Гарри Поттер и варианты бытия - Kancstc

отношения с Малфоями, то, что Джинни, местная Джинни, кидала на него влюблённые взгляды, всё это ничего не значило. Вся настоящая жизнь была там, откуда его так жестоко вырвал Дамблдор. Аспид выполз через рукав на кровать и свернулся клубочком на подушке.

– Хоссяин расстроен? – спросил он. – Твой друг чем-то обидел тебя?

– А он друг? – горько усмехнулся Гарри. – И был ли им когда-нибудь?

– Друсссья бывают глупы и черствы, но друшба как чашка. Если её расбить, это навсегда. Даше после ваших заклинаний чашка уже не будет прешшней. В ней всегда останется след того, што она была рассбита... Не торописсь рассбивать друшбу, когда ты обишшен...

– Может ты и прав, – ответил Гарри своему любимцу, погладил его и принялся разбирать вещи, отправляя что-то в шкаф, что-то в тумбочку, а что-то оставляя в чемодане, до лучших времён. Дело, которым он никогда раньше не занимался здесь. Шутка ли сказать, но свой прежний школьный чемодан он так до конца и не разбирал. Ни разу!Начиная с первого курса. В отличие от своей жизни там.

Закончив это не столь приятное, но необходимое, дело Гарри вздохнул и направился в гостиную. Не то чтобы он очень хотел присоединиться к остальным гриффиндорцам, но куда-то ведь надо было идти. Не сидеть же вечно в спальне?

Естественно, оказавшись в гостиной он снова стал центром общего внимания. Состояние, от которого он уже порядком отвык там, в другой, гораздо более правильной, на его взгляд, вселенной. Аспид сполз с его шеи и уютно свернулся на том же диванчике, чётко давая понять всем присутствующим, что место рядом с хозяином забронировано.

Естественно, остальных ребят распирало любопытство, но отповедь, которую Гарри устроил своему лучшему (как официально считалось) другу, создала вокруг него некий барьер и никто не решался сунуться, хотя шепотки так и летали по гостиной. Первым эту зону отчуждения нарушила Джинни, которая решительно взяла Аспида в руки и села рядом с Гарри. Змей посмотрел на неё одним глазом и ткнулся мордой в руку: типа, давай, почёсывай. Следом нарисовался Рон, который подошёл к Гарри с виноватой миной на лице (как выяснилось позже, Гермиона к этому моменту уже успела вправить ему мозги):

– Э... Гарри... ты уж прости, что мы с Гермионой так... этим летом... ну ничего тебе не писали... Нам Дамблдор сказал, что так будет лучше... Ну мы и думали... Кто же знал... что у тебя всё так...

– Ладно, Рон, – сдержанно улыбнулся Гарри, – забудь.

– Ты правда больше не сердишься? – рыжик тут же оживился.

– Приятного во всём этом мало, но не дуться же на тебя всю жизнь. Оставим это. Лучше расскажи, что здесь было без меня.

– А что было! – начал было Рон, но тут прямо над ухом Гарри раздалось испуганное "Ой!". Все обернулись. За спиной Поттера стояла бледная Гермиона и дрожащей рукой указывала на мирно дремлющего на коленях Джинни Аспида:

– Это же... это же угольный полоз! – воскликнула она.

– Ну и что? – пожал плечами Гарри. – Он ещё никого не покусал, разве что пару – тройку Пожирателей. Хочешь его погладить?

Гермиона судорожно помотала головой.

– А что в нём такого страшного? – не понял Невилл, который тоже присоединился к компании: всем было интересно услышать, где это Поттер ошивался с августа месяца и что с ним такого случилось, что он теперь дружит с Малфоями?

– У них же яд почти как у василиска! И они сразу кусают! Ждут в засаде и сразу кусают! И могут быть невидимыми! И они не приручаются! Вообще! Даже змееустам не удавалось!

– Да не может он быть невидимкой, – отмахнулся Гарри, – просто они сами чёрные и живут в угольных шахтах, вот их не замечают, пока не наступят, или не схватят. Ну, правда, он ещё может ползти сквозь камень, ну и гнёзда свои они защищают, это да.

– Ух ты! – восторженно воскликнул Рон, но на всякий случай отодвинулся в сторону. – А где ты его взял?

– Сам приполз. Мы тогда отдыхали в Йоркшире, там у нас в имении старая шахта, мы возле неё устроили пикник, я заметил его в траве, дал ему кусок ветчины, – Гарри мечтательно прикрыл глаза, вспоминая своё детствотам. Кто знает, может воспоминания это всё, что осталось у него? – Что было с мамой! А папа говорит, что чуть не поседел. Ничего, привыкли постепенно.

Тут разговор переместился на жизнь Гарри в той реальности, как он туда попал, что случилось летом, а правду ли писали в газетах?... Так и протрепались до ужина. Под конец Гарри взмолился:

– Ребята! А мне-то вы расскажите, что здесь без меня было?

– А что было! – воскликнул один из близнецов, Гарри показалось, что Джордж. – Как ты пропал, так Сам-знаешь-кто к Дурслям заявился, там с ним Дамблдор подрался, а в это время Скиттер у этих Дурслей всё про тебя выпытала, а на следующий день напечатала. Представляешь? А мама когда всё это прочитала, так разозлилась, что Дамблдору скалкой заехала, да так, что он потом два дня здесь в больничном крыле лежал!

Гарри рассмеялся: Дамблдор получил то, что заслужил, но видно, мало оказалось, не успокоился. Ладно, получит ещё. На ужин гриффиндорцы шли плотной толпой, продолжая обсуждение событий, и местных и иномировых...

***

Лили сидела за столом в своём кабинете и сосредоточенно рассматривала лист пергамента с несколькими формулами, весьма странного вида. Она была так погружена в своё занятие, что не заметила вошедшую в комнату