Полет тапка над Зулкибаром - Марина Владимировна Добрынина

Ну, что поживем — это пока вопрос. Однако не могу удержаться и не съехидничать:

— А ты, значит, хочешь помочь обзавестись Совету новым руководством?

— Должен же и я расти по карьерной лестнице, — радостно заявляет маг.

— Ну, наверное. Королем ты уже немного побыл. Так что тут либо империю создавать, либо Советом командовать. Третьего, значит, нам уже не дано.

— А что? Насчет империи — это мысль!

Что-то он излишне развеселился.

— М-да, надо было тебя в тюрьме оставить. А то, как бы меня потомки добрым словом не вспомнили как "Вальдора — освободителя чудовищ".

— До потомков дожить еще надо. Кстати, к вопросу о потомстве. Там Таурисар тебе рога наставить пытается.

— В каком смысле?

— Ну, объявил тебя безвременно усопшим…

— Да я только третий день, как усоп-то! — возмущенно кричу я.

— И пытается сделать ребенка твоей Дусе, — добавляет маг.

А сам разве что зубами не скрипит. Какой впечатлительный!

— Что? — интересуюсь, — он это делает добровольно?

Терин мрачнеет.

— А вот за это можно…

Но что со мной можно за это сделать, услышать не успеваю, потому что кот громко так и требовательно мяучит.

Чернокнижник переводит на животное внимательный взгляд.

— Хорошо, — говорит, — иди к ней.

Не выдерживаю:

— Ну что там еще?

— Бейсик сказал, что терпение Таурисара на исходе. Дуся морочит ему голову, не понимая, насколько он злобный и невыдержанный человек.

— Что? Хуже тебя?

— Без комментариев. Ночью мы покидаем башню.

Радуюсь. Наконец-то мне дадут поесть.

Дуся

Сижу. Жду Таурисара. Мечтаю застрелиться. Ну, а вы бы не мечтали на моем месте в ожидании такой вот психбольной старой калоши? И даже Василий, преданно свернувшийся клубком у меня на коленях, не отвлекает от мыслей суицидальной направленности. Он когда вернулся, я его, гада волшебного, спросила, видел ли он Терина с Вальдором? Василий что-то промяукал, в глаза мне заглядывая, да только я не поняла ни шиша, то ли кошак жрать просит, то ли рассказывает, что и как у мужчин моих. Эх, знать бы, где они? Мож, плохо им? А мож, сгинули где-то, и Васька мне вот пытался рассказать, где их мертвые тушки искать, дабы похоронить достойно.

Мне бы тапок мой сейчас, то-то потеха бы началась. Всех бы победила… хотя, мож и не всех, но большую часть, так это уж точно.

— Приветствую тебя, Дульсинея.

— Растудыть тебя в тудыть! — взвыла я от неожиданности и даже на месте подпрыгнула, а Васька быстро и незаметно исчез.

Таурисар замер на месте, принюхиваясь, как ищейка.

— Кто это у тебя тут колдовал недавно?

— С чего взял-то? Кто тут колдовать мог?

Я и правда растерялась, глюки у Таурисарчика что ли начались?

— Чую, только что кто-то магию использовал.

До меня дошло, что котик, исчезая, намагичил слегка.

— А, так это я колдовала. Сам же сказал, чтобы тренировалась без тапка, при помощи одного амулета, портал открыть, вот я и тренируюсь.

— Когда я зашел, ты в кресле валялась, стервь лживая!

— Ну и что? Одно другому не мешает. Что ж мне по залу бегать, пробуя портал открыть? Это ты у нас, Таурисик, когда магичишь, бегаешь, будто подстреленный, а я девушка тихая и даже более того — ленивая, не с руки мне лишние телодвижения производить.

Таурисар скрипнул зубами, пробурчал что-то нелестное в мой адрес и велел приступать к тренировке.

— А если я устала? — осторожно спросила я.

— Лучше тебе не уставать, Дусенька, — сладко так пропел Таурисар.

До того сладко, что я поняла — и правда, лучше не уставать, и с удвоенным рвением взялась за дело. Нет, ну понятно, что долго я Таурисару голову морочить не смогу, тем более что сегодня он какой-то злобненький, даже злее чем обычно.

Портал открылся как-то неожиданно для меня самой, и остановить я это дело не успела. Ну вот, попала ты Дуся! Вали отсюда или приснится тебе мандоса трындец в виде ритуала оформления какой-то там мудреной договоренности, после которого будешь ты как овца даже пукать с разрешения Таурисара. Нет, ну то есть клятву-то я сдержу и в первый портал не полезу. Но, ёптыть, где один портал получился, там и два нефиговски смотреться будут.

— Ааааа, получилось! — заорал маг.

Этот наивный финский мальчик решил, что я буду, как дура, стоять и ждать неприятностей всяких разных. Ага, аж, два раза!

Второй портал открылся как-то не очень охотно, и я уже практически одной ногой была в другом мире, когда Таурисар с визгом схватил меня за косу.

— За дурака меня держишь, да? Я так и думал, что ты подобное выкинешь!

Ну, теперь-то у меня точно не было выхода — либо сдаться на милость Таурисара, либо лишиться косы… да хрен с ними, с волосами, новые отрастут. Я со всей дури рванула в портал, Таурисар не отпускал. В какой-то момент я подумала, что он мне голову оторвет. Особенно, когда портал стал затягивать, и я уже не могла остановиться, даже если бы захотела. А Таурисар вот, гад такой, очень даже мог бы от моей косы отцепиться, если бы захотел. Но, видимо, не хотел, так ко мне и пристал… зайцем, можно сказать, проехал.

Вальдор

— Вальдор! Вальдор, стой, я тебе сказал! Ты куда?

Ну, то, что наш бывший придворный чернокнижник умеет шипеть так, что не каждой гремучей змее под силу, это я знал еще и до всяких там событий. Этим меня не удивишь.

— Вальдор! Стой!

— Да пошел ты!

Ну и что он со мной сделает? Убьет? Вряд ли. В мышь превратит? Да все равно. Даже если к Мерлину тащиться придется — без разницы. Я хочу есть. И по сравнению с этим моим желанием идея спасения мира как-то меркнет.

— Ладно, — пыхтит, наконец, чернокнижник, — сочтемся еще. Я к Дусе.

Можно подумать, для меня это сюрприз. Он — к Дусе. А то я сомневался хоть секунду в этом его благом намерении. Да он сколько угодно может изображать из себя жесткого и бесчувственного, но когда речь заходит об этой его разноглазой предметнице, лицо у нашего узурпатора становится мягким до туповатости. Да даже Бейсик его в такие секунды по сравнению со своим страшным и коварным хозяином выглядит тигром перед домашней кошечкой. Он к Дусе! Потрясающе.

В общем, он может идти, куда его душе угодно, а я на кухню. Да. Поесть. Но не только. На кухне могут ведь прятаться как вражеские лазутчики, так и всякие сочувствующие партизанам лица. А я, принц Вальдор, партизан. Ожившая мумия, потерянный секрет, и все, что вам