В тени большого взрыва 1977 (СИ) - Арх Максим

Она залезла на ограждение, начала всем бить по ладоням, а потом принялась поливать толпу из бутылки… И, даже не смотря на то, что вся эта вакханалия проходила в декабре, казалось, что всем это очень нравится. Зрители с удовольствием орали ей что-то в ответ, лезли обниматься, танцевали и предлагали полить их вискарём ещё.

Это сыграло свою роль, но не совсем так как думали собравшиеся. В очередном проигрыше синеволосая глотнула освежающего, отдала пузырь охраннику и полезла в толпу…

А та подняла её на руки…

Секьюрити, видя беспредел и помня чья она дочь, немедленно стали вмешиваться, стараясь вернуть певицу, что называется — взад… Но фанаты решили противодействовать и Марта в натуральном смысле пошла по рукам…

Как я понял позднее, не утащили её в глубь поля из-за чистой случайности — «супертрос» от микрофона запутал ей ногу, и толпа просто не смогла преодолеть непреодолимое — оторвать трос или ногу, или и то и другое вместе.

В конечном итоге жёлто-курточная охрана спасла её и, вернув на место, дала той возможность излить последний припев композиции…

4. https://www.youtube.com/watch?v=nv3GV2JJ29E Crystal Castles — Baptism Live at Reading Festival 2012

А потом…

А потом, она взяла да упала, встав на четвереньки…

Опять…

Ну собственно, как концерт она начала, так и закончила. Это-то всё вроде бы логично, но поймут ли такую логику там — на верху? В этом я уверен не был, но подозревал, что вряд ли!

Та же мало того, что упала, но и опять поползла. Что ж в логике ей и тут было не отказать ведь в начале выступления она тоже ползала. Однако это несколько срывало мои планы, ведь я рассчитывал, что будет как минимум одно исполнение на бис… Нужно сказать, вероятно, зрители тоже рассчитывали на это, а поэтому были крайне удивлены неожиданному исчезновению певицы. Многие из первых кто видел, что произошло, потянули головы и стали пробиваться поближе к месту события, чтобы узнать, что конкретно случилось. Другие, кто был дальше, ничего не видели, но понимали, что происходит какая-то фигня. А посему подталкивали первых, пытаясь прояснить, где же и куда подевалась поп дива.

А дива тем временем стояла на четвереньках…

— Что ты б**** делаешь?! — выкрикнул я, долбанул барабанными палочки по тарелкам, вскочил на ноги и быстро помчался к стремительно теряющей человеческий облик и авторитет немчуре.

Прыжок, и я спрыгиваю с подиума, на котором расположена ударная установка на основную сцену. Пять длинных шагов-прыжков и я у края сооружения. Кульбит, вскакиваю на ноги и завершающий прыжок с тройным сальто-мортале. Приземляюсь на газон. Ещё два прыжка и оказавшись не вдалеке от, стоящей на четвереньках, Марты, чей жизненный путь я изменил. Ускоряюсь и падаю на колени, прокатываясь по газону последний метр, словно забивший гол футболист.

Говорят, что мы ответственны за тех, кого приручаем. Вот и я стал беспокоится, что такое долгое ползание может вновь изменить жизненный путь красавицы, только уже в другую — более худшую сторону.

И я… аккуратно обнимаю руками синеволосую и поднимаюсь, держа её на руках. Взгляды тысяч глаз и кинокамер прикованы к столь сентиментальной и милой картине. Жертва похищения не сопротивляется, а положив голову мне на плечо смотрит на меня своими большими красивыми и пьяными глазами. Я же тем временем стараясь не шататься от груза ответственности и последствий приёма различных эликсиров с гордо поднятой головой поднимаюсь, распрямляюсь и стараясь не шататься, под обезумевшие крики толпы «браво!!», начинаю двигаться в сторону сцены.

— ААА!!! — кричит мне в след восхищённое людское море, которое по «сарафанному радио» — передавая из уст в уста, узнало, что же там на самом деле произошло. А я, стараюсь ни на кого вокруг не смотреть и побыстрее занести пьяницу в её дом на колёсах, скрываюсь за стеной из колонок.

Шаг. Ещё шаг. Ещё два шага. Ещё шаг и вот, совсем не далеко уже виднеется спасительная «гримёрка»…

И тут время потекло чуть по-иному…

Неожиданно гул сменился тишиной. Не дойдя буквально десяти шагов, я поскользнулся и чуть наклонился влево. Мальвина, вероятно поняв, что что-то идёт не так попыталась вырваться, тем самым ускорив наше падение в большую грязную лужу…

— Б**! — прошептала тишина.

— Б**! — прошептал я…

— Б**! — произнесла она, пытаясь вылезти из-под меня.

— Б**! — произнесли стоящие рядом секьюрити.

— Б**! — констатировал подошедший Кравцов.

— Васин!! Б****!! Ё** т** м***!! Ты какого х** девочку споил?! — культурно произнёс, запыхавшийся только что подбежавший к нам, Екшин.

— Что Вы сделали с моей дочкой? Что с Мартой? — раздался чей-то отдалённо знакомый баритон.

Мы все повернулись на этот голос и, увидев плачущего секретаря, я подвёл итог выступлению перспективной певицы:

— П****!!

А в это время на сцену стал выходить для выступления ансамбль «Берёзка»…

Глава 43

Слушать о чём стал лепетать её папа, я не стал, а не обращая внимания пошёл на сцену. Сейчас меня беспокоило одно, почему я все свои выкрутасы исполнял так и держа в руках барабанные палочки? Н-да… Сколько в мире тайн…

Чтоб никто не беспокоил, отдал костюмерам на очистку бурку, а сам, накинув куртку, спрятался в одном из трейлеров, предупредив преследовавшего меня Кравцова, чтобы тот разбудил через пол часа и не мешал спать.

— Всё потом…

Тот покрутил у виска и насвистывая ушёл, ну а я моментально вырубился, расположившись на задних сидениях…

Гэбист не подвёл и таки сумел растолкать меня через какое-то время…

Зевнул, чуть поругался спросонья и пошёл выполнять свой музыкальный долг, предварительно зайдя в свой автобус и глотнув там для успокоения души и тела.

Ансамбль «Берёзка» отыграл и отплясал, и под овации всего лётного поля ушёл на заслуженный отдых. Я же, пробравшись за колонками, поднялся с задней части сцены к настраивающему барабаны Мефодию.

— Сашок! Это ты? — спросил, обернувшись тот.

— А-то, — проговорил пионер.

— Ну ты даёшь. Что мы аж испугались за тебя. Прям рыцарь, спасший принцессу!

— Почти. Где Сева?

— Снимает с себя маскарад — переодевается.

— Это хорошо. А как тебе выступление Марты?

— Вообще отлично! Ты смотри, что делается у сцены! Правда начальство в шоке и валокордин пьёт, а всем остальным очень понравилось. Все просто в ах**!

— Вот и славно!

— Ты иди отдохни, — посоветовал мне Мефодий.

— Успею, — отмахнулся я, глядя на бескрайнее море. — Я вот что думаю. Все эти выступления немцев… тебе не кажется, что заграничная эстрада качественно выросла за последние час-два?

— Думаю они классно выступили, — согласился коллега.

— Но мы тоже были не лыком шиты и не угодили в просак. А «Мифа»?

— Точно, Санёк, — хмыкнул тот, подстраивая альты под себя.

Я посмотрел на ликующую толпу, кивнул в её сторону и спросил:

— Ну как тебе? А?

Тот сначала не понял о чём я спрашиваю, но потом проследил мой взгляд и выкрикнул: — Ах***!

— АААА!! — заорала толпа в ответ.

— АААА! — хохотнул я, сообразив, что мой голос транслируется из колонок, попадая в микрофоны, озвучивающие ударную установку. Долбанул по тарелке, помахал зрителям рукой, и под одобрительное: «ААА!», пошёл в гримёрку погреться, предварительно пожелав Лилиному, прости Господи, бойфренду, удачи.

К моему удивлению, у своей гримёрки застал огромную толпу каких-то левых людей, которые мешали пройти. Пробился через толпу, порылся в сумках и, ничего не обнаружив, пошёл к синеволоске, надеясь, что та ещё не пришла в себя и всё не выпила.

Однако ошибся. Та пришла в себя, уже переоделась и, сидя рядом с репортёрами, дала что-то типа интервью под присмотром папы и ещё каких-то мужиков в костюмах.

Увидев меня, они замолчали и уставились, широко открыв глаза. Снял папаху и зашёл внутрь «гримёрки».