Истребитель магов - Дмитрий Казаков

– Это уж как хозяин решит, – заметил Асгрим, но перечить не стал.

Слуга с конем остался у ворот, а Харальда повели к донжону.

Внутри пахло благовониями. Сильно и неприятно.

Харальд с трудом сдерживался, чтобы не поморщиться. Впереди мягко шагал Асгрим, позади топали сапожищами двое грозного вида стражников.

Перед дверью, которую охраняли ещё двое, провожатый остановился.

– Сними оружие, – сказал он. – Меч, ну и ножи, само собой…

Харальд равнодушно разоружился.

– А где ваш этот, который на крысу походил? – спросил он, складывая клинки на стул, украшенный причудливой резьбой.

– А казнили его, – охотно объяснил Асгрим. – Вчера вечером. В кипящем масле сварили. И воздух в замке сразу чище стал!

Харальд остался спокоен.

Лицо Асгрима исказила гримаса недовольства. Кинув на Харальда злой взгляд, он постучал в дверь.

Открыл её тот самый бровастый, которого Харальд запомнил ещё по Бабилю. Он сердито зыркнул глазами и спросил:

– Чего надо?

– Вот привел, – сказал Асгрим. – К Владетелю.

Дверь со стуком закрылась, но вскоре вновь распахнулась, и бровастый вышел оттуда ещё более злой, чем ранее.

– Приказано пустить одного и не беспокоить! – сказал он громко.

Харальд вошел и закрыл за собой дверь.

Приторный аромат здесь был ещё сильнее, он почти задыхался, словно плавая в осязаемом облаке розового масла. «Что он, купается в нем, что ли?» – мелькнула мысль.

– Входи, – прозвучал мягкий голос.

Владетель сидел в кресле с высокой спинкой. Солнце, врывающееся через оконце, освещало узкое лицо, черные блестящие волосы. Но глаза мага оставались в тени. Два темных пятна на гладкой белой коже.

– Садись. – Это было сказано тоном приказа, но Харальд и не подумал послушаться.

– Ты меня обманул, – сказал он, подойдя к магу на несколько шагов. – Ты сообщил им обо мне.

– Да, – не смутился Симеон, и на лице его появилась улыбка. – Но не обманул. Мы с тобой не уговаривались о том, чтобы я хранил тайну. Так что не сердись и возьми деньги. Ты их честно заработал

Владетель похлопал по кожаному мешку, лежащему на небольшом столике. Тот отозвался басистым звоном.

– А ты не боишься, Владетель, что я попробую убить тебя сейчас? – скучно поинтересовался Харальд. Он не испытывал ни гнева, ни раздражения, только отвращение к Владетелю, к магу, к существу, столь сильно похожему на человека. – Голыми руками, прямо сейчас? Арбалетчиков здесь нет, а воины, которые остались за дверью, могут и не успеть.

Симеон рассмеялся, точно услышал хорошую шутку.

– Ты, конечно, безумец, но не дурак, – сказал он. – Если ты убьешь меня, то и сам не уйдешь живым! И смерть твою я не назову легкой!

– Ты недооценил мое безумие. Из-за ваших развлечений я едва не погиб. – Харальд не чувствовал привычной ненависти, но знал, что она дремлет где-то внутри, готовая в любой момент полыхнуть обжигающим пламенем. – Я вынужден был убивать там, где это вовсе не нужно было. И поэтому я убью тебя. Совершенно бесплатно.

– Ладно тебе. – На лице Владетеля появилось раздражение. – Брось эти дурацкие шутки!

Харальд криво улыбнулся и демонстративно вскинул руку. В ладони был зажат заточенный металлический стержень длиной в пару вершков. До сего момента он находился в рукаве, даже бдительный Асгрим его не заметил.

– Прощай, маг, – сказал Харальд и швырнул оружие. Оно вошло точно в глаз Симеону, и тот осел в кресле. На лице Владетеля застыло выражение величайшего изумления.

Харальд подошел к столу и взял мешок с деньгами. Работа выполнена, и взять плату за неё необходимо. Мешок оттягивал руку. Харальд отстраненно подумал, что в отношении денег маг не пытался его обмануть.

Правда, это мало ему помогло.

Бросив последний взгляд на удивленного мертвеца, Харальд направился к двери. В настырном розовом аромате чудился душный смрад мертвечины.

За дверью его встретили настороженными взглядами. Выходя к воинам, Харальд не испытывал страха, хотя понимал, что, если не успеет выбраться из замка до того, как обнаружат тело, его ждет множество неприятностей.

Но странная уверенность вела его.

– Он опять жив! – искренне изумился Асгрим. – Не могу в это поверить!

– А придется, – ответил Харальд, привешивая на пояс меч. И тут же едва не застонал.

В голове с противным звоном лопнула почка ЗНАНИЯ. О том, что сейчас будет.

И тут же бровастый воин, бывший за старшего, схватился за живот, а лицо его прямо на глазах побелело.

– Проводи этого, – прошипел он, делая страшные гримасы. – А я… Ох! Живот скрутило!

Стражи у двери сохранили каменные физиономии, но Асгрим позволил себе улыбнуться.

– Ладно, иди. – Он повернулся к Харальду. – А ты, беловолосый, моли богов, чтобы Владетель не отдал приказа убить тебя!

Харальд молча пошел к лестнице.

Во дворе в лицо сразу ударил ветер, свежий, морозный, напоенный ароматом снега. Харальд невольно пошатнулся, а Асгрим, что все это время уверенно шагал позади, вдруг издал невнятный клокочущий звук.

– О, – сказал он. – Не надо было нам эти бобы с утра есть. Иди давай, я тебя у ворот догоню.

Но Харальд знал, что не догонит, а просидит в отхожем месте не меньше часа. Топот убегающего Асгрима затих за спиной, а он подошел к воротам и забрал у слуги коня.

Парень, судя по красному лицу и трясущимся губам, замерз и, едва выпустив поводья, помчался в помещение – греться. Лениво поскрипывая, поползла вверх решетка – Харальд неторопливым шагом выехал на мост.

В неправдоподобно чистой воде рва отражалось низкое зимнее небо.

Миновав полосу вырубки, Харальд оказался под прикрытием деревьев и сразу же дал коню шпоры. В том, что бравым воинам убитого Владетеля не взбредет в голову броситься в погоню, он не был уверен.

Ветер дергал за края одежды, неслась под копытами бурая, промерзшая земля, а деревья по сторонам тревожно шумели, словно предупреждая путешественника об опасности.

Теневой Берг не был в Бабиле почти девять месяцев и теперь с наслаждением вдыхал городские запахи, которые в другое время показались бы ему отвратительными. Зима шла к концу, сугробы осели, покрылись черным налетом. Кое-где из-под них выглядывал мусор, накопившийся с осени.

В очередной раз ощупав кошелек, Берг уверенно повернул коня к «Спившемуся демону». Надо было отметить возвращение доброй пирушкой, и не важно, что его вновь вышибли со службы за слишком малую готовность лизать родовитому нанимателю сапоги…

Дверь «Демона» открылась, как обычно, с ужасающим скрипом, а к Бергу с поклоном поспешил хозяин.

– Рад видеть вас, почтенный! – заявил он торжествующе. – Легок ли был ваш путь?