Фаэтон: Планета аномалий 3 - Вячеслав Иванович Соколов

перед взором стояла картина окровавленного тела Гнары!

— Тунгус! Тунгус! — слышится крик где-то там за пеленою гнева. — Успокойся! Она уже мертва! Брось!!!

Мертва⁈ Гнара мертва⁈ Сука!!! Ещё сильнее стискиваю шею монстра. Слышится хруст ломаемых позвонков.

— Тунгус, любимый, успокойся! Тунгус, пожалуйста, успокойся!!! Успокойся, мой хороший!

До меня доходит, что я слышу голос Гнары! Открываю крепко стиснутые глаза и вижу перепачканное кровью лицо блондинки. По щекам текут слёзы. А я, как дурак, лежу на спине, обхватив двумя руками шею рогатой твари, ногами обвил туловище. В общем, зафиксировал. Хорошо хоть не покусал!

— Кажись, ещё и рёбра сломал, — держась за бок, сплёвывает Елизавета Алексеевна.

— Надо Бизона с артефактами сюда! Он же жив? С ним всё в порядке? — тут же перестаёт дёргать меня Гнара.

— Жив, но был без сознания, я его к дереву привязал.

— Хорошо, — кивает Гнара и, оборачиваясь к Шерифу, говорит: — А вы прилягте, а то рёбра проткнут лёгкие!

— Это не у меня. О-о-ох… У меня если только треснуло, — всё так же держится за бок. — А вот Тунгус ему, кажется, сломал, — кивает на монстрика, из-под которого я уже вылез.

— Гнара, ты в порядке? — осматриваю девушку в разорванной на груди футболке и всю покрытую кровью.

— Больно, но жить буду, — морщится, — чуть сиськи мне не оторвал, урод!

— Зато мне ногу, точнее, протез оторвал, тварь, — сообщает лежащий на траве Олег. — Кстати, мне показалось, или Гнара тебе в любви призналась?

— Не было такого! — тут же вспыхивает блондинка, прижимая руки к окровавленной груди. — И вообще, мне нужен «Бинт», а то кровью истеку!

— Я за Бизоном! — вскакивая на ноги, бросаюсь в лес.

— Призналась! Призналась! Я тоже слышала, — продолжает подначивать Гному Елизавета Алексеевна. — И на «Бинт» приложи, хоть кровью не истечешь.

Слава Всеславу, все живы. А уж артефактами отлечимся. Так, стоп. Тормознув, возвращаюсь обратно.

— Совсем меня с мысли сбили. У меня «Аптечка» второго уровня с собой, остальное у Бизона.

— Отлично, Гнара, давай прикладывай, — командует Елизавета Алексеевна.

— Нет, — качает головой гнома. — Сперва останавливаем кровь, а вам как раз надо подлечиться. Не дай «Отец Камня», тут не одна такая тварь.

— Согласна, — кивает Шериф. — Тунгус, ты чего замер? Дуй за Ванькой!

Все же знают детскую загадку: «Висит груша, нельзя скушать». Так вот вам ещё одна загадочка: «Висит на дереве, машет руками, ногами и матерится». Ответ: Бизон.

Вот ведь здоровье у человека! Или это так артефакт на него повлиял? Однако успел оклематься и прийти в себя. Ну и, естественно, почти сверзился вниз, так что болтается в очередном акробатическом этюде, пытаясь отцепить свою привязь.

— Бизон, не шуми, сейчас помогу, — карабкаюсь на дерево.

— Тунгус, тьфу на тебя! Чтоб здоровенький был! Где я? Что происходит? Как наши? Что это было?

— Монстрик это был, Ваня, монстрик.

— Да я уже догадался. Наши все целы?

— Относительно. Главное, что живы. Держись крепче, сейчас ремень отцеплю.

— Понял.

Спустившись вниз, отправляемся к нашим.

— Как я вообще здесь оказался? — удивляется Бизон.

— Да знаешь, как-то не до раздумий было. Сказали на дерево — вот я тебя и затащил.

— Ну, спасибо, братан.

— Обращайся.

В общем и целом, артефактов вполне хватило, чтобы привести себя в порядок. Ну, кроме Олега: протез пришёл в полную негодность. На моё предложение воспользоваться бинтом четвёртого уровня Елизавета Алексеевна только покачала головой:

— Не всё так просто, Тунгус. Для начала, его нужно хорошенько накормить, да и в процессе лечения желательно добавлять калорий, как можно больше. И процесс этот займёт несколько дней. Можно, конечно, ускорить при помощи «Аптечек», они неплохо добавляют энергии организму, но всё равно нужно есть, и есть много.

— И что нам делать?

— Идти к «Мутагену» и надеяться, что Ава поможет.

— Хм… А ведь действительно, — чешу в затылке, — будем надеяться, что она сможет отрастить ему новую ногу. И не откажет.

— Думаешь, может отказать? — встревоженно интересуется Гнара, держащая возле груди «Аптечку».

— Без понятия, — развожу руками.

— Ничего, — шмыгнув, Бизон вытирает нос рукой. — Сам же говорил, что она обещала мне новое тело. Так пусть, если что, лучше Олегу ногу сделает. Я уж как-нибудь перебьюсь. И Олежку до «Мутагена» донесу, — и вдруг хихикнув предлагает: — А давайте мы теперь его Сильвером будем звать.

— Кто такой Сильвер? — тут же заинтересовался наш прапор.

— Одноногий моряк, — с улыбкой поясняет Елизавета Алексеевна.

— Я не моряк, я десантник! — отмахивается Олег и с улыбкой поясняет: — А вообще мне нравится позывной Хомяк.

— Во-о-от! — вскидывает вверх палец Бизон. — Я же говорил! А ты: «Никаких Хомяков, никаких Хомяков!»

— Ну, Хомяк, так Хомяк, — отмахиваюсь.

— Кстати, Багира, ты бы так активно «Аптечкой» не елозила, — укоряет девушку Бизон, — дай нормально зажить, а то шрамы останутся.

— Тебе-то какое дело? — огрызается гнома.

— Грех такие красивые сиськи портить, — расплывается в улыбке Ванька.

— Эй, хватит подсматривать! — возмущается Гнара, пытаясь хоть как-то расправить лохмотья, чтобы спрятать грудь.

— Погоди-ка, — Бизон закатывает глаза и достаёт из своего «Кармана» весьма потрёпанную, но чистую футболку. — Держи, на тряпки отдали. Всё лучше, чем твои лохмотья.

— Спасибо, — девушка смущенно протягивает руку, чтобы взять вещицу.

— Погоди, — отмахивается Ванька и достаёт бутылку с водой и ещё какую-то тряпку, и обращается к Елизавете Алексеевне: — Помогите ей кровь смыть.

— Конечно, — соглашается Шериф. — Вы давайте с Тунгусом смотрите по сторонам, а мы пока приведём себя в порядок.

Глава тридцать первая

Грустно это осознавать, но я всё ещё слишком мало знаю о Фаэтоне. План какой был? К вечеру добраться до дороги? Ага, сейчас. Всё бросили и лёгким шагом по оврагам добежали.

Тут не то, что к вечеру до дороги, мы до «Мутагена» добрались уже в глубокой темноте. Ну а что вы хотели? Олег как мобильная боевая единица выпал. Нет, конечно, пострелять он мог, но только как стационарная точка. А это, знаете ли, уже в том случае, если бы мы попали в очередную задницу.