Желания кошачьих принцессу (не) волнуют - Ольга Грон

Знаю, между вами имелась какая-то особая связь. Мы оба обладаем сведениями, совместив которые можем вычислить похитителя.

– А что со второй девушкой? Кто она для Лав? – вдруг спросил элларианин.

– Никто пока не знает. Очевидно, когда-то имело место клонирование, – уклончиво пояснил райнарец. – Наши ученые как раз пытаются раскрыть тайну ее происхождения. Я взял анализы девушки, о них не знал даже император, пока ситуация вдруг не усложнилась. Мне пришлось раскрыть карты, чтобы успокоить сенаторов.

Некоторое время Даррис молчал, обдумывая слова безопасника.

– Значит, слухи о том, что принцесса ненастоящая – работа тех, кто ее похитил? Лавинию ведь похитили, чтобы спровоцировать войну, а вы подсунули всем ее двойника и этим озадачили недоброжелателей.

– Именно так, – подтвердил Тензо. – Но я уверен, что мы сможем найти Лавинию и вернуть в семью. Мы уже многое узнали. Ей помогли покинуть дворец наемники из тайной организации, мы почти вышли отследили маршрут. И вот-вот выйдем на связь с исполнителями, – поделился Сайтерс ходом расследования. – Но нам нужно выяснить, кто заказчик.

– Лавиния говорила, что кто-то пытается ею манипулировать. Вы уже знаете о ее особенности? – Даррис вопросительно посмотрел на Тензо.

– Да, знаю. Но как с этим связано похищение?

– Попытаемся разобраться. Буду признателен, если поделитесь со мной имеющейся у вас информацией. У меня есть свои связи в империи, возможно они пригодятся для того, чтобы поиски быстрее увенчались успехом…

Весь следующий день Тензо посвятил работе. Только она помогала отвлечься от бесконечных мыслей и переживаний о Мэри. Он хотел бы увидеть ее снова, хотя бы убедиться, что с ней все хорошо.

Теперь, когда император знал об исчезновении Мэри, он бы даже не стал докладывать о ней и настаивать на возвращении. Он представлял, как обнимет ее, поцелует эти вкусные губы, заставляя дрожать, и их желание будет обоюдным.

Но простит ли его Мэри после ужасного поступка, после того, как он вынудил ее подчиниться и продолжить нечестную игру?

Наверное, он бы и сам на ее месте сбежал. Теперь, проанализировав эмоции и отголоски чувств девушки, он понимал ее куда лучше.

Но от этого уже не становилось легче, внутри разрасталась тупая боль, заглушить которую могло только осознание того, что Мэри его простила.

Теперь на него уже не воздействовали отраженные эмоции, остались лишь свои собственные. И Тензо чувствовал по девушке необъяснимую тоску. Он никогда не чувствовал подобного. Сильнее гормональной привязки, сильнее обычной симпатии в разы. Он не представлял себя отдельно от Мэри, как ни пытался настроиться, что ей одной будет лучше. Желание оберегать ее, защищать от всей галактики любой ценой стало сильнее прочих. Он хотел, чтобы она стала его женщиной. И совершенно неважно, что она другой расы. Вот только хотела ли этого сама Мэри? Он не знал.

Тензо подумал, что должен сказать ей о своих чувствах, а потом дать выбор…

Помощь принца Дарриса пришлась весьма кстати. Следствие заметно ускорилось, и уже ближе к ночи Тензо получил ответ от лидера наемников о том, что с ним готовы вести переговоры. Наемники требовали свои гарантии за то, что выдадут информацию об особо важном заказе. Похоже, лидер тайной организации знал, где сейчас находится Лавиния.

Тензо уже приказал элитному отряду собраться и сам собирался выходить, но неожиданно раздался звонок Марвина:

– Тензо, ты должен это видеть! Переключаю тебя на нужную камеру.

Изображение в комме сменилось, и Тензо замер на месте, изумленно глядя, как по дорожке парка быстро шла девушка с длинными золотыми волосами, заплетенными в простую косу. В обычных синих брюках и рубашке.

Несколько испуганная и подавленная на вид, она явно направлялась в сторону дворца.

– Это ведь совсем рядом! – сообразил Тензо. – Марвин, проследи, чтобы никто не приближался! Я сейчас буду! – приказал он помощнику.

Неужели Мэри сама одумалась и решила вернуться? Она ушла, не имея почти никаких средств к существованию, даже ее вещи остались у Тензо. Хочет забрать? А может, повлияла привязка феромонами, и она не смогла долго выдержать разлуку с райнарцем?

Тензо даже не надеялся на такую скорую встречу. Он мчался к Мэри так быстро, что совершенно не замечал ничего вокруг. От одной лишь мысли о том, что сейчас обнимет ее, прижмет к себе, поцелует, сладко кружилась голова.

Он не пустит Мэри обратно во дворец. Сам похитит, закроет у себя дома и не позволит больше уйти! Если понадобится, даже уволится от Кассия Торквата и улетит с Мэри на другой край галактики, только бы она навсегда осталась с ним. Денег на его счетах хватит, чтобы безбедно прожить в тихой космической провинции, в отдаленном секторе галактики, в крайнем случае, работу он всегда найдет. Но больше не станет подвергать ее жизнь опасности!

Впервые Тензо был готов на серьезные отношения с кем-либо, и даже то обстоятельство, что она может являться дочерью Касса или клоном Лавинии, не могло заставить райнарца поменять решение.

Марвин выполнил его указание. Парк незаметно оцепили императорские охранники, прогуливающихся горожан вежливо просили отправиться другой дорогой, дабы никто случайно не встретился с «принцессой».

Тензо выбежал навстречу девушке и заключил ее в объятия.

– Как же я за тебя волновался! Ты решила свести меня с ума своим побегом? – хрипло и чуть взволнованно упрекнул он ее.

Даже не верилось, что Мэри сама к нему вернулась. Неужели она тоже что-то чувствует к нему по-настоящему? Он был бы счастлив узнать такую новость.

Она дергалась, но Тензо не отпускал от себя. Зарывался носом в ее волосы, пытался уловить знакомый запах и снова ощутить ее эмоции.

Но всего этого не было. Как странно, словно во всем некий подвох.

Будто из тумана до него донесся возмущенный звонкий голос:

– Сайтерс, что ты себе позволяешь?!

А потом его пыл окончательно остудила резкая пощечина.

Он отпустил девушку и отшагнул назад, пытаясь привести в порядок свои рваные мысли. Она смотрела на него горделиво, высокомерно; в холодных голубых глазах не было даже намека на чувства, что он замечал в глазах Мэри, когда та на него смотрела.

Он всматривался в черты ее лица, и до него