Замуж за египтянина, или Арабское сердце в лохмотьях - Юлия Шилова

– Клава, мы больше не можем рисковать, – сказала я взволнованным голосом и тяжело задышала. – Нужно избавляться и от машины, и от трупа. Если нам повезло на этом посту, то это не значит, что повезет на следующем.

– Что ты предлагаешь?

Остановившись рядом с брошенным недостроенным зданием, я свернула в сторону и поехала по так называемому бездорожью.

– Ты куда? – Клава буквально вжалась в кресло.

– Бросим тело здесь.

– А может быть, доехать до ближайшего леса?

– А ты знаешь, где в Хургаде ближайший лес? – с издевкой поинтересовалась я у Клавы.

– Да уж, с лесом тут напряженка.

– Вот и я про то же. Стройка в самый раз будет, тем более она заброшена и не освещена.

Подъехав к недостроенному зданию настолько близко, насколько это было возможно, я выключила мотор и потушила фары.

– Что-то мне здесь не очень нравится, – заметила Клава, вглядываясь в темноту. – Может, ты все же фары включишь, а то тут темнота такая, хоть глаз выколи.

– Фары включать слишком опасно. Не бойся, мы всего лишь на стройке.

Мы вышли из машины и дождались, пока наши глаза привыкнут к темноте. Затем вытащили из кузова труп Ахмеда, завернутый в ковер, и поволокли его вместе в сторону недостроенного здания. Оставив свою ношу на недостроенном цокольном этаже, мы почти наперегонки бросились к своей машине.

– Машину нужно оставить в другом месте, иначе Ахмеда слишком быстро найдут.

Клава сразу же со мной согласилась, и мы как можно быстрее отъехали от этой страшной, безлюдной, зловещей стройки. Проехав некоторое расстояние, я остановила машину рядом с пустырем и, достав из пляжной сумки пистолет, из которого я убила Ахмеда, присела на корточки и зарыла оружие в песок.

– Как же ты все продумала! – похвалила меня Клава. – Действуешь, как заправский убийца.

– Ну и комплименты у тебя… В тюрьму не захочешь – еще не так будешь действовать.

Проехав еще несколько километров, мы свернули на освещенную трассу и остановили свой грузовик рядом с маленьким, должно быть, дешевым отелем.

– А почему ты не захотела бросить машину в безлюдном месте? – поинтересовалась Клава.

– Зачем? Поставим ее у этой захудалой гостиницы. Может, Ахмед в нее зашел и больше уже не вернулся. Если мы бросим грузовик на обочине, то это может быть слишком подозрительно. Я уверена, что около него тогда обязательно остановится полицейская машина. А так – просто машина стоит рядом с отелем, и никому нет до нее дела.

Выйдя из грузовика, я посмотрела на связку ключей, среди которых были ключи от машины и от квартиры Ахмеда, хотела было ее выкинуть, но передумала, сунула в карман и вместе с Клавой вышла на дорогу для того, чтобы поймать маршрутное такси.

– Я в отель, – решительно заявила Клава. – Я выпить хочу: все-таки такой сложный день. Сейчас бы только до бара добраться и чего-нибудь покрепче заказать.

– Счастливая!

– Да уж, счастья выше крыши!

– А я думала, ты сейчас к Хасану на разборки поедешь, – я не могла не съязвить.

– Ты что, какой Хасан?! Я на ногах еле стою! Ты сама говорила мне о том, что у меня еще будет возможность выяснить с ним отношения. За мной не заржавеет! Если бы ты мне раньше сказала о том, что он от меня в лавке прячется…

– То что бы было?

– Я бы всю его лавку вверх дном перевернула. Я ведь ее берегла, думала в ней добра столько – жалко все это рушить. Валя, ты мне там пятьсот долларов обещала… – По Клавиному выражению лица было нетрудно догадаться, что говорить про деньги ей было очень неудобно.

– Деньги завтра в три часа дня в рыбном ресторане, как договорились, – спокойно произнесла я, но тут же встала как вкопанная и ощутила, как какая-то волна удушья сдавила мне грудь.

– Валя, ты чего?

– Негативы…

– Какие еще негативы?

– Для того чтобы завтра я смогла получить свои деньги, я должна отдать негативы, как же я сразу-то не подумала! – произнесла я убитым голосом и схватилась за голову.

ГЛАВА 27

Как только мы сели в маршрутку, Клава заметно занервничала и, покосившись на с любопытством рассматривающих нас арабов, наклонилась ко мне поближе и тихо спросила:

– Валя, я что-то не пойму, я завтра получу деньги или нет? Я как-то уже на них настроилась, представила, что детям куплю.

– Клава, встречаемся завтра как договорились.

– Ты же только что говорила про какие-то негативы…

– Я постараюсь со всем разобраться.

– Ладно, ты особо не напрягайся, – в голосе женщины послышалась обида. – Если у тебя не получается деньги достать, то что ж теперь делать-то.

– У меня все получится, приезжай как договорились. Ты для меня столько сделала! Я просто обязана тебя отблагодарить.

– Хорошо, приеду. Валя, скоро мой отель, я выхожу. Я бы тебя с собой взяла, да не пустят.

– И не надо. Куда мне с таким лицом? Только народ пугать! Я в центр поеду. Знаешь, ты заплати за маршрутку, а то у меня денег ни копейки.

Клава сунула мне в ладонь египетскую мелочь и, несколько раз повторив, что она будет очень сильно за меня переживать, вылезла из маршрутки и направилась к своему отелю.

Я вышла в центре и пошла в направлении дома Ахмеда для того, чтобы найти в его квартире негативы. Оглядываясь по сторонам, я зашла в подъезд. Я старалась идти как можно бесшумнее, словно боялась, что меня кто-то услышит. Мои руки так сильно дрожали, что я не смогла с первой попытки отпереть дверь квартиры Ахмеда.

– Вот черт! Нужно немедленно взять себя в руки.

Открыв входную дверь, я прошла в комнату. На тумбочке лежал фотоальбом c откровенными снимками, на которых были запечатлены арабские мужчины и русские женщины. На некоторых фотографиях красовался мой муж.

– Дрянь, – вырвалось у меня, и я бросила фотоальбом на прежнее место. – Какая же ты дрянь! Ты остался при своих интересах. А я… С чем осталась я?! Ты мне доказал, что наша совместная жизнь – это ложь.

Нужные мне негативы не пришлось искать особенно долго: они лежали в конверте, хранящемся в тумбочке. Положив конверт в свою пляжную сумку, я направилась к выходу, но тут увидела, что входная дверь распахнулась и на пороге появился Валид. Я остолбенела от неожиданности и почувствовала, как меня бросило в жар.

– Валид?!

– Не ожидала?

– Нет, – покачала я головой.

– Что ты тут делаешь?

– Ахмеда жду.

– А где он?

– Он привел меня сюда, а сам куда-то ушел.

Я смотрела на напряженное худое лицо мужа, наблюдала за тем, как вздрагивают его скулы, и чувствовала, что смертельно боюсь этого человека. Мне показалось, что от Валида исходит какая-то смертельная энергия и что я должна любым способом погасить его злость, иначе может случиться непоправимое.