Мятежница - Хизер Грэм

Джордан, хорошо узнав миссис Гринхау и поняв, что она достойна доверия, предложил ей сотрудничество с целью сбора полезной для южан информации.

Сначала Роуз испугалась. Ведь такая деятельность, будь она раскрыта, грозила петлей. Однако предложение капитана заинтересовало ее, ибо миссис Гринхау имела авантюрную жилку и любила приключения.

Она согласилась, поскольку считала южных мятежников такими же патриотами, какими не так уж давно были едва ли не все жители тринадцати штатов, поднявших бунт против владычества англичан. Именно это и привело к образованию независимого государства под названием Североамериканские Соединенные Штаты, а позднее — просто Соединенные Штаты Америки. Кстати, даже в элитных кругах Вашингтона, столицы Федерации, было немало сочувствующих делу южан.

Элайна с готовностью согласилась помогать Роуз. Первые задания, полученные ею, казались довольно простыми. Так, пока миссис Гринхау обхаживала полковника Кисса, секретаря командующего войсками северян генерала Уинфилда Скотта, и сенатора Уилсона от штата Массачусетс, Элайне было поручено завязать знакомство с некоторыми мелкими чиновниками и добыть у них любую интересную информацию. При этом она понимала: чем больше полезных сведений они с Роуз передадут южанам, тем скорее те одержат победу, и кровавая междоусобица закончится. Роуз обучила ее тому, что в первую очередь должен знать настоящий военный разведчик: численность войск противника, их состав, количество кавалерии, артиллерии, пехоты, даты выступления и прибытия в соответствующие пункты назначения.

Элайна очень скоро заметила, что многие ее собеседники в отличие от Йена весьма откровенны. Впрочем, сейчас она даже радовалась его скрытности, ибо гораздо легче шпионить против государства, чем против собственного мужа…

Почти незаметно весна сменилась летом. Однако напряжение в отношениях между Севером и Югом продолжало нарастать. Именно тогда, поздним июльским вечером, Йен и объявил жене о том, что утром должен уехать. На следующий день Элайна встала рано и позавтракала одна, поскольку муж еще не выходил и готовился к отъезду. Поднявшись из-за стола, она отправилась к нему.

Йен сидел в кресле, держа на руках сладко спавшего малыша. Элайна, посмотрев на эту трогательную сцену, почувствовала, что тает. Но вместе с тем в ее душу закрался непонятный страх.

— Йен! — Она бросилась к мужу и сыну.

— Тс-с! — Йен приложил палец к губам. — Он только что заснул.

Йен нежно посмотрел на мальчика и осторожно положил его в кроватку.

— Я уезжаю, Элайна, — печально сказал он. — Сначала поплыву пароходом, а дальше — в зависимости от обстоятельств.

Она с ужасом посмотрела на мужа, ибо уже знала от Роуз, что войска федеральной армии останутся в Вашингтоне по крайней мере еще на три недели. А до тех пор ни один полк, рота, батальон и даже отдельные офицеры или солдаты не имели права покидать столицу. Но муж куда-то едет! Значит…

— Боже мой. Йен! — в смятении воскликнула она.

Он молчал. Элайна подошла к мужу и обняла его. Он уже не раз покидал ее, ссылаясь на важные поручения, и Элайна в глубине души понимала, что это действительно необходимо. Ведь в конце концов муж — человек военный. Сейчас же все выглядело совсем иначе, и Элайна подозревала, что здесь кроется какая-то страшная тайна…

— Я обязательно вернусь домой! — прошептал Йен.

— Что ты называешь домом?

— Дом — это место, где живете ты и наш малыш.

— Но сейчас война. Разве можно загадывать? — Обещаю тебе, что никакая пуля меня не возьмет.

— Пуля? Но кроме пули, есть еще штыки и… и виселицы.

— Виселица не для меня. Ведь я не шпион. Элайна вздрогнула:

— Но тогда…

— Я люблю тебя, Элайна. — Йен поцеловал ее в губы. — Говорю это от всего сердца. И никак не могу понять, почему в последнее время мы вдруг сделались чужими друг другу. Это странно, необъяснимо, неестественно и не нужно. Еще раз повторяю: я люблю тебя. Безумно, страстно, навсегда… И вернусь домой! К тебе… Вернусь обязательно!

— О, Йен! — шептала Элайна, а по щекам ее катились крупные слезы.

Он поцеловал ее… Потом еще раз… И еще… Затем крепко обнял, взял свой чемодан и решительно вышел из комнаты…

Элайна так и не поняла, почему ей вдруг стало так страшно. Одно теперь она знала наверняка: для нее и Йена война началась сегодня…

Она сидела у окна и думала о том, что Йен предал Флориду, Конфедерацию, свою семью, ее… Но почему ее гложет странное чувство вины перед ним? И откуда эта невыносимая душевная боль?

И страх…

Глава 22

Элайна пришла в восторг, научившись самостоятельно вести зашифрованную переписку. Роуз много времени проводила в Конгрессе, слушая выступления сенаторов и следовавшие за ними бурные дебаты. Все это она обдумывала дома и по каждой проблеме составляла свое личное мнение. Элайну это восхищало.

Вскоре после отъезда Йена миссис Гринхау доверительно сказала Элайне, что пришло время активизировать их деятельность. В первую очередь предстояло передать на Юг секретную информацию особой важности. Сделать это Роуз поручила Элайне, которой предстояло переправиться через Потомак, встретиться на другом берегу с неким капитаном Льюисом и передать ему пакет. И ни под каким видом не допустить, чтобы информация попала в руки противника. Ведь донесение сообщало о том, что командующий группой войск северян генерал Макдоуэл намеревался внезапно нанести удар по двадцатитысячному отряду южан генерала Борегарда, расположившемуся у небольшого селения Манассас в нескольких милях от окраин Вашингтона.

Элайна в сопровождении преданной Роуз служанки благополучно перебралась через Потомак, встретилась с Льюисом и, передав ему пакет, без приключений вернулась домой.

Но именно тут ее начало трясти от страха. Она успокаивала себя тем, что сделала доброе дело, ибо отряд Борегарда теперь предупрежден, а значит, сумеет отразить готовящееся нападение. Это станет большим успехом южан и продемонстрирует их силу, в результате чего Северу скорее придется официально признать законное право штатов на отделение от Федерации. И тогда между Севером и Югом установятся такие же добрые отношения, как между США и Канадой…

Спустя четыре дня пришло известие о разгроме отряда северян, уничтоженного почти наполовину. Очевидно, переданная Элайной информация оказала генералу Борегарду бесценную услугу. Он успел великолепно подготовиться…

Выйдя на улицу, Элайна увидела длинную вереницу повозок, на которых лежали и сидели раненые.

— Что это? — спросила она у шедшего рядом с одной из повозок офицера.