Жрец богини Лу. Дилогия (СИ) - Якубович Александр

– А завтра вы с Антоном пойдете за одеждой, – добавила Лу уже после того, как торги и обсуждение закончились.

Бард смутилась. У нее на самом деле сейчас был не самый товарный вид и, как мы поняли, это было лучшее, что у нее осталось. Энжи пыталась как‑то пререкаться, но мы быстро ее задушили. Она должна выглядеть так же эффектно и соблазнительно, какой мы видели ее в Трейле. Так что завтра нам предстоят серьезные траты.

Я смог уделить покупкам с Энжи почти весь день. Девушка сначала старалась выбирать что‑то попроще и дешевле, но после короткой выволочки на тему того, что она подводит под монастырь все наше предприятие, которое крайне нуждается в ее харизме и сексуальности, все же сдалась. Хотя каждый раз немного вздрагивала, когда за ее покупки платила не она сама.

Я откровенно не мог понять, что происходит в голове барда. Еще несколько месяцев назад она облапошила трех алкашей на пару серебряных монет, за что я в итоге получил удар ножом в бок, а теперь стесняется того, что за нее платят на торговых рядах. Странная она, скажу я вам.

Как только Энжи приступила к своим обязанностям, надежда, что наши лотерейные дела пойду в гору, во мне окрепла. Конечно, разок бард поприсутствовала в качестве игрока, чтобы понимать нюансы лото и с этой стороны, а еще раз – просто наблюдала из угла зала. Схватывала девушка все на лету и без каких‑либо моих подсказок быстро пришла к выводу, который сделали маркетологи в моем родном мире: секс продает что угодно. Значит, она должна выглядеть и вести себя так, чтобы все окружающие мужики пускали на нее слюнки, а женщины – смотрели либо с завистью, либо с восхищением.

Но для начала надо было провести подготовительную работу. Илий нашел приличные заведения подальше от доков и поближе к верхнему городу, а я арендовал там для Энжи помосты. Один вечер – одно выступление, всего четыре концерта. Пятое, главное шоу, должно было состояться на шестой день, тогда же была намечена первая игра в лото, которую проведет бард. На раскачку ни времени, ни денег у нас не было, так что сразу с корабля на бал.

Для подготовки пришлось серьезно влезть в накопления, которые раньше мы считали неприкосновенными. Я, было, сопротивлялся этому, но Лу и Илий меня все же продавили. Так что с учетом нового наряда для Энжи, аренды помостов и пополнения призового фонда «супер игры», наша мошна похудела на двенадцать золотых. Больше «короля»! Только помосты обошлись нам по золотому в каждом заведении, а на субботнюю игру мы арендовали большой и светлый зал с настоящей сценой для артистов, в котором часто отдыхали гильдейские купцы и мастера – люди, в городской иерархии стоящие намного выше работяг из доков. Это нам обошлось в полторы желтые монеты.

Но все траты были обоснованы. Как справедливо заметила Энжи, аудитория в доках была не слишком платежеспособна, тут мужики больше предпочитали кости. А вот в случае более обеспеченных районов Пите все было не так однозначно. Статус не позволял этим людям слишком многого, так что они были еще более стеснены в азартных развлечениях, чем их менее успешные сограждане. Плюс, если все пойдет хорошо, мы сможем неплохо заработать на изготовленных под заказ комплектах фишек или другой мелочевке, если лото приживется.

Концерты Энжи проходили великолепно. Бард пела, как в последний раз, выбивая слезу из самых черствых кузнецов и заставляя смеяться в голос от похабных четверостиший вечно серьезных купцов. В конце каждого выступления, перед тем, как бросить на помост новенький зеленый платок, девушка приглашала всех желающих вместе с женами и друзьями на новую для Пите забаву – игру в лото, вести которую будет сама Энжи, как и петь для гостей после розыгрыша. Что за игра такая и почему на нее стоит прийти, певица была готова рассказать каждому лично за столиком, либо предлагала обратиться ко мне или Илию, которого мы для такого дела тоже приодели‑причесали.

Цену за вход сильно не ломили – решили начать с пяти серебра за один билет. Конечно, публика, на которую мы рассчитывали, могла проиграть в кости за вечер и пару золотых, но нужно было нащупать дно массовой платежеспособности. Если людям игра понравится, то можно будет повышать и ставки. Кроме того, никто не запрещал покупать сразу два‑три лотерейных билета, что не только повышало расходы, но и шансы на выигрыш.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

От долевой схемы выплат отказались – слишком много победителей получалось на первом круге. Так что за собранные три в ряд руны платилась двойная стоимость билета, за победу на втором круге – тройная. Причем первый и второй круг игрались строгое число рун – 8 и 16 соответственно. Числа были не слишком правильные, но теорвер я помнил отвратительно плохо, так что не стал заморачиваться. Третий круг игрался до первого победителя – он забирал десять стоимостей лотерейного билета. Остальное отходило нам, как организаторам игры. Половину прибыли мы честно решили перекладывать в фонд «супер игры», а все остальное составляло наш заработок на четверых.

Вечер шестого дня прошел, как в тумане. Энжи отработала великолепно. Бард игриво звала на помост нескольких игроков или зрителей каждый круг, которые по очереди доставали для нее камни с рунами. После чего, как настоящая телеведущая, Энжи демонстративно поворачивалась к залу и громким, поставленным голосом объявляла, какая руна и какой позиции была извлечена. Насколько я мог судить, бард даже ни разу не заглянула в специальную шпаргалку, которую мы сделали для нее с Лу – она помнила все 42 руны и порядок их расположения на билетах, как будто родилась с этим знанием.

Победителей каждого круга Энжи тоже звала на сцену, где счастливчики получали не только свой выигрыш, но и под завистливые взгляды остальных – еще и поцелуй в щеку от эффектной девушки. Одного толстого купца я думал, и вовсе придется откачивать, так он раскраснелся, когда Энжи прижалась к нему в поздравительном чмоке после вручения небольшого кошелька.

Сразу после лотереи Энжи устроила небольшой концерт, который крайне хорошо восприняла публика. Тут не звучали уже похабные частушки – многие пришли с женами, которым было любопытно, что такого нового удумали в плане благородных развлечений – а женщинам не слишком нравилось такого рода творчество. Ну, или они делали вид, что не нравилось.

После окончания выступления, Энжи не стала бросать платок на сцену, как это было принято у бардов. Вместо этого девушка попросила приходить на следующий розыгрыш завтра, в седьмой день, да приводить друзей‑знакомых. А платой за ее выступление было, как она выразилась, «участие столь благородной публики в новой, до этого невиданной игре для самых удачливых». Но пара серебряных на помост все же полетела: слишком рыжая артистка была хороша.

Когда народ начал расходиться, мы принялись считать нашу кассу, хотя еще во время игры я прикинул в уме, что все не очень хорошо.

На первом круге у нас было пять победителей, на втором – два, а третий круг выиграл только один человек. Фонд «супер игры», в который мы вложили пять своих золотых, никем выигран не был и перешел на следующую игру. В итоге мы выплатили довольным победителям 105 серебра, а на руках у нас осталось еще 165 серебряных монет. За вычетом стоимости аренды в 45 серебряных – столько зарядил трактирщик – у нас осталось ровно четыре золотых кло. Две монеты отправились в призовой фонд, пятнадцать серебра получила Энжи, нам осталось сорок пять монет. Этого не хватало даже на аренду сцены для завтрашней игры.

Очень хотелось грязно выругаться, что я и сделал под удивленные взгляды своих компаньонов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Антон, успокойся, это только начало… – Энжи была немного смущена, ведь это не ее мошна терпела такие чудовищные расходы.

– Бард права, парень, рано сдаваться. Это только первая игра в этом районе. В следующий раз придет больше людей, – добавил Илий.

Мы все четверо сидели в нашей небольшой комнате, я гипнотизировал стопки монет, сложенные на полу.

Я кое‑как подавил приступ иррациональной жадности и стал думать. Что я делаю неправильно? Плата за вход была не слишком велика – пять серебра. Может, стоит ранжировать игровые дни? Например, по средам проводить малые игры где‑нибудь в тихом, но приличном месте, где помост будет стоить не больше двух десяток. Там сделать вход в игру по три монеты, по субботам все также требовать пять монет, а в седьмой день проводить главную игру? Например, за десять или пятнадцать серебра? Ставки были выше, но все еще не такие серьезные деньги, какие проигрывались людьми в кости, ведь тут главное массовость. Но тогда мы бы выходили на какое‑то подобие прибыли.