Вечная тайна футбола - Михаил Якушин

Путь наверх

Можно ли определить, в какой момент человек способен стать тренером солидной команды? Давид Кипиани был хорошим футболистом и в игре разбирался неплохо, авторитетом большим пользовался, но, возглавив вскоре по окончании футбольной карьеры тбилисское «Динамо», потерпел тем не менее неудачу. Почему? Те, кто назначал его, не учли, что он по своим знаниям и опыту еще не созрел для того, чтобы руководить коллективом. Ведь в команде оставалось немало игроков, которые выступали вместе с ним. Кипиани попросту не умел и не был готов командовать ими. Повременить бы ему чуть-чуть, подготовиться лучше, и тогда все могло быть по-другому.

Я, кстати, стал старшим тренером московского «Динамо», как вы помните, в похожей ситуации. Но удача сопутствовала мне только потому, что прежде я получил многолетнюю практику, исполняя обязанности играющего тренера хоккейной команды мастеров, а став капитаном футбольной команды, активно участвовал как в разборах игры, так и в установках на матч. Другими словами, я долго и серьезно готовил себя к профессиональной тренерской деятельности, брал на заметку все лучшее, что было у моих наставников: Козлова, Квашнина, Товаровского, Аркадьева. И поэтому, как мне кажется, столь уверенно начал свою работу.

Как-то во время тренировочного матча на Черноморском побережье Кавказа я оказался на скамейке запасных с очень известным в прошлом футболистом, который в это время был вторым тренером команды мастеров. О своих подопечных он отзывался во время матча крайне нелестно, называл их всех подряд бездарностями, постоянно бубнил, что играть они не умеют. Футболисты действительно часто ошибались, но я сказал соседу, что при таком отношении к игрокам он никогда настоящим тренером не станет. Критиковать футболистов – последнее дело. Это каждый умеет. А вот объяснить игроку, в чем его ошибка и как ее исправить, умеет только тренер.

Тренер должен знать не только что сказать игроку, но и когда это сделать, учитывая индивидуальные свойства характера каждого. С одним футболистом я, например, проводил критический разбор его игры на следующий день после матча, с другим – спустя трое суток. И тут мы уже вторгаемся в ту область, которая именуется психологией. Ее основами должен владеть любой тренер.

В старину говорили, что артель атаманом крепка. Хороший тренер – это не только знающий специалист, но и лидер, вожак, умеющий повести за собой коллектив. На хорошее, конечно, дело. Не представляю, например, как тренер может сказать футболистам: сегодня мы в силу каких-то обстоятельств не будем играть по-настоящему, а сведем матч вничью. Имеет ли он после этого моральное право произносить перед своими воспитанниками высокие слова о долге, о патриотизме, упрекать их в каких-то прегрешениях?

Иногда говорят, что главное для тренера – тактический талант. Это очень важное качество, но опять-таки только одно из многих, необходимых ему.

Тактику я всегда определял как искусство вести игру в свою пользу, умение доставлять как можно чаще неприятности сопернику.

Я подолгу обдумывал тактический план на матч, а приходя на установку, старался предельно коротко и ясно объяснить каждому футболисту его задачу и порядок взаимодействия с другими. Но рассказать, как играть, еще мало. Успех придет только тогда, когда ты сумеешь уже в индивидуальной беседе убедить футболиста, что он способен выполнить твое задание.

Перед матчем тренер должен четко определить, от каких игроков соперника можно ждать наибольшей опасности, и разработать меры их нейтрализации.

В товарищеском матче сборных СССР и Бразилии в июне 1965 года в Москве гости выиграли со счетом 3:0 во многом благодаря тому, что их лидеру Пеле была предоставлена полная свобода действий. Это тренерский просчет, поскольку опека Пеле была доверена Георгию Сичинаве, которого подстраховывал Валерий Воронин. Оба этих футболиста были сильны умением организовать атаку, подыграть своим нападающим, а их вынудили заниматься непривычным делом.

Справедливости ради надо заметить, что когда в ноябре 1965 года сборные СССР и Бразилии провели повторный товарищеский матч уже в Рио-де-Жанейро, наши тренеры, учтя прежний свой промах, поручили опеку Пеле защитнику, который обладал необходимыми для этого данными, – Валентину Афонину, и тот очень удачно справился с заданием. А матч завершился вничью – 2:2.

Каждая хорошая команда должна иметь на своем вооружении несколько тактических вариантов игры и быть способной во время матча в зависимости от ситуации применять то массированное наступление широким фронтом, то атаки через центр или по флангам, то контратакующие выпады. Предусматривать надо все.

Каждый по-своему оценивает футбольную игру. Знаю людей, которым по душе атлетизм, и они склонны восхищаться даже командами, которые действуют по принципу «бей-беги». Я же в первую очередь определяю, с мыслью или нет играют футболисты, быстры ли они и насколько хорошо умеют обращаться с мячом. Совершенствованию этих качеств я и уделял главное внимание в работе.

Игроков для основного состава я, как правило, воспитывал в дубле, приглашая туда способных футболистов из команд класса «Б» и спортивных школ. И занимался там с ними вместе, конечно, со своими помощниками. Во всяком случае, в пятидесятые годы, когда московское «Динамо» четырежды выигрывал чемпионское звание и дважды серебряные медали, к нам в команду не перешел ни один игрок из основного состава другого клуба высшей лиги. Достоинство такого метода воспитания резервов видится в том, что обеспечивается единство коллектива как в жизни, так и поле. Интересно и другое. Большинство футболистов, прошедших школу нашего дубля, стали впоследствии игроками сборной СССР: Яшин, Беляев, Кесарев, Царев, Федосов, Шабров, Мамыкин, Мамедов, Короленков, Численно, Аничкин, Глотов, Рябов, Урин…

А ныне что, другие времена? Ничего подобного! Просто тренеры, мне кажется, утратили вкус к повседневной и кропотливой работе с молодежью, предпочитая более легкий путь поиска готовых футболистов на стороне. Не случайно то и дело возникают разговоры о том, нужны ли вообще дублирующие составы, если в них теперь так мало воспитывается сильных мастеров? Конечно же нужны. Но только принципы работы в них необходимо в корне пересмотреть. Во всяком случае, руководители спортивных обществ обязаны более строго спрашивать со старших тренеров за работу с резервом.

Способный игрок может стать большим мастером только в том случае, если он сам и его тренер будут добросовестно трудиться во имя достижения единой цели. Загубить талант игрока неправильными методами тренировки легче, чем сделать его высококлассным футболистом.

Часто дебатируется вопрос: что в первую очередь должен делать тренер – развивать сильные качества игрока или подтягивать слабые? Не раз убеждался в том, что основное внимание надо уделять совершенствованию сильных сторон, ибо, если сосредоточишься на подтягивании слабых, футболист может превратиться в обычного середняка. Не надо, однако, мои слова понимать буквально. Совершенствуя хорошие качества, по возможности нужно добиваться и того, чтобы игрок осваивал новое, как бы приобретал дополнительное умение, что даст ему возможность действовать более разнообразно. Но нельзя перегибать палку.

Когда я тренировал сборную СССР, в ней выступал московский динамовец Геннадий Еврюжихин, игрок самобытный, быстрый, с неплохим ударом. Его игра была проста – он убегал с мячом от соперников и бил по воротам порой из самых неожиданных положений, причем мяч после его ударов часто по каким-то немыслимым траекториям влетал в ворота. В детстве и юношестве его никто квалифицированно футболу не учил, а в команду мастеров Еврюжихин попал из студенческого коллектива. И хотя техника владения мячом у него была невысокой, редкие природные данные, прежде всего высокая скорость, позволили ему стать вровень с лучшими игроками страны.

Когда Еврюжихин уезжал из сборной в свой клуб, я обязательно вручал ему записку со своего рода домашним заданием. В ней я, в частности, указывал: «Гена! Тебе как можно чаще надо практиковаться в дриблинге и обводке, осваивать финты, учиться хорошо контролировать мяч». Словом, я постоянно настаивал на том, чтобы он совершенствовал свои лучшие индивидуальные качества.

Парень умный и самолюбивый, Еврюжихин нередко переживал, когда слышал критические замечания в свой адрес, что он-де умеет только быстро бегать и непонятные голы забивать. Не знаю уж, по своей инициативе или под влиянием тренера клуба, но начал Еврюжихин увлекаться игрой в пас, что в общем-то было явно не его делом, а главный свои козырь – скоростные прорывы – как бы отодвинул на второй план. Роковая ошибка! В конце своей футбольной карьеры он хотя и стал играть разнообразнее, но из оригинального и грозного форварда превратился в обычного среднего футболиста.