Проект «Кракен» - Дуглас Престон

– Ну, готов рассказать нам, кто ты такой? – спросил шериф.

Детектив попытался открыть глаза, судорожно втягивая в себя воздух. Его уже обрабатывали перцовым газом и электрошокером, а также топили в воде – это входило в обязательную подготовку агентов ЦРУ, которых учили переносить допросы. Форд знал, что выдержит – по крайней мере, какое-то время, – но сомневался, что это необходимо. Игра закончена, и если ФБР еще не связало все воедино, то ждать осталось недолго.

– Ты совершил самую большую ошибку в жизни, думая, что можешь проехать по нашему законопослушному штату в угнанном автомобиле, – сообщил ему полицейский.

Допросы обычно записываются. Пленник посмотрел на видеокамеру в углу.

– Она сломалась, – проследил за его взглядом шериф. – Какая жалость!

Послышался тихий стук в дверь.

– Войдите, – откликнулся полицейский, и в комнату вошел один из охранников. Он наклонился и что-то прошептал шерифу на ухо. Тот кивнул, и охранник вышел, снова заперев за собой дверь. – Последние новости, специально для тебя. Мне только что доложили, что мои люди задержали твою жену или кем там она тебе приходится. Если ты не заговоришь, то это сделает она, когда познакомится с правосудием Редбоу.

– У нас есть право на адвоката.

– В Редбоу у тебя нет права даже на ароматную кучу дерьма. – Шериф умолк и снова стал перебирать разложенные на столе предметы. Его большая рука остановилась на электрошокере. Он поднял устройство и нажал кнопку. Послышался треск, и между электродами проскочила голубая дуга. Коп удовлетворенно кивнул и еще раз нажал на кнопку. – Попробуем снова. Ты скажешь мне, кто ты такой. Или станешь самым жалким белым человеком в округе Мохаве, штат Аризона.

Форд смотрел на шокер. Он точно знал, чего ждать от этого устройства, но снова задумался, стоит ли идти на такие жертвы. Если он во всем признается, то избавит Мелиссу от грубого обращения. Все равно это лишь вопрос времени – ФБР скоро узнает, что его и Мелиссу арестовали в Аризоне. И им уже не добраться в Халф Мун Бэй в Калифорнии.

– Ладно, – сказал он. – Я назову свое имя. Но боюсь, оно вам не понравится.

– О, нет, мне очень понравится – убрать с улиц еще один кусок дерьма вроде тебя! – Шериф окинул его взглядом, презрительно скривив губы.

Сыщик уже собрался выложить ему правду, как послышался лязг металлической двери и голоса. Голос Мелиссы. Громкий и протестующий.

Коп повернулся на эти звуки:

– Ага, вот и твоя подружка!

Сквозь зарешеченное окошко пленник увидел мисс Шепард, растрепанную и в наручниках. Ее грубо толкали, а на лице у нее была кровь.

– Похоже, она все еще сопротивляется аресту, – сказал шериф.

Уайман бросился на него, но тот словно ждал нападения. С удивительным для своего веса проворством он отступил в сторону и прижал электрошокер к плечу Форда. Детектив почувствовал удар током, но в тот момент он пребывал в такой ярости, что это его не остановило. Он повернулся и изо всех сил врезался головой в большой живот полицейского. Громко вскрикнув, тот отлетел назад и с грохотом рухнул на пол. Охранники ворвались в комнату, выхватив оружие. Уайман бросился на них, но один ударил его рукояткой пистолета в лицо, а другой кулаком в живот. Форд, руки и ноги которого были скованы цепью, упал на пол.

Перед глазами у него все плыло, и он хватал ртом воздух, пытаясь восстановить дыхание. Откуда-то издалека донесся крик – это вновь был голос Мелиссы.

Когда перед глазами вновь прояснилось, сыщик увидел, что над ним стоит шериф – лицо багровое, глаза налиты кровью, пистолет сорок пятого калибра направлен в грудь арестованного.

– Молись, приятель, потому что я сейчас застрелю тебя при сопротивлении аресту, – объявил он с ненавистью. – У меня есть двое свидетелей, что ты напал на меня и пытался отобрать дубинку.

Шериф дослал патрон в патронник и поднял пистолет, положив палец на спусковой крючок.

49

Было уже девять часов, и у Дэниела Гоулда больше не осталось сил просто сидеть в гостиной. Он пытался присесть, но тут же вскакивал.

– Мне это не нравится, – сказал он своей жене Памеле. – Совсем не нравится. Ему всего четырнадцать.

– С ним все в порядке, Дэн, – возразила миссис Гоулд. – Он звонит каждый час. Ему просто нужно побыть одному. Помнишь, психотерапевт сказала, что причина многих проблем – родители, чрезмерно опекающие своих детей. Давай на этот раз дадим ему немного свободы.

– Он прогулял школу. Раньше такого не было.

– Джейкоб – подросток. Хорошо бы тебе привыкнуть к этому.

– Я никогда не прогуливал школу, – заявил изобретатель.

– А я прогуливала, – сказала его жена.

Дэниел знал, что Памела воспитывалась в большой католической семье, где дети привыкли сами себя защищать. Сам же он был единственным ребенком, над которым все время тряслись. Это стало причиной их разногласий по поводу воспитания.

Глава семьи взял сотовый телефон и снова набрал номер сына:

– По-прежнему выключен!

– Он звонит каждый час. И не хочет, чтобы мы его часто дергали, – отозвалась миссис Гоулд. – Мы знаем, где он находится, знаем, что он в безопасности. Это для него полезный опыт.

– Он забрался в чужой дом – это называется проникновение со взломом.

– Салли ему разрешил. И потом, он ничего не ломал, а воспользовался ключом. Джейкоб будет там аккуратен – он ответственный ребенок. Кроме того, Пирсы – наши хорошие знакомые. Завтра утром я им позвоню.

– Знаю, знаю… – Дэниел сделал еще несколько шагов и снова повернулся к жене. – А что, если у него дурные мысли и он… причинит себе вред?..

– Он этого не сделает, Дэн. Я разговаривала с ним по телефону, уже шесть раз. Голос у него и правда счастливый – первый раз за долгое время. Пожалуйста, поверь материнскому сердцу!

Гоулд сел:

– И что мы будем делать?

– Ничего. Оставим его в покое.

Дэн принялся барабанить пальцами по подлокотнику кресла, а затем опять встал:

– Я съезжу туда, просто проверить.

Памела, задумавшись, откинула волосы со лба:

– Не уверена, что это хорошая идея.

– Я не буду входить в дом. Даже стучать в дверь не буду. Просто загляну в окно, чтобы убедиться, что он там и что с ним все в порядке. Потом вернусь.

– Если Джейкоб увидит, что ты за ним шпионишь, он здорово разозлится.

– Я буду осторожен.

– Ладно… – Женщина колебалась. – Тогда поезжай.

Дэн пошел в гараж. Дождь усилился – легкая морось превращалась в настоящую бурю. Он сел в свою «Субару», завел двигатель и выехал на Диггес-Кэньон-роуд. Через две мили показалась подъездная дорожка к дому Пирсов. С этого места дом не был виден, и поэтому Гоулд остановил машину на обочине неподалеку, вышел и зашагал под дождем по грунтовой дороге. После поворота показался дом Пирсов. Там у стены сарая стоял велосипед Джейкоба. Над трубой вился дымок, а в некоторых окнах горел свет.