Сильнее времени (СИ) - Добрынина Елена

Аня ускорила шаг. Она уже слышала голоса на подъездной аллее, и внутренне приготовилась ко встрече с родственниками. Сегодня к ним пожаловали не только родители, дядюшка и Аська. Провинциальное имение решили навестить и Ильинские. Гнездилову дали отпуск, и они с Натали тоже решили проведать Николя и Аню.

Войдя через черный ход, девушка миновала кухню, просторный холл с лестницей и вышла на крыльцо. Солнце лилось в окна, наполняя большой дом воздухом и светом. Аня прищурилась – солнечные лучи ослепили на миг, и увидела, наконец, процессию. Несколько пролеток, даже не сосчитать так сразу, сколько их было, груженных различным скарбом, стояли на подъездной аллее прямо у крыльца. Путники выбирались из повозок, разминали затекшие части тела. Слуги, весь день ожидающие прибытия гостей, принялись шустро таскать в дом чемоданы и узлы.

- Гости прибыли, а хозяев нет. – Выговаривала Натали Александру Сергеевичу.

- Ну, душа моя, не будь столь строга, - успокаивал молодую жену сыщик.

Воистину, Натали была еще той капризулей, подумала Аня с улыбкой и поспешила выйти к ним навстречу.

- Аннушка, здравствуй, ma chère! – Увидела ее свекровь и бросилась обниматься.

За шумом и гамом никто не заметил, что по подъездной аллее к дому лихо промчался всадник в форменном кителе – это Николя возвращался из расположения в городе, дабы успеть к приезду родни.

- Братец! Коля! – Закричал Сашенька, первым увидав молодого Ильинского, на всех парах скачущего к ним.

На ходу Николя спешился, и Аня погрозила ему кулаком украдкой – можно и без лихачества, ведь, рука еще периодически давала о себе знать, напоминая о травме. Но Николя только усмехнулся в усы и посмотрел на нее так, что у Ани зарделись щеки. Хорошо, что в суете их переглядываний никто не заметил.

С приездом гостей дом наполнился суетой, разговорами и смехом. После отменного обеда, который Аня планировала несколько дней и очень за него волновалась, гости разбрелись по комнатам, чтобы отдохнуть с дороги.

Аня тоже удалилась в спальню. Николай же задержался внизу, так хотелось ему переброситься хоть словечком с Гнездиловым. Она только прилегла на кровать, как почувствовала, что сон обволакивает ее, унося в царство Морфея. Подъем сегодня был ранним, столько дел до приезда гостей нужно было проконтролировать – обед, запасы, подготовка всех комнат к приезду гостей. Все требовало внимания и заботы, отнимало силы. Погружаясь в сон, она и не заметила, как Николя опустился на кровать рядом с ней.

- Моя девочка устала? – Услышала Аня голос над своим ухом и дыхание на своей щеке. Сон сняло, как рукой. Только он умел говорить так, что по спине бежали мурашки, дыхание сбивалось и хотелось чего-то большего.

Не отвечая на вопрос, не открывая глаз, она обвила его шею руками и потянулась к нему губами. Муж, подумать только – муж, нашел ее губы сам.

- Как Саша с Натали? – Спросила она, прерывая поцелуй.

- Я не знаю, как он ее терпит. – Усмехнулся Николай, кусая ее нижнюю губу, играя с нею, дразня. – Ежели и моя женушка будет так себя вести, накажу непременно.

- Мне уже страшно! - Аня открыла глаза и притворно ужаснулась. Она смотрела в его бездонно-синие глаза и была в этот момент абсолютно счастлива. Прядь светлых волос упала на лоб, Аня поправила ее рукой, а Николай, улучив момент, когда рука была близко к его рту, поцеловал тонкие пальцы.

- Вечером Гнездиловы сообщат одну интересную весть. – Интриговал ее любимый, целуя шею и ямочку у ключицы.

- Неужто? Скажи мне, скажи! Хотя, - Аня блаженно закрыла глаза, отдаваясь ласке, - я итак догадалась, о чем ты!

- Какая у меня смышлёная жена, - шептал Николай и от этого шепота кровь вскипала.

Дыхание ее сбилось и все на свете больше стало неважным.

Только мужчина и женщина в комнате, только одно дыхание на двоих…

Вечером за ужином на террасе Гнездилов, невероятно смущаясь, сообщил о скором прибавлении в их семье. Натали залилась краской, все их поздравляли и умилялись новости.

- Не выпить ли нам наливки в честь столь знаменательного события?! – Предложил Алексей Георгиевич. – Позапрошлым летом было много смородины, так мы в наливку ее и пустили.

Кликнули Федора и тот спустился в погреб.

- За нашу большую семью! – Предложил тост Порфирий Георгиевич и все радостно воскликнули «Ура!».

Старшим Ильинским очень понравилось в усадьбе сватов. Здесь был большой, теплый и светлый дом, много плодородных угодий, обустроенная территория с парком и прудом. Классическая усадьба с колоннами, дворовыми, людскими и погребами. Аннушка навела здесь порядок, что-то подкрасили, что-то починили и усадьба заиграла новыми красками, стала настоящим семейным гнездышком.

Николай, сидя подле Ани на террасе, вдруг вспомнил, как впервые к нему пришла мысль жениться на ней. Это было так давно, что, казалось, с того времени миновала целая жизнь, хотя не прошло и года. Тогда в Петербург из Нижнего вернулась Лилит Оболенская со своим мужем-князем и весть об этом достигла их дома. Он курил на улице у особняка, проводив Гнездилова после ужина, и размышлял о том, что не хотел бы больше никаких отношений со строптивой красавицей, попортившей ему столько крови. И вдруг в мозгу возникла тогда эта картина – куча ребятишек, самовар, летняя веранда и они с Аннушкой. Тогда он думал, что счастье с ней невозможно, что отец никогда не позволит на ней жениться, а, вон, оно как обернулось!

К слову, жена его оказалась вовсе и не бесприданницей. В шкатулке, которую истопник нашел в их камине, и которая принадлежала Тереповым, оказались довольно крупные камни, драгоценности и золотые вещицы. Немного, но этого вполне хватило, чтобы обеспечить двум графским дочкам некоторое приданое.

Наблюдая за многочисленными родственниками, Аня наслаждалась жизнью. Плетенные кресла вокруг стола, самовар пышет жаром, ароматный чай в чашках, варенье в розетках, зажжённые фонари, водная гладь пруда, в которой отражались закатные облака. Все это было какой-то идиллией, невероятно счастливой сказкой в ее жизни. Разве могла она представить, работая менеджером по продажам в московском офисе, что будет вот так сидеть на террасе в кресле и пить чай, слушая болтовню Аси и Порфирия об искусстве, восторженные замечания свекра и свекрови о сельской жизни? Даже вечные жалобы Натали не казались ей теперь чем-то ужасным.

Аня часто вспоминала Андрея. Только благодаря ему, они сейчас жили этой прекрасной неторопливой жизнью. Конечно, во многом именно Цыган был виноват во всех их злоключениях, но кто знает, как сложилась бы ее судьба, не подкинь Андрей ей этих испытаний. Как он там? Водит ли экскурсии по Питеру? Чем занимается? Как живет? Выжил бы он, если бы остался тут? Скорее всего его бы отправили на каторгу, как преступника и террориста, так что едва ли страдания Ани сопоставимы с тем, что Андрейко живет спокойной жизнью в будущем, правда, без них.

На самом деле Аню тревожил еще один вопрос. На дворе стоял июль 1913 и, значит, у них оставался лишь год мирной жизни и чуть меньше четырех до страшных событий революции, переворота и отречения Николая II от престола. Это будущее, известное ей по учебникам истории, страшило. Иногда ночью она не могла уснуть даже, в красках представляя, что будет дальше.

Николай никогда не перейдет на сторону красных. Это как пить дать. И скорее всего он отправится на фронт. Как же она жалела, что тогда не прочитала о нем полную статью в интернете, испугавшись упоминания о женитьбе. А ведь, так и было – Николай женился, да на ней, а не на ком-то другом. Но тогда, гонимая собственным эго, она не прочла о его судьбе в эти тревожные годы. Измучившись этими думами, Аня решила, что с нее довольно. Сейчас, сидя на вечерней веранде и слушая беззаботную болтовню родных, она вдруг поняла – будь что будет! Что бы ни готовило им Время, что бы не было начертано в Книге судеб, только в их власти принимать решения.

«Свою жизнь смыслами мы наполняем сами», вспомнила Аня слова Хранителя, а значит и они справятся с грядущим.