Сам себе властелин 3 - Александр Горбов

считал, что в Кемнаро стража работает лучше.

— Стража, — она зло скривила губы, — перешли на сторону предателей, забыв, кто их благодетель.

Не дожидаясь приглашения, я сел на кушетку и вытянул ноги. В конце концов, я Владыка, могу сидеть где захочу. А кто будет осуждать за нарушение этикета, пусть сначала побегает всю ночь по городу.

— Вам идут доспехи, Владыка, — она постаралась улыбнуться, и тоже села, обмахиваясь веером.

— Оставим политесы и раскланивания, к делу, сударыня. Мне рассказывали, что у вас мощная деловая хватка, так что не будем размазывать.

Она с громким хлопком сложила веер и отложила его на столик.

— О вас говорят так же. Что же, перейдём. Тогда, пригласим сюда нашего общего друга Торквина, если не возражаете.

Я пожал плечами: мне даже проще, если рядом будет “колобок”. Не знаю, что задумала “крокодила”, но мне уже не нравится её выражение лица.

Торквин появился буквально через минуту, будто караулил под дверью.

— Как я рад видеть вас в добром здравии, — рассыпался он в поклонах, — огромное счастье для меня, знать, что вы в порядке.

— Прекратите, Томас, не время и не место. Мы с Владыкой хотели обсудить ситуацию.

— Да, конечно, — Торквин сменил выражение на лице с восторженного на деловое и сел на пуфик поближе ко мне.

— Итак, — Зюйц-Хеллер повернулась ко мне, — мы…

— Готов вас эвакуировать, — перебил я “крокодилу”, — скажем, в течение часа.

— Что? Я не ослышалась?

— Самое правильное решение в этой ситуации.

— Бежать? Вы шутите, Владыка! Перевес на вашей стороне, среди Старейшин разброд, многие бежали из города. Протяните руку и Кемнаро упадёт вам в ладонь. Добейте мятежников и возьмите власть, принадлежащую вам по праву.

Глава 40

Зюйц-Хеллер смотрела на меня пристальным взглядом, ожидая ответа. Я не торопился, крутя в голове монолог “крокодилы”. Ох и мощная тётка! Вот только она ошибается — я не юный мальчик, чтобы купиться на такую наживку. Может, бороду отрастить? Буду выглядеть серьёзно, а если не расчёсывать, то и страшно. Люди будут пугаться и не рассчитывать, что я куплюсь на сладкие сказочки.

— Что это там у вас? Шампанское? Торквин, будьте другом, подайте мне бокал.

Я отпил из хрустального фужера, покатал на языке и выплюнул прямо на пушистый ковёр под ногами.

— Ну и дрянь у вас подают. Как вы пьёте такую отраву?

— Владыка…

— Нет.

— Что, простите?

— По вашему вопросу — нет.

У неё даже глаз дёрнулся.

— Владыка, разве можно отказаться от власти, когда она сама идёт в руки? Ваши сторонники только и ждут…

— Не собираюсь оправдывать ничьи ожидания. Мало ли кто и что думает! А если я жду, что вы станцуете на столе? Будете исполнять?

Руками я показал, какие танцы имею в виду.

Выражение на лице Зюйц-Хеллер изменилось. Ага, теперь ясно, почему её прозвали “голодная крокодила” — так улыбается, будто сейчас бросится и сожрёт с потрохами.

— А вы забавник, — она откинулась в кресле, сверля меня взглядом.

— Стараюсь.

— Я оценила шутку. Желаете посмотреть танцы прямо сейчас?

Хладнокровия ей было не занимать. Пожалуй, она действительно сплясала бы, только потом выпотрошила свидетелей.

— Зачем? Я не любитель кордебалета, не разбираюсь в хореографии.

— А в бунтах разбираетесь?

— Слегка. Поэтому занимаюсь эвакуацией не-людей.

— Орки вам ближе людей?

— Представляете, да. Напомните, чем эти люди помогли мне? Может быть, прорвали эмбарго, когда замок жил в осаде? Отправили мне на помощь отряд бойцов? Собрали золото на гуманитарную помощь? Что-то не припомню. А вот вас в Совете Старейшин я отлично помню. Не скажете, как вы мне помогли и за что голосовали?

— Политическая обстановка не способствовала.

— Да-да, понимаю, — я улыбнулся ей самой “сладкой” из улыбок, — а что сейчас мешает? На улицах творится чёрт-те что, а вы и эти самые люди, которые якобы за меня, пьют и танцуют. Почему я должен что-то делать для них, если мои “сторонники” развлекаются?

— Мы ждали, когда вы…

— А выйти навстречу? Так сказать, протянуть руку с другой стороны пропасти?

Я поставил бокал с шампанским на столик и наклонился вперёд.

— Не вижу, что вы мои сторонники, сударыня.

Зюйц-Хеллер поджала губы и смотрела на меня, как Дед Мороз на летнее солнышко.

— Что конкретно вы хотите?

— Ничего, — я рассмеялся, — это вы хотите моего участия в судьбе города.

— Владыка, мы, тёмные Кемнаро, обратились к вам, как главе тёмных сил.

— И что? Оккупацию надо заслужить, знаете ли.

В её взгляде промелькнуло удивление и вопрос.

— Хотите моего участия — начните с себя. Соберите ополчение и вассалов, выведите в город. Сделайте хоть что-то, кроме “ой, Владыка, сейчас разрулит”.

— Это ваше требование?

— Тёмные боги, конечно нет! Я ничего ни от кого не требую. Просто рассказал своё видение ситуации, не больше.

Минуту она молчала, обдумывая мои слова.

— Согласна, — Зюйц-Хеллер кивнула, — ваши требования справедливы. Мы соберём сторонников.

— Вот тогда и приходите, поговорим. А теперь, прошу простить, меня ждут дела.

Я встал и направился к выходу.

— Буду с владыкой, — послышался за спиной голос Торквина, — ему пригодится моя помощь. Ну и связь, если что, через моих людей будет быстрее. Он сразу узнает, когда вы будете готовы.

“Колобок” выскользнул из будуара следом за мной.

— Могли бы остаться, — усмехнулся я, шагая к бальному залу, — здесь безопасней, чем рядом со мной.

Он ответил не сразу.

— Знаете, Владыка, не уверен. Эта женщина съела стольких “партнёров”, что к ней даже в гости заходить страшно.

— А мной она бы тоже закусила, когда я измотал свои войска, очищая город?

Торквин грустно вздохнул:

— Не знаю. Но тогда, следующим блюдом оказалась бы моя голова.

— Боитесь за неё?

Он неопределённо пожал плечами.

— Скорее, не хочу с ней расставаться. Мы, знаете ли, слишком давно вместе.

***

Стоило появиться в бальном зале, как на меня обратились взгляды всех присутствующих. Они ждали от Владыки каких-то заявлений после беседы с хозяйкой дома? Бегу и падаю! Не обращая на них никакого внимания, я пошёл к Лорен и Клэр.

Кажется, я как раз вовремя: хоть тон беседы и звучал вежливо, девушки так друг на друга смотрели, что могли бы убить на месте.

— Сударыни, — я слегка поклонился, — простите, что прерываю. Увы, мы должны покинуть этот дом, нас ждут дела.

— Очень жаль, — Лорен улыбнулась мне и кивнула Клэр, — рада была тебя видеть, дорогая.

— Взаимно, милочка, — тон Клэр не оставлял сомнений: ещё минута и она бы придушила собеседницу.

— Иван, — Лорен сделала шаг ко мне, — мы не могли бы переговорить? Наедине. Буквально минутку, я тебя не буду сильно