Фермер в другом мире - Виталий Невек

не дойти. А ещё люди разорились на пять железных кольчуг для лучших воинов. Мечи взятые у скелетов я отдал, пусть заточат и пользуются этим старьём, заодно отдал в заточку меч из нержавеющей стали, взятый в призовой комнате после босса. Этот для меня.

В полдень система прислала сообщение, что обезьяны пытались пролезть в мою безопасную зону. Никого там нет, Наташа вон в деревне сидит, а без меня система туда никого не пустит. Значит они уже на пути сюда.

К обеду обезьяны были уже около деревни. Вышли из леса, посмотрели в нашу сторону недолги и вернулись обратно. То были разведчики, а может и нет, кто их знает?

Я сажал кактусы пока были силы, свой запас я опустошил через час после обеда. Тогда же первый отряд из сотни обезьян вышел из леса и стал стрелять в нас из гоблинских луков. Стрелы полетели на деревенские улицы, ранили случайных прохожих.

Ответил им великан, как зашвырнул палку, так сразу две макаки огребли. Желания пускать стрелы у них стало поменьше. Они поспешно сбежали обратно и затерялись среди деревьев.

Через час пришло целое войско обезьян. Там их было не меньше тысячи. Тысяча взрослых макак против 250 жителей! Из которых половина женщины, дети и старики! Ну, у нас хотя бы есть носорог и великан.

Одна из обезьян вышла вперёд остальных и бросила в нашу сторону три отсечённые людские головы. А я наивный думал, что будут иметь место цивилизованные переговоры. Макакус стал бить себя в грудь, показывать нам большие обезьяньи клыки и орать. Целое тысячное войско повторило его действия. Орали и скалились буквально ни все.

Но нас, честных крестьян, таким не проймёшь! Парочку обезьян убило стрелами, теперь им стало не до воплей и угроз. Они пошли в атаку на нас всем скопом!

Волна чёрной шерсти хлынула в ров. Ров был широким и глубоким, но выбраться из него и забраться на земляной вал для обезьяны вполне реально. Вот только с той стороны рва росли кактусы. Небольшие ещё, не успевшие вырасти, но уже опасные. Любой макакус, напарываясь на их иглы, тут же отдёргивал конечность и выл от боли.

Наши кактусы злые, не суй свои руки немытые в угодья честных пейзан, грязный обезьян!

Атака сорвалась, вперёд они пройти не могли, слишком много кактусов, во рву сидеть скучно и бесполезно, да ещё и люди из луков стреляют. Мохнатые стали дохнуть, стрелы легко калечили их незащищённые тела. До щитов обезьянья наука ещё не доросла.

Тем не менее, местами обезьяны сумели смести ненавистные кактусы и пройти. В проходы устремились десятки мохнатых, а следом они полезли на земляной ров. Там и началась рукопашная между людьми и макаками. Очень быстро люди поняли разницу между гоблином и обезьяной, она существенна. Обезьяна куда сильнее человека.

Я тоже полез в драку. Опыта сражений у меня побольше чем у любого здесь. А если прибавить часы в доте, так я вообще генералиссимус.

Первую обезьяну я застал врасплох, она проткнула копьём человека, да перестаралась. Копьё вошло слишком глубоко и застряло. Она всё пыталась его достать, когда я проломил ей череп одним ударом мотыги.

Вторая макака бросилась на меня с деревянной дубиной, удар пришёлся на щит, руку сразу отсушило. Какие же они сильные, эти обезьяны. Второй удар метил в ногу, я опустил щит пониже и придавил дубину к земле. Эта обезьяна оказалась умнее, отпустила дубину и отпрыгнула, иначе получила бы мотыгой в башку.

Сразу две мартышки бросились на меня с двух сторон, в руках у каждой было по каменному ножу. Один нож ранил меня в ногу, а другой разбился о кольчугу. Я отогнал их мотыгой и понял, что в меня ещё и копьём тычут, пришлось и от него отбиваться щитом. Ещё одна обезьяна огрела меня палкой по плечу и это было больно, даже учитывая прокачку телосложения, что сделало меня куда более живучим и выносливым.

Трое тыквенных прикрывали мне спину, но помочь нормально не могли. Они намертво увязли, одна единственная мохнатая тварь поколачивала их палкой как хотела.

Сразу пять обезьян били меня с разных сторон. Где-то я закрывался щитом, где-то выручала кольчуга, одну обезьяну я ранил мотыгой в руку, но затем меня ткнули каменным копьём в плечо. Давно я так не страдал!

Сраные макаки наседали, меня ранили снова и снова. Тут я услышал за спиной грозный рык Ворчуна.

— Посторонись, молодёжь!

Великан пронёсся мимо, размахивая дрыном. Одну из обезьян он огрел по спине так сильно, что та пролетела два метра и плюхнулась головой в грязь. Другую он снёс своей массой, а третью не только сбил, но и раздавил ей лежащей ногу. Да ещё и сказал без всякого сарказма.

— Ой, извини, макака. — Какой он добрый, даже извинился!

Воспользовавшись замешательством, я подскочил к той наглой мартышке, что тыкала в меня копьём, и со всей силы заехал ей мотыгой в шею. Кровь ударила фонтаном, обдав нас обоих. Обезьяна схватилась за горло и получила ещё и удар в висок. Мотыга пробила кость и застряла, пришлось её ещё и доставать.

Мартышку с раздавленной ногой я без всякой жалости добил ударом в голову. Затем добил и ту, что упала в грязь и только теперь стала шевелиться.

Ещё две мартышки бросились на меня, но я уложил одну метательным копьём, а вторая убежала в страхе сама.

Ещё несколько обезьян коллективно забивали палками охотника. Я подскочил сзади, они и не заметили меня, пока мотыга не вошла в спину одной из макак. Да так там и застряла, я не успел её вытащить. Ну, это должно было случиться, я перестарался, а мотыга такая вещь, рано или поздно застрянет. Я пытался призвать её, но она застряла настолько сильно, что не смогла вырваться.

Я быстро перешёл на меч из нержавеющей стали, тот что нашёл в призовой комнате после босса. Мечом я никогда пользоваться не учился, так что делал всё по наитию. Хорошо что вспомнил про него утром и отдал в заточку, теперь он очень острый.

Сраные обезьяны показывали мне клыки, а потом прыгнули на меня все разом. Одну я успел распороть, из брюха вывалились потроха. А затем меня сбили с ног и повалили на землю. Я быстро сориентировался и отпихнул макаку ногой, она думала кусаться. Тут в дело влезли другие люди и дали мне шанс подняться. Они кололи и отгоняли обезьян копьями, раненых макак добивали ржавыми мечами.