История ракетно-ядерной гонки США и СССР - Евгений Вадимович Буянов

специалистов-дозиметристов). Только с апреля по июль 1962 г. они зарегистрировали 27 ядерных взрывов, – воздушные, несколько высотных, один подводный – от 10 кт до 5 Мт. 1 мая 1962 года советские станции слежения зафиксировали подземный ядерный взрыв 12 кт на французском полигоне Регган в Сахаре. В 50-е годы СССР предпринимались попытки введения моратория на ядерные испытания в отдельные периоды времени, но другие стороны эти моратории не соблюдали.

После заключения 05.08.1963 г. Договора об ограничении ядерных испытаний в 3-х средах между СССР, США и Великобританией, главной задачей СДО стала задача контроля за выполнением этого Договора (Китай и Франция к нему не присоединились, и продолжали испытания во всех средах). Договор был следствием нелёгкой борьбы, в которой советским учёным удалось доказать несомненный вред ядерных испытаний для всего человечества. В частности, Андрей Сахаров в своей статье доказал, что даже «чистые» термоядерные бомбы выделяют опасные радиоактивные изотопы (например, изотоп С14), которые в долгосрочной перспективе увеличивают смертность людей от различных заболеваний. Сахаров доказал, что даже «чистый» взрыв в 1 Мт только из-за выделения С14 вызовет смерть 10 тыс. человек за 8 тыс. лет. Конечно, смерть одного человека в год – это, кажется», «немного», – но вот только в случае, если этот «человек» не ты сам или не твой близкий родственник!.. А «радиация» не станет никого «отбирать» по каким-то признакам, – она будет сокращать жизнь всем людям без разбора. И такое положение здравомыслящих людей никак не устраивало, – отсюда и массовые протесты против ядерных испытаний. В плане же научных исследований и создания ядерного оружия объективная ситуация для запрета ядерный испытаний сложилась тогда, когда и США, и СССР овладели и отработали технологии производства мощнейших термоядерных зарядов без каких-то заметных преимуществ одной из сторон противоборства.

16.10.1964 г. советской стороной не удалось оперативно зарегистрировать первый китайский ядерный взрыв из-за того, что часть аппаратуры была отключена (не сработала и служба внешней разведки), а сейсмические записи делались на фоне сильного землетрясения в Индии. По пробам воздуха, конечно, испытание зафиксировали, но с запозданием на 2–3 суток, когда западные СМИ уже сообщили об испытании. Из-за этой неудачи были серьёзно усилены средства и дисциплина системы контроля, который стали вести непрерывно. Второй китайский ядерный взрыв 16.05 1965 года зарегистрировали сразу. Третий китайский ядерный взрыв зарегистрировали, но с «неполадками» в аппаратуре, – это обстоятельство вызвало новую волну отработки техники и повышения качества работы служб СДО.

В июне 1975 г. был создан НИЦ СК МО – самостоятельный институт по проблематике системы слежения-контроля (ССК). Задача создания в СССР автоматизированной системы сейсмического контроля – АССК была поставлена и начала решаться в 1978 году, и к началу 90-х годов такую систему создали и ввели в действие. После ратификации Договора о полном запрете ядерных испытаний (в декабре 1990 г.) в течение 1990–1992 годов были построены и приняты американской стороной в России станции сейсмического контроля Арти (Свердловск), Обнинск (Калужская обл.) и под Новосибирском. А Российская сторона ввела в строй свои станции в США – Ньюпорт, Талса, Блэк-Хиллз. Договор о всеобщем запрещении ядерных испытаний был принят на 51-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН 24 сентября 1996 г. Россия подписала и ратифицировала этот Договор, а США подписали, но до сих пор его не ратифицировали. Этот Договор подписали и соблюдают не все страны, но нарушения его носят эпизодический характер и порицаются большинством стран ООН.

Важно отметить, что вся эта кампания по запрету ядерных испытаний сыграла немалую роль в сохранении всеобщего мира и предотвращения ядерной войны. Она показала, насколько опасными являются все эти эксперименты для жизни и здоровья людей, и люди поняли что «всеобщая ядерная война» – это «всеобщее самоубийство» при достигнутых уровнях ядерных вооружений.

Время от времени в СМИ появляются сообщения о каких-то «вспышках» или «ядерных взрывах» в отдельных районах мира. Я полагаю, что природа этих явлений военными специалистами (как России, так и США, и ряда других стран) достаточно быстро устанавливается, однако делиться этой информацией со СМИ они не торопятся. Но политическое и военное руководство страны, конечно, они информируют достаточно оперативно. Возможности контроля за ядерными взрывами сейчас очень большие, и «случайно» какой-то ядерный взрыв военные не пропустят. И сейчас ясно, что «сумеречные свечения» неба в 1957–1958 годах и позже – в начале 1960-х годов могли быть связаны с теми мощнейшими ядерными испытаниями, которые тогда проводили на полигоне Новой Земли. В 1957–1960 к этим явлениям ещё добавляли разные эффекты магнитные бури, вызванные аномально мощным пиком 19-го цикла солнечной активности (такого мощного пика не было за всё время наблюдения СА с 1755 года).

Второе главное управление: создание ракетной мощи страны. Развитие носителей ЯО – объединение ракеты и ядерной боеголовки

Одних ядерных зарядов для современного «ядерного оружия» было мало, – требовались его носители, имеющие и тактическую, и оперативную, и стратегическую, – межконтинентальную дальность. Мощные ракеты были созданы в США и СССР в течение 40–60-х годов, а далее развивались с повышением их защищённости, мобильности, мощности, точности, количества и мощности переносимых зарядов. Работы по ракетному вооружению начались в СССР после принятия 13 мая 1946 года постановления Совета Министров № 1017–419. Этим документом был определен перечень задач, которые было необходимо решить в этой новой для советской промышленности сфере деятельности, а также состав предприятий и учреждений, которым предписывалось заниматься ракетной тематикой.

Можно заметить, что затраты на создание носителей ядерного оружия были не меньше, а больше, чем для создания ядерного оружия. Д. Эллсберг (см. [44], с. 340) отмечает, что разработка только прицела Нордена для стратегических бомбардировщиков Второй мировой войны обошлась в сумму более половины бюджета Манхэттенского проекта. А стоимость постройки армад стратегических бомбардировщиков В-29 во время Второй мировой войны превышала затраты Манхэттенского проекта. До начала 60-х годов главную часть стратегического ядерного арсенала несли стратегические бомбардировщики, и лишь в середине 60-х годов доля ядерных зарядов на ракетах постепенно стала сопоставимой, а затем и превысила долю зарядов на уязвимых для средств ПВО воздушных носителях.

Разрушительная мощь ракетно-ядерного оружия состояла не только в способности нанести очень быстрый и мощный (до десятков мегатонн ТЭ) удар ракетами на огромное расстояние. Эта мощь определялась и точностью поражения цели. Вначале ракеты имели очень большие отклонения, измеряемые десятками километров и километрами. Но рост точности ракет привёл к тому, что сейчас отклонение от расчётной точки по КВО не превышает 90–200 м (КВО – квадратичное отклонение: это радиус круга с центром цели ядерного удара, в который боеголовка падает с вероятностью 50 %, а при утроенном значении КВО вероятность составляет более