Лиловые бабочки - Слава Кэт

развернула на экран сделанный собственноручно коллаж из фотографий.

— Могу ошибаться с порядком, но мне кажется, что я не ошиблась. Логика именно такая.

— Куся, я правда не понимаю, зачем ты мне это демонстрируешь, — жалобно произнёс Илья.

— Это красиво, — мечтательно протянула я. — Это… невероятная эстетика. Фантасмагория. Это преступление и наказание. И каратель своих жертв… любил. Вернее, не их. А МЕНЯ. Меня в них. Оцени, к примеру, этот снимок… Целлофан. Ленты. Лепестки. Это же букет, а не труп. Это цветы. Это подарок. Понимаешь?

— Но тогда по этой логике вот тот снимок — это коробка конфет. А это — шампанское.

— Верно, — обрадовалась я. — А полиция не понимает этого наверняка. Илюш, это же типичный набор для ухаживания. Неимоверно дорогой и красивый подарок из никчемных продажных людей. Оцени каламбур — они себя продавали, Хозяин их КУПИЛ И ПОДАРИЛ МНЕ. Аха-а-ха-ха-ха… Я… тронута.

— Кусенька, ты правда немножко тронута, — с жалостью посмотрел на меня Илья. — Но явно не в том смысле, который ты сама вкладываешь в эти слова.

— Вероятно, ты прав, — шально улыбнулась я. — Ну меня же не зря друзья считали личностью с биполярочкой. Вот… дошутились. «Кукушенька» полетела. Но знаешь, что? Я вообще не жалею. Ни о чем. В каком-то смысле я Харли Квин. Харли Квин, которая стала той, кто есть, благодаря опытным манипуляциям Джокера. Чертовски жаль, что ты не маньяк. Ты был бы очень сексуальным…

Илья запаниковал. Мой ненормальный вид его здорово испугал… или возбудил?

— Куся, пожалуйста, давай выйдем, ну не здесь же… Ты… очень громко говоришь, — зашептал Илья. — И довольно опасные вещи.

— Осуждаешь? — громко хмыкнула я и скривилась. — Такой же, как все…

— Нет, — болезненным тоном ответил Илья. — Я не могу тебя осуждать. Ты… лучшее, что случилось в моей жизни.

— Жаль, что мы всё выяснили так поздно, да? — томно произнесла я. — Но согласись… опасность… возбуждает. Гипс ещё этот проклятый! Бесит! Мешает! Я могла бы быть такой благодарной, так оторваться напоследок, но куда там… жалкая калека!

Я сокрушенно цокнула и топнула ногой.

— Береги ножку, — исступленно прошептал Илья. — Тебе всего две-три недельки подождать осталось… Не спеши. Кстати, когда тебе снимут гипс?

— Через три недели, — капризно произнесла я, толкая упавший костыль в угол. — Но это не точно. Сначала рентген.

— Тебе, вероятно, понадобится помощь в транспортировке, да? — задумчиво сказал Илья, глядя на мои костыли. — Я даже не задумывался раньше, если честно.

— Да уж наверняка, — согласилась я, критически глядя на остывшее мясо в своей тарелке. Посопев, я принялась за еду снова. — Понимаешь, — чавкала я, — реально тяжело перемещаться по городу. Я даже не думала, что это такая проблема. Когда на своих двоих бегаешь, всё хорошо. А так везде дороги неровные, выбоины… всё так остро ощущается. Самый треш в больнице. Какой дебил придумал травматологию делать на пятом этаже? Рентген — на втором? Лифт почти никогда не работает. Ты вообще представляешь, каково это — на костылях прыгать на эти этажи по скользкой, плохо вымытой лестнице? Ужас…

— Так, я тебя услышал, — решительно заявил Илья. — Я приезжаю через три недели и лично отвожу тебя в больницу.

— Нет, — твёрдо ответила я.

— Ты охренела? — заорал на всё кафе Илья. — Ты… ты реально охренела? Тебе помощь нужна!

Посетители принялись оборачиваться, интересуясь, в чем дело.

— А ты бессмертный? — хмыкнула я. — Ты забыл про Игоря? Тебе МЕНЯ не жалко? У Игорюни его любимый ножик-бабочка всегда при себе. Знаешь, как он им мастерски владеет? Такие кульбиты крутит — Джеки Чан с Чаком Норрисом обзавидуются. Нож в руке как живой. Словно этот нож — продолжение руки, не иначе. И не меня Игорь подрежет, а тебя, золотце. Ты же с его точки зрения — опасный и коварный разлучник. Напомнить, как он скандалил у нас в редакции? И это было прилюдно, а тебя он в переулке подкараулит, только вот в этот раз шуметь совсем не будет.

Илья задумался.

— Знаешь, что? — хищно облизнулся он. — Я взял отпуск… и…

— Надолго? — живо поинтересовалась я.

— Ну… пока на месяц за свой счёт, но можно и на подольше растянуть. Я договорюсь.

— И что? Ты офигенно устойчив к ножу-бабочке? Вот уж не знала.

— Нет, — сказал Илья, чему-то улыбаясь. — Я подумал… смотри. Месяц — хороший срок, чтобы посадить Игоря за решетку. Пойми, у нас столько материалов, что мы обязательно справимся. Ты умная. Я тоже не дурак, к тому же мобильный и крепкий, в отличие от тебя. Мы его заловим. Докажем, что он маньяк.

— О, мы Игоря на «живца» поймаем? — восхитилась я. — Я буду наживкой?

Илья помрачнел.

— Куся, нет… Я не позволю. Через мой труп. Он опасен.

Илья попытался меня обнять, но я его отпихнула.

— Ты что себе позволяешь? — возмутилась я.

— Куся, я думал, мы все про друг друга поняли, — принялся оправдываться Илья. — Я… долго ждал, пойми… и я волнуюсь за тебя.

— Ты мне никто, — нехорошо улыбнулась я. — Я Слуга лишь одного Хозяина. А мой Хозяин, знаешь ли, не любит, когда трогают его собственность. Тебя случаи со слесарем и массажистом ничего не научили? Хочешь стать 23 жертвой?

— Кусенька, я тебе не никто, — участливо произнёс Илья.

— Но ты не мой Хозяин, — саркастически хмыкнула я. — Да, ты мне нравишься, это бесспорно… но пока жив Хозяин, а я его Слуга… прости. Я не могу быть слугой двух господ. Это неправильно. И еще у меня его клеймо. Его, а не твоё. Я его любимая «бабочка», а не твоя. Не смей меня трогать, животное. Не для тебя это всё.

Я расхохоталась. Нехороший это был смех. С явным признаком «шизо». Илья озлобленно бросил чашку на кафельный пол, а я все время истерично хохотала, пока он психовал. Официанты испуганно прижались к барной стойке. Отсмеявшись, я совершенно спокойно произнесла:

— Так вот, милый… Я не договорила…

— Какая же ты… — проскулил Илья. — Ну как можно такой быть…

— Биполярочка подъехала, — участливо пояснила я. — Бывает. Пограничные состояния, нет, не слышал?

— Я в восторге… — экзальтированно шептал Илья. — Это даже лучше, чем я ду… Реально Харли Квин…

— Слушай, — упрямо заявила я. — Это важно. Снимки.

— Да, конечно, — мгновенно собрался Илья. — Что такое, солнышко?

— Это неполная коллекция, — язвительно заметила я. — Ты разве не понимаешь?

— Поясни, — одобрительно улыбнулся Илья.

— Коллекция неполная, — капризно пояснила я.

— Не хватает трупов? Думаешь, не все нашли?

— Нет, — возмутилась очевидной тупости собеседника я. — Как ты не понимаешь… Это лишь заглавные фото. Тот, кто делал эти снимки, просто выложил в сеть обложки фотоальбомов. Я думаю, в каждом альбоме