"Фантастика 2025-162". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Greko

После трёхчасовой скачки по буграм (к счастью, сила тяжести на Энцеладе была в сто раз меньше земной, да и подвеска вездеходов снимала большую часть вибраций) отряд остановился возле Горы Дальберг высотой всего в триста семьдесят метров, похожей на пирамиду. Форма горы заставляла думать о каких-то древних строителях Солнечной системы, но всё оказалось прозаичней: её создал криовулкан, давно переставший извергать лёд.

Поснимавшись на фоне горы, отряд направился дальше.

Так как весь этот участок планетки изобиловал трещинами и неровностями, его объехали двадцатикилометровым крюком и выбрались на Море Джемини – довольно гладкое ледяное плато, кое-где сохранившее следы старых метеоритных кратеров. Здесь остановились на два часа, разбили лагерь, привели себя в порядок и полюбовались на Сатурн и его кольца, хорошо видимые в лучах далёкого солнышка размером с ноготь.

Конечно, все перезнакомились, и оказалось, что состав группы почти однороден: её ядро составляли россияне и белорусы, среди которых были двое сербов и один венгр. На вопрос, заданный проводникам: как формировалась группа? – они ответили в том смысле, что туристы предпочитают путешествовать с земляками. С немцами не желают отдыхать французы и англичане, а с китайцами вообще никто.

– А с нашими соотечественниками? – спросил молодой парнишка, не отходивший ни на шаг от отца, улыбчивого толстяка по имени Эрнест, который старался снимать все пейзажи на видео.

– Ваши не обращают на это внимание, – последовал ответ. – Кстати, в отелях их мало, русские в основном любят экстремальные виды отдыха.

– Это какие? – уточнил заинтересовавшийся Эрнест.

– Спуски в жерло действующих вулканов как на Земле, так и на других планетах, на Венере, на Меркурии, на спутниках больших планет. Здесь тоже есть такая экскурсия, если хотите – запишу. Ещё погружение на дно океанских впадин. На Энцеладе строится такой комплекс, чтобы спуститься в его океан, спрос большой. Подземные путешествия нарасхват, особенно по лавовым трубам на Марсе.

Дарислав, прислушивающийся к беседе, наклонился к уху Дианы:

– Не хочешь на Марс?

Она с улыбкой покачала головой. Было видно, что его любимая расслабилась и не желает ничего экстремального.

– Не люблю пещеры.

– Не знал, что ты страдаешь клаустрофобией.

– Не страдаю, но после того, что мы с тобой пережили вне Солнечной системы, вряд ли найдётся что-либо достойное созерцания.

– А вдруг наткнёмся на следы марсианской цивилизации?

– Не было никакой марсианской цивилизации, – опечалилась она. – Одни бактерии в твоих марсианских подземельях и живут. Так что Алексей Толстой выдумал мир Аэлиты чисто ради романтики, не зная, что собой представляет Марс.

– Возражаю: не только ради романтики, но и ради любви. Что касается цивилизации, то Марс сотни миллионов лет назад точно был населён переселенцами с Земли: динозаврами, которые не пошли путём научно-технического прогресса.

– Не хочу спорить.

Пообедали все вместе в одной палатке под разглагольствования толстяка Эрнеста о сбалансированном здоровом рационе, в который должно входить пятнадцать процентов белков и около семидесяти пяти процентов углеводов, а питаться надо, соблюдая меру. Ел он между тем за четверых, не удовлетворившись походным набором, в который входил ломоть осётра на пару, рисовая каша, ананас, крекеры и чай с травами. К этому рациону он добавил ещё два ломтя рыбы и холодную курятину, взятую, очевидно, с собой.

Проехав ещё около пятидесяти километров, наконец остановились у главной достопримечательности экскурсии.

Впадина не имела названия, а объект в её центре назывался Шрам Ашрам. Это был кратер, переходящий в шахту, пробурённую китайцами в поисках древней военной базы, слухи о которой долго будоражили общественность в связи с находкой Реестра Мёртвой Руки. Копию Реестра раздобыл Вестник, передал в спецслужбы России, и IT-специалисты Института цифровых проблем Федерации принялись изучать копию, представлявшую собой карту защитных форпостов цивилизаций, погибших в межгалактической войне полмиллиарда лет назад.

Одну из баз действительно обнаружили в Солнечной системе – на Венере, где хранился один из боевых роботов земной цивилизации, предшественницы человеческой (это были жители Гондваны – лемуры). О том, что в Системе может находиться ещё одна база, говорил и Копун, хотя впоследствии, обследовав большие планеты, он отказался от своих слов. Но сомнения у многих деятелей спецслужб человечества и у «чёрных археологов» остались, после чего по Системе промчался бум частных экспедиций, занимающихся поисками и продажей артефактов.

Не миновала эта участь и ледяной Энцелад с его тёплым океаном под толстой ледяной корой. Больше всех в этом деле преуспели китайцы, соорудив шахту глубиной в двадцать километров. Древнюю военную базу они не нашли, а шахта и купол обслуживания остались как памятник неадекватного поведения человека в космосе.

Отряд остановился на валу изо льда с примесью грязи и мелких камней, экскурсанты с интересом вглядывались в глубины кратера, проделанного с помощью плазмеров, и шахты, достигавшей в устье тридцатиметрового диаметра.

Сила тяжести на поверхности Энцелада не превышала двенадцати тысячных земной, поэтому пользовались гравикомпенсаторами скафандров, поддерживающими привычную гравитацию.

– Интересно, что было бы, найди китайцы здесь готового к употреблению джинна? – задумчиво проговорила Диана.

– Ты хотела сказать – Вестника?

– Древние лемуры не создали систему Мёртвой Руки. На Венере мы нашли боевого робота, но не джинна, да и он был создан ещё раньше, до лемуров.

– Думаю, ничего особенного не случилось бы, – сказал Дарислав с нарочитым равнодушием. – Если не считать нашей участи. Разбуженный джинн просто уничтожил бы человечество. Хорошо, что их всех поместили в тюрьму.

– Мы так и не дознались, кто это сделал.

– Выясним, это вопрос времени. Есть более актуальный вопрос: кто создал джиннов? Что за цивилизация? Где она обитала? И уцелела ли после войны?

– Наверно, не уцелела, иначе джинны продолжили бы своё грязное дело по ликвидации разума.

– Что, если их собрали для будущей войны? Говорил же Всеволод о генетической предрасположенности нашей Вселенной к постоянным войнам?

– Всеволод любит пооригинальничать, – рассмеялась Диана. – Хлебом не корми. Потом поговорим с ним. Пошли вниз, посмотрим?

Они присоединились к стайке туристов, спускающихся к шахте. Скафандры были снабжены антигравами, поэтому страха провалиться, соскользнуть в глубину дыры ни у кого не было.

– Нашли что-нибудь китайцы? – спросил, пыхтя, как паровоз, толстяк Эрнест.

– Газовый пузырь на глубине двенадцати километров, – ответил смуглолицый проводник-андроид, не нуждающийся в скафандре.

– И всё?

– Кучу бактерий.

– Тьфу! – выразил Эрнест своё отношение к бактериям, потрафив этим и Дариславу, который при любом походе в космос и обратно вынужден был проходить тщательную обработку скафандра (да и тела тоже), чтобы не заразиться какой-нибудь «галактической болезнью».

Спуск к шахте оказался нелёгким: лёд был на удивление скользким, хотя при температуре на поверхности Энцелада в минус двести градусов по Цельсию обычно становился шершавым. Объяснялся же эффект скольжения тем, что шахту бурили с помощью горячей воды под давлением и плазменных струй, превращающих лёд в гладкий, отполированный монолит.

До кромки шахты, окаймлённой полуметровой высоты керамическим бордюром белого цвета, добрались только четверо из всей группы, в том числе Дарислав и Диана. Остальные, несмотря на наличие антигравов, не рискнули заглянуть в бездну, напоминавшую с высоты гигантский птичий глаз.

Повисев над центром дыры, на зависть Эрнеста и его сына, пара даже окунулась в шахту на глубину в сто метров, но глубже идти не захотела Диана.

– Ничего интересного там нет, – сказала она. – Странно, что китайцы довели шахту до таких глубин. У них не было георадара?