Яд власти. - Олег Волков

Но вот люди на Парадной набережной и широкой лестнице буквально забились в экстазе. Крики, возгласы смешались в один протяжный вопль. На трапе показался мужчина в накинутой на плечи просторной красной накидке, в свободной тёмно-зелёной рубахе и в шортах. Витус Нарт оделся самым что ни на есть походным образом. На груди ярким жёлтым пятном выделяется золотой значок, символ власти Легата Легиона Преторианцев.

Что сказал витус Нарт, да и говорил ли он вообще, из-за бурного проявления чувств понять абсолютно невозможно. Правитель немного постоял на трапе, взмахнул руками и сошёл на берег. В плотном кольце телохранителей витус Нарт двинулся по Парадной лестнице. Толпа встречающих, едва не разрывая оцепление преторианцев, потянулась следом.

Витус Нарт прошёл мимо в каком-то десятке метров. Возбуждённая толпа прижала Саяна к колонне, аж кости треснули. Но разглядеть лицо будущего правителя Вилуры худо-бедно удалось. На удивление, приветливое выражение радости от столь бурной встречи. А, ведь, неделю назад от был в совершенно другом настроении.

Понятное дело, смерть любимой женщины не обрадовала витуса Нарта, но не до такой же степени. Обескураженные свидетели из Тивницы рассказали такое! Гнев витуса Нарта вылился в невероятный приступ бешенной активности.

В тот же день, едва Саян унёс ноги, Тивницу закрыли на пару суток. Целых два дня никто не смел выйти за пределы городских стен. Поднятый по тревоге гарнизон караулил все без исключения стены, пока Городская стража и витус Нарт лично в прямом смысле переворачивали столицу вверх дном. Чего только стоит цена за голову убийцы – сто золотых виртов. За такие деньги можно купить половину Чёрного города, а на сдачу с царским размахом обмыть покупку.

Витус Нарт провёл на ногах двое суток. В Чёрном доме, где он устроил штаб, лично допросил не меньше сотни свидетелей. Ради столь фантастической награды горожане валом повалили в Чёрный дом с доносами на соседей, злых родственников, недругов и прочих подозрительных личностей. Не забыл витус Нарт и о Посаде. После полудня к Тивнице подошёл Легион Преторианцев. Городскому отребью то же досталось на орехи.

Результаты следствия так и не были разглашены. Была большая вероятность, что «преступника» обязательно найдут и предадут самой медленной и мучительной казни на Торговой площади. А то ещё пара десятков «подсобников» разделила бы его участь. Но, к величайшему удивлению и радости, под топор городского палача так никто и не попал. Было бы желание сорвать гнев, а на ком именно – всегда найдётся. Если человеку ткнуть раскалённым прутком под рёбра, то он сознается в чём угодно, хоть в чёрной магии, хоть в подлом покушении на невесту правителя. К чести витуса Нарта, ему был нужен настоящий убийца, а не козёл отпущения.

Приказ о розыске пришёл и в Удубу. Но… Под весьма расплывчатый словесный портрет попадает половина мужского населения города в возрасте от восемнадцати до сорока лет. К тому же, Удубу заполонили толпы паломников. С таким успехом можно искать иголку в огромном стоге иголок.

И тем более приятно не найти на лице витуса Нарта ни малейших следов перенесённого гнева, отчаянья и горя. Он не сломался, не ушёл в запой, не рыдал сутки напролёт. Витус Нарт приплыл в Удубу в отличном физическом состоянии. Под глазами ни малейшего намёка на чёрные круги от недосыпания или бочек вина.

Едва толпа отхлынула от набережной, как на берег сошли прочие придворные, которым выпала большая честь непосредственно сопровождать будущего Великого Сахема. Среди слуг и мелких писцов наконец-то показался утус Жуан, Придворный летописец. На голове старика соломенная шляпа, из-под которой на спину спадают длинные седые волосы. Одетый в лёгкую льняную рубаху с длинными рукавами, утус Жуан в правой руке несёт то ли книгу, то ли чёрную коробочку. За ним смешно семенит парень лет шестнадцати с большим дорожным мешком за плечами. Саян усмехнулся, неужели старый летописец наконец-то обзавёлся учеником? Давно, давно пора.

Саян сорвался с места и ввинтился в толпу. Но людской поток настолько плотен, что нечего и думать пробиться к придворному летописцу. Возле колонны отличное место для наблюдения, но оно достаточно далеко от центра Парадной лестницы. Саян до последнего пытался добраться до утуса Жуана, до самого храмового комплекса руками, локтями и ногами отпихивал людей, но… всё равно ничего не добился. Придворные, пройдя через большую площадь перед храмом Удубы, скрылись в парадном подъезде дворца, что находится недалеко от храма.

Подойди к парадному крыльцу и то проблема. Люди по-прежнему толпятся перед фасадом дворца и упорно не желают расходиться. Хотя ещё вчера днём на каждом углу глашатаи орали расписание праздника, а так же где и когда можно будет лицезреть витуса Нарта. Саян, никуда не торопясь, пару раз прочитал огромный лист с расписанием праздника, который повесили на стене жилого дома. Как хорошо быть грамотным.

Если верить расписанию, то в следующий раз витус Нарт покажется на публике только завтра утром, перед самым началом церемонии коронации. А пока на площади перед храмовым комплексом делать совершенно нечего. Саян вернулся на постоялый двор «Мудрый кот», где ему удалось снять маленькую комнатку на весь праздник. Нужно перекусить и как следует выспаться.

Как обычно, цены на жильё в Удубе взлетели до небес. Но ночевать прямо на улице, в палатке на берегу Акфара, никак не хочется. А деньги? Что деньги? Деньги дело наживное. К тому же, покойный утус Биот с лихвой оплатил проживание в Удубе.

Глава 28. «Коронация».

Быть предусмотрительным очень хорошо. Накануне днём Саян специально очень плотно пообедал и очень рано завалился спать в маленькой комнате. Постоялый двор шумел до глубокой ночи громкими голосами за тонкими стенами, гремел тарелками и кружками в общем зале на первом этаже и орал лихие песни. Но, не смотря ни на что, Саян великолепно отоспался и даже сам проснулся ещё до восхода Геполы.

На улице по-утреннему свежо и прохладно. Лёгкий ветерок с реки доносит влажные запахи. День будет жарким не только на события. Саян, зевая и потирая глаза, вышел на площадь перед храмом Удубы. Вот, только, он не один такой хитрый и предусмотрительный: не меньше двух дюжин мужчин и женщин разного возраста решили пожертвовать самым сладким, самым крепким утренним сном ради мест в первом ряду перед массивными деревянными ограждениями рядом со входом в храм.

Ограждения выставили ещё вчера вечером. То, что будет твориться на площади перед храмом через несколько часов, представить не сложно, подумать страшно. Каждый раз, на каждом празднике Единения, в бешенной религиозной сутолоке насмерть затаптывают несколько человек. Оцепления из преторианцев, куда уж сильных и здоровых воинов, не хватает, чтобы сдержать напор толпы. Вот и приходится, обозначая широкий проход, каждый раз выставлять ограждение из широких тяжёлый щитов с толстыми сосновыми подпорками. И то, бывало дело, и не раз, возбуждённая толпа ломала их.

Теперь самое главное ухватиться за толстый брусок свободного щита в каких-то десяти метрах от входа в храм не дать кому бы то ни было оторвать или оттеснить себя от вожделенного первого ряда. Вовремя, Саян оглянулся. Желающие как можно ближе рассмотреть нового Великого Сахема нарастающим потоком вливаются на площадь перед храмом Удубы. Рядом, тяжело громыхая металлом, прошёл большой отряд преторианцев. Воины быстро выгнали особо наглых зрителей из ограждения и встали двумя длинными шеренгами вдоль длинных щитов.

Больше всего, конечно же после Утёса, Саян гордится храмом Удубы и прилегающим к нему комплексом. Сильное государство основано на сильной моральной поддержке подданных. Грандиозный храмовый комплекс одним только своим видом внушает простым смертным трепет перед всесилием Великого Создателя и заставляет уважать государственную власть, которая построила это великолепие. Вот почему Саян вложил немало сил и средств в создание духовного стержня Вилуры.

Храм Удубы совсем не похож на Главное капище первобытного племени, которое было здесь триста лет назад. Но в самых главных чертах храм всё же воспроизводит его.

Так Светлая часть храма очень похожа на Светлое капище, только размерами гораздо больше – сорок на сорок метров. Саян хотел сделать ещё больше, но строительная наука ещё не достигла того уровня, чтобы можно было перекрывать большие пространства просторными сводами. И так, вопреки традиции, по середине Светлой части торчат четыре массивные колонны, которые поддерживают плоскую крышу.

Пролетев с размерами, Саян попытался отыграться на высоте. Ведь никто не запрещает сделать храм Удубы высотой хоть те же сорок метров. К счастью Ансив, один из бессмертных друзей, вовремя отговорил от этой глупости. Под Удубой не скала, а толстый слой осадочных пород. Широкие пласты песка перемешаны с тонкими прослойками глины. Такой грунт не внушает доверия, он может не выдержать слишком высоких и слишком толстых стен храма. Будет очень печально, если символ величия Великого Создателя покроется трещинами и рухнет, как карточный домик. Пришлось ограничить собственные амбиции всего двадцатью метрами. Далеко даже до Первой ступени Утёса, но храм всё равно гордо возвышается над жилыми домами Удубы. Белая прямоугольная крыша видна издалека и, словно маяк, указывает людям путь к самому главному храму Великого Создателя.