Полуночные поцелуи - Жанин Бенедикт

нас обратно, учитывая мое отвращение к выпивке. Все мои соседи перекладывают ответственность на меня.

Какое-то время я изо всех сил стараюсь не придираться к своему тексту, добавляя и удаляя точку в конце предложения по меньшей мере четыре раза. В конце концов, я отправляю его без знаков препинания.

Грета

Сегодня 21:29

Ты тоже

* * *

Элиза на самом деле действительно классная.

Она пришла на нашу вечеринку, одетая как ангел, и не как распутница, что способствовало моим предвзятым представлениям, пока я не поговорил с ней. Я думал, что, поскольку она хотела сохранить себя для замужества, она была бы скучной, заносчивой ханжой, но это не так. На самом деле, она веселая и кокетливая и даже знает, как развлечь, когда вокруг нас толпа людей. Так что я не очень удивлен, когда она говорит мне, что она общественный председатель своего женского общества.

Пять минут с ней, и я отчасти понимаю, почему Херик так сильно влюбился. В ней есть что-то притягательное: у нее невинный, милый нрав, за которым скрывается более непристойный, хитрый оттенок. Двойственность за гранью интриги, и чем дольше я нахожусь в ее присутствии и узнаю о ней больше, тем больше я очаровываюсь.

Если Элиза и Грета лучшие подруги, значит ли это, что они похожи? Не в их личностях Грета гораздо более прямолинейна и отстраненна, чем Элиза в их манерах. Глубоко внутри Грета так же внимательна и находится в гармонии с окружающими ее людьми? Вместо того чтобы быть игриво-провокационной, может ли она обращаться к другим в той трогательной манере, как это делает Элиза, если захочет?

Я хочу верить, что это так. Это немного глупо, как сильно я хочу видеть в Грете нечто большее, чем просто сексуальный объект. Несмотря на то, что это о чем мы договорились — это все, на что у меня есть время, у меня просто есть ощущение, что под поверхностью она удивительна по-своему, индивидуально, и я просто… Я хочу это увидеть. Даже если мне не удастся испытать это на себе, я хочу, по крайней мере, наблюдать за этим издалека.

Вечеринка в самом разгаре, когда Элизе приходит в голову ужасная идея потанцевать в одном из переполненных залов. Напиток, который она держит в руке, похож на аксессуар, без которого я ее еще не видел. Несмотря на то, что она напилась, она действительно знает, как танцевать буги-вуги, не проливая ни капли жидкости, движения ее тела повторяют текучесть ее напитка.

— Ты тоже была чирлидершей? — я кричу, перекрикивая музыку. Херик в одной из спален наверху, играет в Smash. Я был выбит из импровизированного турнира во втором раунде, а Элиза — в четвертом, но наша соперник набирает силу и в настоящее время участвует в полуфинале. Мы бы остались и поболели за него, если бы там не было так многолюдно.

— Тоже? — отвечает она, ее губы скривились в замешательстве. Прежде чем я уточняю, она хихикает, качая головой. — Ой! Как Тата. Нет, я не была. Я была Веселой мисс танцовщицей. Мы с ней терпеть не могли друг друга в старших классах. Мы стали друзьями только тогда, когда я начала встречаться с ее братом.

Мои брови взлетают вверх.

— У Греты есть брат?

Ее движения замедляются, когда она делает глоток своего напитка. То, как она говорит, если бы я не знал, что она была так пьяна, откровенно я бы счел это враждебным.

— Да. Жюльен. Но не упоминай о нем при ней. Он… — она проводит большим пальцем по шее и поворачивает голову набок, высовывая язык.

Мне трудно не реагировать, вести себя небрежно по поводу того, что она только что сказала, и продолжать танцевать, смеяться и улыбаться вместе с ней, вызывая ощущение радости, поскольку пьяница передо мной проводит лучшее время в своей жизни. Несмотря на непреодолимое желание допросить Элизу еще больше, расспросить о том, почему или как он умер, я проглатываю свои расспросы из страха, что, если Грета когда-нибудь узнает, что мне известен личный факт, она разорвет наше соглашение. И на следующей неделе я должен трахнуть ее сиськи, так что я ни за что не собираюсь портить то, что у нас есть сейчас.

Я заставляю себя отвлечься. Это особый навык, который я приобрел, тактика, которой я научился в одном из своих футбольных лагерей, чтобы очистить свой разум и сосредоточиться на чем-то конкретном.

С влажным телом и звоном в ушах я концентрируюсь на том, как сильно я не хочу быть здесь. Я бы предпочел сидеть дома и пересматривать «Ведьмака». Я бы хотел, чтобы конкурс костюмов уже состоялся, чтобы я мог потратить последние свои сбережения, взять Uber домой и развалиться, доверив Митчу, такому же ненавистнику алкоголя, отвезти команду домой.

Потанцевав, кажется, час, хотя это было всего десять минут, Элиза предлагает нам сделать перерыв и вернуться к Херику. Я говорю ей, что мне нужно подышать свежим воздухом и что я скоро с ними увижусь. На улице все еще шумно, и там много людей, некоторые из которых пытаются поговорить со мной о моих мыслях по поводу нашей предстоящей игры, но я отвечаю кратко, проталкиваясь сквозь толпу с черствостью, которая вывела бы из себя менеджера по маркетингу нашей футбольной команды. Я уверен, Линде надоело звать меня в свой офис для «беседы».

Когда я один, у меня возникает желание сделать какую-нибудь глупость. Я даже не пил, но мой мозг работает странно, как будто его запреты были снижены. Я звоню ей, потому что, даже если раньше мне удавалось отвлечься на ее брата, я никогда не мог полностью выбросить Грету из головы.

Может быть, я просто наркоман, которому нужна доза. Я отказываюсь приписывать большее значение, чем это. Я подсел на секс с Гретой. Это все. Ее необычные движения на цыпочках и глупо фальшивый смех — это совсем не то, что приходит мне на ум, когда я думаю о ней. По крайней мере, не совсем.

— Алло? — Грета кричит, когда отвечает. Фон громкий, наполненный взрывами смеха и бессвязными выкриками.

— Звучит так, как будто кому-то весело, — протягиваю я.

— Я не могу… подожди. Я тебя не слышу. Дай мне… — звуки становятся приглушенными и полностью затихают через несколько секунд. Она говорит, задыхаясь, ее голос звучит четче. — Прости. Что ты сказал?

— Звучит так, словно кому-то здесь весело. — Я поднимаю колено и бессознательно потираю его, изо всех сил стараясь не хмуриться. — Очевидно, что эта вечеринка была не просто обязательством.