Сабаи. Том 2 - Дмитрий Чадов

следствием, и не был уволен со службы окончательно и даже получал крохотные заштатные отчисления от Гвардии, которые тут же исчезали в бездне моего штрафа. Для Кибера я оставался активом, по которому клан получит причитающиеся ему процентные отчисления. Никто не остался в накладе. Я же, в свою очередь, не имел права покидать станцию, но располагал относительной свободой перемещения по гражданской зоне при условии, что не стану отпиливать свою левую ногу, на которую водрузили специальный отслеживающий браслет. На этот раз в меня не стали запускать нанитов, то есть я мог полноценно использовать нейролинк. Честно сказать, меня подмывало тут же позвонить домой. Но не определился — кому. Выбор был не так очевиден.

Куратор показал мне мой бокс, в котором мне предстояло обитать в ожидании трибунала, и который явно использовался как передержка для других условно-амнистированных, о чём свидетельствовали бесконечные засечки на стенах и мебели. В моём распоряжении был пустой и неисправный холодильник, вежливо поздоровавшийся со мной, когда я вошёл, и гигантский настенный экран (спасибо хоть не потолочный). В трёхдневный срок я должен был определиться с формой занятости, то есть выбрать — где я буду отрабатывать свой долг. И сообщить об этом куратору.

— А до тех пор — не звони мне, — заявил куратор. — И это… не убивай тут никого, ладно? Тут такого не любят.

— Постараюсь, — сказал я.

И только после этого от меня, наконец, все отстали, и я смог добраться до фудкорта на пятом этаже, где застал сослуживцев, набивающими брюхо из последних сил. Нанобот уже не мог сидеть, но дожёвывал какое-то пирожное. Циклоп устало икал, откинувшись в пластиковом кресле.

— О, Телепат! Как раз о тебе вспоминали… Где ты ходишь?

— Да вот, — я задрал штанину на левой ноге и похвастался браслетом. — Зацените! Я теперь вроде как под домашним арестом.

— Фигня. Ломается на раз-два! — заявил Пьер, отдуваясь.

— А где Натан? — я заметил, что Нэша с друзьями не было.

— Живот скрутило. Он три дня на клеточном субстрате жил, а потом на физраствор перевели. От еды отвык.

— Блин. А я ему в казарме презент прихватил.

— Ты был в роте? — оживился Пьер. — Как там наши вещи?

— Не волнуйся, всё на месте. Кажется, кубрик даже не обыскивали.

— Тем лучше… для них.

— Садись, Телепат! Я угощаю, — Циклоп махнул дрону-официанту и тот подлетел к столику, заваленному пустой посудой.

Есть хотелось страшно. Вернее даже не есть — а жевать. Сказались дни под стражей, где ничего твёрже питательной жидкости я не получал. Заказал стейк из пророщенной говядины максимальной прожарки. Натуральный вкус и текстура старой подошвы. Мммм, совсем как в худших забегаловках Нижнего города, куда мы с Шином зареклись ходить после недельного запора.

За едой вяло болтали о разных пустяках, обходя стороной всё, что касалось Люси, Хулуда, колоссов и кибернита. Короче говоря, обсуждали хоть и дрянную по своей сути, но щедрую в плане разнообразия местную стряпню. Через некоторое время к нам присоединился Нэш с зелёным оттенком лица. Он слегка порозовел, когда увидел семейную голопроекцию.

— Вы как хотите, друзья, а я беру отпуск и лечу на Шамбалу первым же рейсом, — заявил он.

— Можно подумать, туда вообще ходят крейсеры! — сказал Нанобот.

— Не важно, — отмахнулся Натан. — шипшеринг возьму.

— Смотри не влипни, — предупредил Циклоп. — А то заставят расплачиваться за все взорванные корабли.

— А я вот думаю… Они ведь знали, что мы устроим такой погром в терминале? — задумался Пьер. — И если да, то почему не вмешались? Не говоря уже о том, что дали нам сбежать.

Циклоп икнул:

— Да шарлатаны они. Да, не спорю, знают пару трюков. Шарят в биоаккумуляторах. Но что касается предсказаний — это всё вилами по воде. Даже для того, чтобы отследить судьбу одной конкретной точки нужна офигеть какая выборка. Ещё отсеивать вероятности и ложные временные ветки. Там ведь не линейная шкала, а целое, блин, дерево случайностей. Сиди потом, гадай, что сбудется, а что нет, и в какой ты ветке находишься.

— И всё-таки я не успокоюсь, пока не выясню всё наверняка, — сказал Нэш.

— Имеешь право, — кивнул Циклоп.

Мой нейролинк зафиксировал входящий вызов. Я даже удивился — так давно он не использовался для простой связи, без сканирования чужих чипов и подключения к лобби из шестерых или пятнадцати тысяч человек.

Я удивился вдвойне, когда понял, что звонит Акеми.

Она сдержанно поздоровалась и попросила меня прийти на смотровую площадку в старом зале для брифинга.

— Приходи один, — добавила она.

Я попытался пошутить:

— Это свидание?

— В некотором роде. Сегодня, в четыре часа.

— Замётано.

У меня в запасе было немного времени, так что я распрощался с парнями, привёл себя в порядок — насколько это возможно в спальне без зеркал, но с довольно чутким советчиком в лице холодильника, который ни черта не морозит и компенсирует себя в качестве бесплатного собеседника.

Но, увы, на смотровой площадке Акеми не оказалось. Там и смотровой площадки больше никакой не было. Панорамный иллюминатор обнесли глухой наружной стеной и усилили бронепластинами изнутри. Станция продолжала наращивать броню. А ко мне на «свидание» явился полковник Закиро. Стоило догадаться, что Акеми снова стала его секретарём и официальным представителем за пределами приёмной.

Я поприветствовал интенданта по всей форме.

— Вольно, Микайо, — усмехнулся Закиро. — Или лучше называть тебя Майкл?

— Как вам угодно, сэр.

— Послушай, я ещё не до конца разобрался, что здесь происходило во время моего… отсутствия… Но мисс Цинь понемногу вводит меня в курс дела. Скажи, я что — правда заигрывал с солдатами в роте Альфа?

Я сдержал смешок:

— Возможно не только там.

— И что… Кто-то и правда ответил взаимностью?

— Ну…. Как вам сказать, сэр…

— Тьфу, содомия! — Закиро зажмурился и тряхнул головой. — Ладно, забыли. Забыли-забыли-забыли, это был не я. В конце концов, та девица была весьма… популярна у мужского пола. Мне пришлось отбиваться… с другой стороны.

— Полагаю, успешно, сэр? — я не знал, как ещё подбодрить интенданта.

— Забыли!

— Как скажете.

— Я хотел поговорить кое о чём другом. Это неофициальный разговор, поэтому буду весьма признателен, если он останется строго между нами. Выключи нейролинк.

— Конечно, сэр. Но, надеюсь, я не должен буду после этого разговора отправиться на секретную операцию с полевым рюкзаком?

— Нет-нет, больше никаких секретных операций! А впрочем… кхм…

Он замолчал, внимательно оглядывая пустынный этаж. Зал брифинга покрывался пылью. Сюда давненько никто не заглядывал. Закиро сказал:

— Прежде всего — спасибо. Ты вытащил меня из серьёзной переделки.

— Мы все были в переделке, сэр. А я просто выполнял свой… клановый долг.