Трофей генерала драконов (СИ) - Лунёва Мария

— Что значит неважно? — рявкнул мой дракон. — Я желаю знать...

— Это я оставил Алисию умирать в ущелье, — неожиданно сознался лерд. — Давай, дракон, мсти...

— Не смейте устраивать драку! — выкрикнула я, прежде чем хоть кто-то сдвинулся с места.

— Ты покойник! — процедил Калле, игнорируя меня.

— Да хватит! Я умоляю вас. Довольно! Где его браслет, Критес?

Я, как могла, сглаживала все углы, не желая видеть разборки мужчин.

— Я уже устал повторять — не брал его, — брат шипел не хуже змея. — Не брал, слышите! Да и где я должен был его достать?

Злится. Кажется, его терпение подходит к концу. В таком состоянии он был максимально честен. Как и отец, Критес не умел сдерживать ярость и в такие моменты не следил за тем, что говорит.

— В ущелье, — взглянула ему в глаза.

— Было уже темно, когда я примчался туда. Думал, ты сбежала, потому что эта ящерица улетела...

По руке Калле поползла чешуя, но он молчал.

— Дальше, Критес, — шепнула я.

— Что дальше? Я повторяюсь! Пошел по бревну на поляну, осмотрел там все и когда возвращался — заметил бледное пятно на дне. Присмотрелся и до меня дошло, что это ты...

Он умолк, но что было потом, я уже слышала. Решил повернуть ситуацию в свою пользу.

— Да, ты всегда меня ненавидел, — мне стало так обидно.

Я так и не поняла за что меня. Ведь я не сделала ему ничего плохого.

— Неправда, — он поморщился, словно ему неприятно было обнажать душу, — я просто желал стать лучшим из детей. Хотел, чтобы отец перестал попрекать меня твоей ящерицей, которая и с мечом ловко управляется, и маг весь из себя. Ты, как был показушником, Фроди, так и остался. Не ее я ненавидел, а тебя!

— Знаешь какая между нами разница, маговский огрызок? — Калле сжимал ладони в кулаки. — Я бы никогда не оставил никого на дне ущелья. Да я бы на брюхе сползал вниз, лишь бы спасти ее.

— А чего же ты не примчался раньше, чтобы помочь ей? — взревел Критес.

— Да потому что ты написал мне письмо! — лицо дракона покрыла чешуя, в этот момент он был на себя непохож.

— Хватит обвинять меня в том, что я не делал! Какое письмо? Я ждал тебя, гаденыша, все эти годы. Все гадал, когда ты явишь свою морду этому лену. Жил как в последний день! Прожигал все. Лишь бы тебе не досталось. Я знал — явишься, не сегодня так завтра. Да я страстно желал узреть выражение твоей морды, когда ты увидишь Алисию... Когда поймешь, как твоя избранная страдала, пока ты прославлялся...

— Тварь! — Калле, быстро пересадив меня в кресло, ринулся на него. — Ты покойник, огрызок!

Закрыв лицо руками, я пыталась справиться с подступающими слезами.

Удары не прекращались.

— Калле, если ты сейчас убьешь брата, то можешь убираться вместе с ним из моей жизни! — взревела, просто не в силах сдержать эмоции.

— Алисия... — он замер.

— Что? — меня понесло. — Двадцать лет прошло. Тогда нужно было его бить, а сейчас я уже калека.

— Алисия, я...

— Да, ты виноват и он виноват. Может, кто-нибудь уже подумает обо мне?!

Поднявшись, Калле запустил пятерню в волосы и шумно выдохнул. В воздухе взвилось облачко пара.

— Что, ящер? — Критес глухо засмеялся и тут же закашлялся, прижав ладонь к груди. — Придется наступить на горло своему совершенству и признать...

— ... что я не лучше тебя? — договорил за него мой дракон. — Да, маг, выходит, что не лучше. И хотел отбелиться, да не вышло. У тебя, к слову, тоже. И дураку понятно, что ты сюда прибежал.

Мне стало совсем горько, по щекам все-таки скатились слезы.

— Не плачь, сестренка, — Критес улыбнулся разбитыми губами, — я его понимаю. Всегда хочется выглядеть перед окружающими лучше, чем ты есть. А уж перед любимой... Наверное, на его месте я сделал бы то же самое. Наломали мы с ним дров. Оба. Но его хоть какое-то там письмо извиняет, а меня ничего.

— Мне нужен браслет! — Калле оскалился, глядя на него.

— Жениться не можешь? — Критес снова рассмеялся, морщась от боли. — А я все гадал, что ты ее к алтарю не тащишь. Спроси у наших сестриц, голову готов на плаху опустить — без них не обошлось.

— Они были детьми, — прошептала я.

— Не такими уж и детьми. Твоя Талья правильно их называет — змеюки, такими они и родились. — Он с трудом встал на четвереньки и пошатнулся. — Да, не судьба тебе меня добить, ящер. Второй раз сестра спасает. А я ведь поначалу зол был на нее за это. Слабаком меня выставила. Плясала с тобой на этом празднике, а я остался не у дел. Все потерял. Все к чему стремился... все потерял.

— Жизнь осталась, — процедил Калле. — Где эти мерзавки? Мне нужен мой браслет!

Глава 34

Напоив обезболивающим, Калле поднял меня на руки и вынес из комнаты. Устало обняв своего дракона, опустила голову на его плечо. Все, что происходило вокруг, мне не просто не нравилось, а жутко пугало. Прикрыв глаза, ощутила, как теплые губы касаются моих волос.

— Скоро все это закончится, — шепнул генерал. — Я найду браслет и смогу сделать тебе предложение, как того требуют традиции моего рода.

— Выходит, ты его искал все это время? — Запустив пальцы в волосы дракона, ощутила их мягкость.

От Калле все так же пахло океаном. Уткнувшись носом в ткань его рубашки, сделала глубокий вдох и улыбнулась.

— Да, Алисия, — Снова поцелуй. — Я ведь обещал его тебе. Клялся, что он только твой. Ты сплела мне столько украшений, а я не смог подарить тебе один-единственный браслет. Он мне нужен... Очень нужен.

— Ты мог попросить новый, разве не так?

Приподняв голову, заглянула в его глаза.

— Да, мог, — он закивал, — но это слишком долго. Ритуальные браслеты драконов не просто побрякушка. В них вкладывают магию рода, вплетают защитные символы... Это не просто обруч на руку. И я не помню ни одного случая, чтобы кто-то терял свой.

— Но с нами именно так и произошло, — прошептала я.

— Нет, — он сжал меня сильнее. — Я оставил его тебе. Да, совершил ошибку: нужно было ждать тебя до последнего. Самому прийти в ваш замок. Но...

— Ты сделал все правильно, — я нежно провела кончиками пальцев по его щеке. Легкая щетина приятно щекотала кожу. — Никто не знал, как оно получится.

— Я должен был быть умнее, — он поджал губы. — Сотни... тысячи раз я жалел, что не поймал тебя тогда на слове и не украл. Глупый! Нужно было взять тебя за руку и привести в свой дом. Отец бы помог и прикрыл. Мы бы выросли вместе, ты была бы здорова. Мы были бы счастливы.

— Будем, — выдохнула я, — все, что было, уже не важно.

Он лишь покачал головой. Между нами повисло молчание.

Сдвинув ладонь ниже на грудь моего мужчины, я почувствовала, как сильно бьется его сердце.

Впереди нас маячил шатающийся из стороны в сторону Критес. Вид у брата был донельзя жалкий, но, как ни странно, сейчас он словно приподнялся в моих глазах. Мерзавец, конечно, но все же...

Хватило смелости признаться. Ведь он не знал, как я поведу себя. Хотя... это же Критес. Хитрый лис.

Очень хотелось верить, что в его словах была хоть малая доля правды.

Может, когда-нибудь я и смогу простить ему то, что он сотворил. Но пока страшилась другого.

Неужели во всем этом замешаны мои сестры?!

Они же были детьми. Да злыми, да проказливыми, непослушными, но все же... детьми.

Я снова взглянула на Критеса. Но ведь и он был еще мальчишкой. Всего на год старше их. Но ему хватило подлости оставить меня умирать...

От всего этого разболелась голова...

Мы спустились в большой зал. Навстречу нам вышел хмурый Стейн. На его покрасневшей щеке красовался след от женской ладони.

— Не простила? — прошептала я, сообразив, чьих рук дело.

— Простила, — он тяжело кивнул.