Тень вечного монстра - aleksdesent

вскрикнул, но тут же замолчал, потому что мясо на его грудной клетке, и без того скудное и сухое, превратилось в вонючий белый дым. Он упал и несколько секунд катался по земле, поджигая траву и распространяя клубы белого дыма. Я закашлялся, и чуть не проткнул невозмутимо лежащего под мечом варвара. Он лишь ещё раз затянулся через устройство на маске. Остальные принюхивались к ядовитому дыму, с блаженством на лицах. Вонь белого фосфора перебила запах горелого мяса, а я снова почувствовал себя отравленным, как будто наглотался жучиного ихора.

Когда дым рассеялся, а мотоциклисты вышли из фосфорного угара, арбалетчик затянулся и провозгласил:

— Забудьте его!

— Мы забудем! — хором ответили варвары.

— Ну что, договариваться будем? — напомнил я о себе.

Смелости у меня поубавилось. Я не знал кем был сожжённый водила, но демонстрация возможностей термального оружия меня впечатлила.

— Сейчас дракон приедет, с ним и поговоришь — на сей раз арбалетчик затянулся после реплики, а не перед ней.

К нам действительно ехала белая машина. Очень неторопливо, почти со скоростью пешехода. Все напряжённо смотрели на неё, пока она катилась последнюю сотню метров. Машина остановилась возле оцепления из мотоциклистов, и из неё тут же выскочил ещё один маленький сухонький человек в чёрной рубашке и штанах. Он подбежал к двери и открыл её, давая выйти огромному трёхметровому негру.

Вернее, его кожа была цвета угля, а черты лица — европиоидными. Он был закован в массивную броню чёрного цвета, с зелёными чешуйками поверх металла. В одной руке он держал молот, больше меня длиной и весом, а во второй — двуствольную пушку, нижняя часть которой напоминала укороченный автомат. Сверху же располагались баллоны и ствол, как у мотоциклистов, только раза в два больше.

— Я — Гефест, повелитель Пустоши, и вождь племени Драконов! — проревел он, и выдохнул струю дыма с тем же шумом, что и арбалетчик.

— А я Джеймс. Джеймс Андерсен, первый в своём племени. Твои люди были невежливы, Гефест.

Я понятия не имел, как разговаривают варвары, когда сталкиваются на Пустоши, особенно если один из них излучает столь плотную ауру пафоса, что даже рядом стоять душно. Но как-то объяснить, почему я держу меч над сердцем его человека, было нужно в любом случае. Гефест несколько раз шумно вдохнул, а потом очень долго выдыхал густой белый дым, и только после этого продолжил говорить:

— А как ты вообще тут оказался, Джеймс?

— Мимо проезжал.

Пока я ждал следующую реплику вождя, вернулись багги. Между двумя машинами натянули сетку, и погрузили на неё труп мантикоры, а третья, с длинной пушкой, подпирала добычу сзади.

— Решил покататься с друзьями по пустоши, и чуть не погиб от мантикоры? Неразумно. Предположу, что ты посмел охотиться в моих землях, и потерпел неудачу. За это я объявляю войну твоему племени!

— Вальгалла!!! — снова заорали мотоциклисты, пока их вождь занимался производством дыма. Стрелять в меня они и не думали.

— Племя Драконов непобедимо, поэтому я милостиво приму ваше поражение, и не стану брать цену кровью.

— Чего он говорит? — спросил я у Себастьяна, не осилив перевод с пафосного на человеческий.

— Денег он хочет, что непонятного? — проворчал Себастьян — Давай уже соглашайся, мы ещё можем успеть.

— Можешь выкупить у меня пленного — предложил я Гефесту.

— Его? Погибнуть от хроноклинка, в руках вождя племени — большая честь. Мы запомним его имя.

— Я — Арчер! — крикнул лежащий пленник, чуть не насаживаясь на мой клинок. Он даже дымом затянуться забыл, так ему не терпелось принести себя в жертву.

— Да вы что, с ума тут все посходили? — я развёл руки, убрав меч от Арчера — Вы чего в свой дым подмешиваете, что такие обдолбанные ходите? Взяли человека сожгли просто так, теперь хотите, чтобы я ещё одного проткнул! Что не так с вами со всеми?

Мотоциклисты удивились, посмотрели друг на друга, потом на своего вождя. Тот сначала стоял, как будто собирается лопнуть от напряжения, а потом уронил молот и заржал, иногда взрываясь дымными облачками.

— Ты — тот самый Кай? — спросил меня Гефест, когда просмеялся.

— Почему?

— Ведёшь себя как бессмертный, вот почему.

— А твои люди? Они готовы умереть просто так, лишь бы ты мог с пафосной рожей ходить.

— Они знают, ради чего стоит жить, и ради чего не жалко погибнуть.

— Ну так я тоже знаю. — сказал я, подойдя к вождю на расстояние вытянутой руки, глядя ему в глаза снизу вверх, из-за разницы в росте, но с вызовом и дерзостью.

И он мне поверил.

— Ты тоже непобедимый, как настоящий Дракон. Невозможно победить того, кто готов умереть за своё племя, запомните эту мудрость!

— Мы запомним! — прокричали мотоциклисты.

— Ну а ты что молчишь, Джеймс? — спросил меня вождь.

— Я запомню.

— Мы запомним — эхом отозвались Себастьян и Рус.

— Эй, как там тебя? Проследи за добычей, и помоги моим гостям разместиться. Вы ведь не откажетесь от приглашения?

— Вы направляетесь в Цитадель? — впервые встрял в разговор Себастьян.

— Да, туда.

— Мы с радостью примем ваше приглашение, вождь Гефест. — сказал я.

* * *

Навигация в Пустоши — дело очень непростое. Нужно обойти стороной особенно крупные скопления хищников, а также любые леса — от них вообще нужно держаться за километр, а лучше за пять, чтобы даже видно не было — и не встретиться с другими путешественниками, потому что хищника страшнее человека на самом деле нет. Себастьян умел делать это на каком-то невероятном уровне, как будто сама Пустошь показывала ему дорогу. А может и правда показывала, что-то магическое в его таланте навигатора точно было.

Колонну Драконов не направлял никто, поэтому головной грузовик изнутри напоминал корабельный мостик на нашем флагмане. В грузовик я заглянул по ошибке, предполагая, что мы поедем именно на нём. Лодку Себастьян с Русом несли над головой, объявив её сломанной. Охотнику хватило ума не уточнять, что сломалась она несколько раньше, чем остановилась, и не допытывать меня каким образом я ею управлял.

Наш сломанный транспорт разрешили закинуть на крышу замыкающего грузовика. Меня Гефест пригласил в свою машину, а остальные рассосались кто куда. Мои спутники залезли в развалюху Арчера, который выглядел немного расстроенным. Минут через десять караван снова отправился в путь.

Грузовики были запредельно мощными, и столь же тяжёлыми. По сравнению с лодкой, мы еле ползли, со скоростью около восьмидесяти километров в час. Украдкой я глянул на Гефеста магическим зрением. К своему удивлению, я увидел под бронёй нечто, похожее одновременно на Эрику и на рейтарский байк: металлические органы