Брачный танец - Джиллиан Джеймс

Раздался стук в дверь, а затем — голос. Стива:

— Можно?

— Входи.

Он вошел, снял пиджак, галстук и закатал выше локтей рукава рубашки.

— Позволь, я помогу тебе.

Взяв большой кувшин, он насыпал туда хвойный экстракт, тщательно размешал в горячей воде и вылил раствор в ванну. Между тем Энни выскочила в спальню, сбросила с себя одежду и тут же вернулась. К своему удивлению, она не ощущала никакого стыда, стоя перед Стивом совершенно голой. Энни почти бессознательно взглянула на свой живот — пока еще по-прежнему мускулистый и плоский. И все же ей показалось, что он уже едва заметно округлился…

Стиву вдруг очень захотелось потрогать ее живот и попытаться убедиться, что там действительно зародился их будущий малыш. Но он побоялся шокировать Энни своим прикосновением. Он вообще ни в чем больше не был уверен. Любит ли его Энни? Ему приходилось слышать, что женщины нередко используют мужчин с единственной целью — забеременеть и родить ребенка.

Вот ведь ради мужа она не захотела бросить балет. Для ребенка же пойдет на все. Энни уже дала понять, что малыш значит для нее куда больше, нежели положение звезды первой величины в балете. Но Стиву вспомнились еще и слова, сказанные Энни незадолго до их свадьбы: «Я очень хочу иметь семью. И вы — единственный мужчина, с которым смогу ее создать».

…Потемневшая от хвои вода уже наполовину заполнила ванну. Стив погрузил туда руку, пробуя температуру.

— Порядок. Ванна готова, Энни.

— Спасибо, Стив!

— Благодари себя.

— За что?

— За будущего младенца, которого себе подарила. Ты же давно хотела иметь ребенка, не так ли? Что ж, твоя мечта, похоже, готова осуществиться. Я оказался подходящим партнером и благодарю Бога, что сумел с честью выполнить порученную мне миссию.

Энни вспыхнула от негодования.

— Не надо притворяться святошей, Стив Хантер! Каждый из нас получил именно то, что хотел. Я помогла тебе занять место совладельца фирмы, ты подарил мне ребенка. Мы квиты!

Она с бешенством смотрела в глаза мужа. Оба нервно дышали. Стив с трудом сдерживался, чтобы не убежать не только из ванной и спальни, но и вообще из своего дома. Итак, Энни продолжает верить клевете, случайно подслушанной при разговоре Рэйчел с Марией! Еще несколько мгновений он стоял рядом с ней, молча и сжав кулаки. Затем резко повернулся и вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Энни опустилась в ароматную воду и глубоко задумалась. Хотела ли она, чтобы Стив вот так, молча, ушел? Наверное, нет. Она ведь давно предупреждала Стива, что с новым театральным сезоном для них настанут трудные времена. Он должен был прислушаться к голосу разума, а не слепо идти на поводу у эмоций!

Теперь у нее возникала новая проблема: ребенок и балет, как их совместить?..

Стив долго стоял у окна, размышляя. И в конце концов пришел к заключению, что не должен оставаться пассивным наблюдателем краха своей семьи. Он просто обязан разрушить разделяющую их стену! А для начала надо показать Энни свою любовь, свою заботу и внимание.

Он вытащил из серванта коробочку с ежевичным чаем, который особенно любила Энни. Заварив его, достал из шкафчика большую чашку, из которого она обычно пила чай, и блюдце с бисквитами, поставил все это на поднос и понес наверх.

Дверь в спальню была закрыта. Стив поставил поднос на стоявший в холле журнальный столик и отворил ее. Энни лежала на кровати в розовой ночной рубашке. Кожа ее после хвойной ванны дышала свежестью. Она казалась куда более здоровой, чем в холле театра «Империал».

Стив принес поднос и поставил его на тумбочку у кровати жены.

— Энни…

Она повернула голову и посмотрела на мужа. Или… или сквозь него? Стив не мог точно объяснить себе этот взгляд.

— Чай… — односложно сказал он.

Энни присела на постели, подложив под спину подушки, взяла из рук Стива чашку с заваркой, долила ее кипятком из чайника.

— Мой любимый, ежевичный! Спасибо, Стив!

Он стоял рядом с кроватью, засунув руки в карманы.

— Мы не можем дальше откладывать разговор, Энни.

— Знаю. И поскольку я договорилась с Рэем, что в следующем спектакле меня снова заменит Таня, то мы в ближайшие день-другой найдем какое-то время для серьезных разговоров.

— Значит, тебя заменили только на следующий спектакль? — нахмурился Стив. — А потом ты снова намерена вернуться на сцену?

— Возможно, — неуверенно ответила Энни. — На неделю или около того. Я тебе уже сказала: доктор не против.

— По-моему, это неразумно.

— Даже еще три недели не представляют никакой опасности ни для меня, ни для малыша. Согласись, что я не могу вот так, сразу, уйти из театра. Да еще в такой ответственный для труппы момент.

Стив молча посмотрел на жену. Он давно убедился, что сломить упрямство Энни, когда дело касается ее балетной карьеры, практически невозможно.

— Хорошо, Энни, — сдался он. — Когда у тебя будет время и настроение, зайди ко мне.

— Доктор сказал, что я могу танцевать еще несколько недель, Рэй.

— Не думаю, что это стоит делать, — ответил тот. — Таня должна без промедления принять все ваши роли. Спектакли должны продолжаться независимо от того, что случилось. Я вижу лишь одну проблему: у нас с вами заключен контракт до конца июня, вы собираетесь его нарушить.

— Вы говорите таким тоном, Рэй, что я начинаю чувствовать себя в чем-то виноватой.

— Так оно, собственно, и есть. Вы виноваты в том, что наплевали на наш контракт и поступили, исходя из своих личных планов.

По тому, как Рэй цедил сквозь зубы слова, Энни поняла, что он просто взбешен.

— Я не могла дальше откладывать беременность, Рэй!

— Могли, черт побери! Вы были просто обязаны воздержаться от этого, пока не истечет срок контракта. Но ведь вы давно хотели, чтобы случилось именно так, потому что это дает вам возможность уйти от меня. То, что вы смотрите на сторону, я заметил еще во время наших европейских гастролей, год назад. После чего в вашей жизни появился Стив Хантер. Он вряд ли именно тот человек, ради которого вы бросили бы сцену. Но возможность создать семью все же оказалась для вас слишком заманчивой. Вы выскочили за него замуж, рассудив, что сможете совмещать обязанности жены адвоката с работой в театре. Однако появление ребенка в корне меняет всю ситуацию. Малыш потребует постоянной заботы. Вы это все отлично понимаете. Как и то, что оставляете меня на произвол судьбы.

— Рэй, я не оставляю вас на произвол судьбы! И буду танцевать еще не меньше двух недель. Кстати, вы планировали вот-вот завершить сезон. Я на это и рассчитывала. Но ваши планы подверглись изменению и, что характерно, без всякого согласования с исполнителями. В том числе — со мной. Впрочем, чему тут удивляться? Я была для вас удобной и полезной вещью, приносившей немалые деньги. И не более того!