ни оказалась. За роман «Острова в заливе» («Джек Тайер») Фенимору Куперу заплатили 1800 долларов, хотя Грэхэм сам признал, что эта публикация не прибавила журналу ни единого нового подписчика. Щедро платили и другим писателям — разумеется, учитывая степень одаренности и популярности. Печатавшиеся в журнале гравюры стоили от 100 до 200 долларов за доску, а вместе с типографскими издержками — краска и бумага были самыми дорогими — около 500. Словом, в расходах на журнал мистер Грэхэм не скупился, и эта щедрость окупалась сторицей. К сожалению, распространялась она не на всех. Молодой редактор журнала «Грэхэмс мэгэзин», «охватывающего все области литературы, с гравюрами и рисунками мод, а также нотами музыкальных пьес в переложении для фортепиано, арфы и гитары», получил жалованье, которое иначе, как скудным, не назовешь, — всего 800 долларов в год.

За статьи, рассказы и стихотворения, которые он писал в добавление к своей обычной работе, По платили совсем небольшое вознаграждение постранично; в сравнении с ним гонорары Лонгфелло и других казались просто баснословными. Быть может, это обстоятельство в определенной степени повлияло на отношение По к своим более удачливым собратьям по перу из Новой Англии, ибо в славе их было — но крайней мере, в прямом смысле, — больше золотого блеска, чем в его собственной. Нет сомнений, что отсрочить выпуск «Пенна» По согласился лишь в обмен на обещание прибавки к жалованью по истечении шести месяцев работы, а также в предвидении возможности сделаться через год совладельцем «Грэхэмс мэгэзин». Журнал начал печататься, имея 5 тысяч подписчиков, а спустя всего год число их достигло 40 тысяч. Какова бы ни была роль, которую сыграли деловые способности Грэхэма, большая часть этого феноменального успеха, безусловно, принадлежит По, ибо с 1 января 1841-го по апрель 1842 года он, по существу, безраздельно властвовал над судьбами журнала.

К несчастью, именно то, что успех был столь велик, вызвало у Грэхэма нежелание делить его со своим редактором или принимать участие в осуществлении заветного плана По, от которого тот, однако, упорно не хотел отказываться. Отношения с Грэхэмом стали повторением — в более широком смысле и без досадных личных распрей — его отношений с Уайтом и Бэртоном. Все те же пресловутые «небрежности» с его стороны привели вновь к осложнениям, теперь более серьезным, и та же призрачная мечта сделаться хозяином собственного таланта продолжала смущать его ум, нe позволяя всецело подчинить себя чужим интересам.

Редакция журнала, где теперь работал По, помещалась на верхнем этаже трехэтажного кирпичного здания на Честнат-стрит. Сюда По являлся почти каждый день, совершая пешую прогулку с Коутс-стрит через весь город. Здесь, за редакторским столом, он писал статьи и рассказы, которые на протяжении следующих полутора лет волновали воображение читателей, умножая славу их автора.