Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна

Альтам отдавал приказы. Принесли два кресла. В одно сел он сам, в другое усадили Иллара. Охранники заняли свой пост рядом. Во дворе продолжалась какая-то работа. Иллар осторожно оценивал обстановку. Еще три дня назад он был тут, но казалось, что это было так давно. Он помнил расположение главных ворот, но не обращал внимания на конские привязи, двери в казармы, крыльцо в донжон. Сейчас это приобретало особо значение. Он не собирался оставаться тут надолго.

Через некоторое время Иллар понял, что происходило во дворе. Из крепких досок быстро возвели небольшой помост и на него поставили большую колоду. Рядом появился человек с большим топором. Палач со своим инструментом. Двор заполнился людьми, бывшими обитателями замка, мужчинами и женщинами, не солдатами, а простыми людьми. Торогцы окружили их плотным кольцом.

— У меня еще много пленных, — доверительно сообщил Альтам Иллару.

Иллар вцепился в подлокотник кресла. Один из охранников положил ему руку на плечо. Но Иллар молчал, прикрыв глаза. Ярость и ненависть полыхали там, и нельзя было, чтобы враг это видел. Ему ещё надо найти настоящего предателя. Потому что именно тогда у него будет шанс вернуть себе доброе имя. Если оно вообще кому-то будет нужно.

Привели одного илонийского солдата. Без слов его бросили на колени, положили голову на плаху и палач со сноровкой, говорящей о немалом опыте, опустил топор. Поднял голову и насадил на кол.

Иллар дернулся. Охранник сжал его плечо стальной хваткой. В толпе раздались причитания, проклятия.

Появились слуги, неся с собой накрытый столик. Разлили по кубкам вино. Альтам взял со стола кубок и с удовольствием отпил. Жестом указал Иллару на второй:

— Вино отменное, мой мальчик, попробуй. Разве у тебя не появился хороший аппетит за последние годы?

Иллар молчал, по-прежнему игнорируя короля Торогии.

— Когда я спрашиваю, будь любезен отвечать.

Юноша даже не поднял голову.

— Хорошо. Поиграем в молчанку. Можно подумать, она что-нибудь изменит.

Привели второго солдата. Так же казнили и его. Толпа роптала, стражники покрикивали. В глазах Иллара темнело.

Альтам взялся за еду.

— Ты весьма огорчил меня десять лет назад, мой мальчик. Я столько тебе дал, я вложил в тебя столько любви и сил, а ты так постыдно сбежал от меня. Это неблагодарность, мой мальчик.

Иллара коробило от этого «мой мальчик», он еле сдерживался, чтобы не зарычать, но делая над собой неимоверное усилие, заставлял глаза опуститься еще ниже, а зубы разжаться. Альтам внимательно наблюдал за ним. Видел, какие муки обуревают юношу, но и не подозревал о бушующем внутри огне.

— Я наблюдал за тобой все эти годы. Издалека, очень издалека. Кем ты стал, мой мальчик? Ты забросил тренировки, ты бегал за своим отцом, как собачонка. Ты размяк, как тряпка. Разве таким я тебя растил? Со мной ты был бы сильным, стальным правителем. Но не всё потеряно, мой мальчик. Мы можем вернуть то время.

Иллар замер, не веря. Что еще задумал Альтам?

Альтам наблюдал за юношей. По его знаку привели третьего солдата, бросили на колени.

— Ты всё ещё нужен мне, Атир, мы можем править Илонией вместе.

На этот раз Иллар не смог сдержаться и поднял на Альтама потрясенный недоуменный взгляд.

— Всё равно по моим планам, это должно было произойти как раз в эти годы. Мне незачем было отдавать тебя опекунскому совету. Прошло, конечно, больше времени со времени твоего совершеннолетия. Но ничего, я умею ждать. И я дождался. Курхот как раз объявился в Корде. Весьма кстати, хочу сказать, и мы нашли с ним общий язык. Ваше предложение о мире также пришло вовремя. Мне так приятно было вводить вас в заблуждение, а самому готовить мою маленькую хитрость. Правда, ты чуть не испортил мне всю мою игру. Я, несомненно, тебе рад, безумно рад. Но ты должен был появиться на сцене гораздо позднее. Твои родители с твоей сестрой тоже огорчили меня. Один умер, женщины испарились. У меня исчезли рычаги твоего управления, Атир. Поначалу я очень огорчился. Но мой человек придумал умный ход. Мы славно разыграли его задумку. И ты сам подтолкнул нас к этому своими действиями в Арилазе. Мы сделали из тебя предателя, мой мальчик. Это замечательно. Я бы сам не додумался. Теперь нам остается только завоевать Илонию и всё будет так, как я и задумал двадцать с лишним лет назад. Я думаю, ты знаешь, что произошло тогда, не так ли?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Иллар знал. Очень хорошо знал. Тогда его отец и мать, Талина и Стенк обыграли Альтама, унизили и вырвались из его рук. Но Иллар молчал, не поднимая глаз. Одно несдержанное движение, и он по-глупому поплатится своей жизнью. А он не мог этого допустить.

А Альтам продолжал.

— Если бы тебя не было, всё прошло бы как по маслу. Ваш глупец командующий угодил в ловушку, армия разбита, а у меня во владении отличный замок. Ты появился не кстати, Шесбин что-то заподозрил, и у меня не получилась идеальная победа. Но с замком всё вышло, как и планировалось и даже лучше. И теперь у меня в руках ты, мой мальчик. Ты не представляешь, как я рад. Не молчи, мой мальчик, скажи мне что-нибудь в ответ.

Иллар молчал.

Альтам сделал знак, голова третьего солдата слетела с помоста.

Привели четвертого.

— Этого ты можешь спасти, мой молчаливый Атир. Всего лишь словом. Почтительным словом. Сам догадаешься или подсказать?

— Чего ты хочешь? — процедил Иллар сквозь зубы.

— Пока что — былое почтение.

— Я вас слушаю, ваше величество, — с трудом, чуть ли не по слогам проговорил Иллар.

— Так, уже лучше.

Солдата подняли и увели.

— Можешь продолжать. Мне приятно слышать твой голос.

— Что вы хотите, ваше величество?

— Я многого хочу, мой мальчик. И в первую очередь, твое смирение. Почтение. Почитание. Послушание. Полное послушание. Расскажи, как ты жил все это время без меня?

— Счастливо.

Альтам рассмеялся.

— Тенью отца? Моим лазутчикам приходилось прилагать немалые усилия к тому, чтобы заметить и донести мне о тебе. И это называется — счастливо? Комнатная собачонка, меч не покидает ножен. Скука. Смертельная скука, мой мальчик. Не к такой жизни я готовил тебя.

Иллар промолчал.

— И чему же учил тебя твой отец, в отличие от меня? Или он также не замечал тебя, как и остальные? Не молчи, Атир, не молчи. Мне надоедает говорить одному.

— Меня устраивало.

— А сейчас не устраивает? Браво! Да, пора выходить из тени того, кого нет в живых. Твой дед сейчас на границе, где вы назначили встречу. Признаться, в свое время, я недооценил его. Надо же — приехать лично, скрытно и похитить тебя прямо из моего дворца. На это нужна небывалая смелость, отвага, хитрость, наконец. А я-то всегда почитал его за простого лошадника. Но надеюсь, его хватит удар. И ты — король Атир. Как это звучит? Ну, можешь называться и королем Илларом, для меня ты все равно останешься Атиром, мой мальчик. А я не оставляю своих воспитанников. Я всегда буду рядом. Что ты на это скажешь? — спросил Альтам, продолжая потягивать вино.

Иллар промолчал.

— Твое молчание красноречиво, ничего не скажешь.

Он сделал знак, к плахе опять подвели солдата.

— Не молчи, мой мальчик. Мне надоело торговаться. Одна голова — одно слово. Иначе проторгуешься.

— Я не согласен.

— Не согласен что? Менять слова на головы? Или не согласен править Илонией? Мне надоело вытаскивать из тебя слова, мальчишка.

По его знаку солдата казнили. Иллар опять дернулся и опять стальные пальцы сжали его плечо. В толпе взвыла какая-то женщина, раздались возмущенные возгласы, торогские воины угрозами и палками заставили возмущенных людей молчать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я не согласен быть с вами рядом! — слова с трудом цедились сквозь сжатые зубы.

— Вот это другое дело. Если бы ты произнёс сразу этих три лишних слова, твой солдат был бы жив. Ну, это так, небольшое замечание. Давай теперь о главном. Почему?

— Я тебя ненавижу!

Альтам вздохнул. Повинуясь взмаху его руки, к плахе подвели еще одного солдата. Иллар произнес: