Всё зло от дорам! - Николетта Саммерс

руку, отводя в сторону от дверей, ведь его встреча с папой тоже могла закончиться лекцией, как-никак, он парень, с которым, как папуля, наверняка, решит, я встречаюсь. В общем, лучше зря не рисковать: пошли гулять?

Кореец, конечно, наверняка, что-то заподозрил, но вида не подал, и мы пошли вниз по лестнице. И хотя сначала то, что я схватила друга Короля под руку, я делала не из-за лестницы, то ступив на ступени, я поняла, что сделала всё правильно, так как помощь Ника оказалась очень кстати. И как только Рина спускается по ступенькам так бодро и быстро?! Я чувствовала себя древней старушкой, передвигалась медленно и осторожно, время от времени слегка морща нос от боли, когда случайно наступала на больную ногу, которую с большим трудом утрамбовала в самые удобные осенние сапоги на плоской подошве. Конечно, лучше для ног было бы надеть кроссовки, но когда одевалась, подумала, что платье вместе с кроссовками смотрится довольно странно, в общем, шла и думала о том, что, в принципе, не так уж и странно, да и какая кому, собственно говоря, разница? Кроссовки подходят подо всё, да и у меня есть кроссы с сиреневыми шнурками. Жалко, правда, возвращаться было дальше, чем идти вниз, так что про идею вернуться за кроссовками пришлось забыть.

На улице Ник меня вёл все также под руку, видимо, забыл после подъезда отобрать у меня возможность за себя держаться. Мы снова разговорились и пошли гулять к парку, шли благодаря мне неочень быстро и время от времени останавливались посидеть на скамейках. Погода была хорошая, прохожие нам улыбались, видимо, им, как и Марусе с Русом, казалось, что мы с Ником парочка.

Когда подходили к парку, парень ненадолго оставил меня на скамейке и пошёл за хлебом для уток. Сидела, болтала ногами и, глядя на спину уходящего корейца, вспоминала и наше знакомство в этом парке и вчерашний день, и вдруг как током пронзило, это всё реально похоже на свидание. Нет, наверно, Ник этого не осознает, но Хмелькова права, парочки обычно ходят в парк по воскресеньям покормить уток, и да этих парочек по парку уже какое-то количество бродит, некоторые даже из нашего универа… Вот, черт, людей, которые могут решить, что мы встречаемся становится всё больше и больше. Может, стоит предупредить Ника и пойти куда-нибудь в кино?

"По-моему, ты преувеличиваешь опасность. Ну, решит, кто-то, что у вас свидание, и что?! Ты свободна, он свободен, в этом нет ничего криминального", — успокоил меня Хью.

Но ведь мы не встречаемся.

"И? Остальным какое дело встречаетесь или нет, у них свои дела и свои мысли. Думаешь, они пришли сюда, чтобы посмотреть по сторонам и поискать другие парочки, чтобы завтра об увиденном растрепать? Очнись, они смотрят только друг на друга, им и дела до вас никакого нет"

Правда?

"Ну, разумеется"

И я успокоилась, как вскоре выяснится, очень даже зря, но тогда я думала, что Хью прав и я преувеличиваю опасность огласки, но кто ж знал, что в парке гуляют не только парочки?

* * *

Когда Ник вернулся, улыбнулась и окончательно выбросила из головы всякие опасения. Времени думать о какой-то ерунде не было, передо мной была задачка посложнее, встать со скамейки с первой попытки. Сходу заваленная задачка, скажу я вам. В смысле, благодаря неустойчиво поставленному костылю, плюхнулась обратно на сидение под улыбающимся взглядом Бо, невольно сама рассмеялась, представляя, как забавно, должно быть, смотрюсь, и не отказалась, когда азиат протянул мне руку помощи, ну как руку — две. Костыль был убран в сторону, мне поданы для цепляний две руки. Затем меня подняли и поставили на одну ногу, вернули палочку для опоры и снова взяли под руку, захватив со скамейки утиный батон.

— Ловко, — оценила я скорость своей стыковки с землей.

— А-то месяцы практики, годы мысленной тренировки, навык очень сложный, так просто им не овладеть, да и не у каждого получится, талант нужен, — говоря это Ник косил на меня своими хитрющими глазами при серьезной моське. Так что не смотря на пафосную интонацию всерьёз чужие слова не приняла, но шутку улыбкой оценила, соглашаясь, что этот "сложный" навык Ник усвоил вполне. Мы посмеялись, затем парень внезапно о чем-то задумался, попросил подержать батон, залез в карман куртки и достал маленький мягкий брелок на ключ в виде желтого цыпленка и протянул его мне.

— Эм?

— Вручили как счастливому клиенту, я его использовать точно не буду, так что, если нравится, можешь взять себе. Нравится?

И как не странно да, нравился… такой красивый и хороший.

"Ты сейчас точно про брелок думаешь?" — влез в мои мысли наглый друг, а я шикнула на него и подумала вслух:

— Ник, а Рина? Может, ей?

И друг Короля задумался, а я стала мысленно себя корить, ведь брелок уже воспринимала почти как свой, да и держала в руке. Отдавать обратно не хотелось совсем.

— Нет, ей не подойдет, она ж не Чижик, — спустя тысячи лет (по моим ощущениям) ответил этот насмешник и засмеялся.

— Эй, не смешно — нахохлилась и пихнула парня в бок: Не зови меня так!

— Почему?

— Просто не зови!

— Какая-то детская травма? — с улыбкой и явно в шутку предположил друг Короля, внезапно попадая в цель.

— Ага, — сказала грустным голосом. И брат Рины, похоже это заметил, так как доставать меня этим парень не стал, решив пойти на мировую:

— Хорошо, тогда обещаю, больше не буду. Мир?

— Нет, а где письменная заверенная нотариусом форма, ты же меня можешь обмануть, — когда поняла, что Ник не будет говорить гадости или выяснять подробности моего прошлого, расслабилась и начала шутить.

Парень взъерошил волосы:

— Действительно, дело серьезное, давай так, — у меня отобрали батон, бросив на ближайшую скамейку, затем протянули вперед руку и с серьезной-присерьезной моськой при горящих наглых карих глазках выдали: Заключим обещание на мизинцах. Давай сюда свой, так видишь я его пожал, теперь клятва. Я, Николай Олегович Бо, в сей замечательный осенний день торжественно клянусь не называть Лику Чижову Чижиком. Теперь давай поставим печать.

— А как?

— А вот так, — и к моему большому пальцу прижался большой палец Ника: — шпеньк, печать стоит, сделка заключена и запротоколирована, так спокойнее?

— Намного, — и я благодарно улыбнулась корейцу. И да дело было вовсе не в протоколе, а в уважение к моим тараканам, в том, что меня не подняли на смех и даже по-своему поддержали. Это было очень приятно и здорово.

Затем мы снова болтали о