Во имя рейтинга - Сергей Мусаниф

Боги не привыкли играть честно.

А посреди лагеря разверзлась земля. Воронка получилась около пятидесяти метров в диаметре, и дна у нее просто не было. Люди, лошади, колесницы, палатки — все было поглощено ею, а из нее, стоя на темном облаке, возникла темная фигура. Ростом и телосложением новоприбывший был похож на Посейдона, носил черный плащ и какой-то выглядевший старинным даже в эти времена шлем, полностью скрывавший лицо. Смотреть на нового субъекта было больно, глаза слезились, и приходилось сразу же отводить взгляд, поэтому никто не мог сказать, носил ли новый объект доспехи и чем он был вооружен.

Аид, повелитель Царства Мертвых, редко показывался в мире живых.

А вот сейчас пришел.

Божественная троица в сборе.

Три брата, трое богов из старшего поколения, явились на землю Троады, чтобы…

Чтобы навязать смертным свою волю. Или убивать.

— Я больше никогда не принесу вам жертвы, боги Олимпа! — рявкнул Диомед.

— ПОЛНО, — был ответ Зевса. — МНЕ НАСКУЧИЛИ РАЗГОВОРЫ. ВЫ РАЗРУШИТЕ ТРОЮ, ДАЖЕ ЕСЛИ МНЕ ПРИДЕТСЯ ГНАТЬ ВАС НА ЕЕ СТЕНЫ ПИНКАМИ. КЛЯНУСЬ ТАРТАРОМ, Я ТАК И СДЕЛАЮ.

Цепная молния ударила в песок между ахейцами и их кораблями. Воины, стоявшие к этому месту ближе остальных, попятились.

Посейдон сделал шаг вперед.

Боги стояли между ахейцами и их судами. Боги могли оттеснить ахейцев в поле и еще дальше, под самые стены Трои. Заставить атаковать. Или убить всех.

На Посейдона бросились сразу трое. И словно натолкнулись на скалу. Колебатель Тверди отбросил их одной рукой, и изломанные человеческие тела замерли на песке побережья.

— Нет! — снова рявкнул Диомед. — Не так, солдаты! Не так! Сила богов лишь в вере людей! Вам, воинам, надо во что-то верить, но послушайте меня! Есть вещи, вера в которые более необходима, чем вера в богов!

На этот раз гетайры не успели.

Дэн

Идея террористов обрушивать на здание самолеты далеко не нова. В первый раз, насколько я помню, ее использовали то ли в конце двадцатого века, то ли в начале двадцать первого здесь же, в Нью-Йорке.

Старый, надежный, проверенный временем трюк.

Увы, на этот раз здание устояло.

Странное «увы» для человека, находившегося в момент тарана внутри атакованного строения, но все равно — «увы». Трижды увы.

Самолет был подобран грамотно. Конечно, вломить по небоскребу «боингом» было бы куда эффективнее, но где его взять, тот «боинг»? Опять же чем больше аэроплан, тем труднее точно навести его на цель.

Хранители воспользовались небольшим гражданским грузовым самолетом. Не знаю, кто был пилотом-камикадзе, не знаю, кто прокладывал курс и утверждал его у диспетчера, как проморгали самолет военно-воздушные силы, призванные сбивать все пролетающие над большими городами машины, не знаю многого, да это и неважно.

Здание оказалось более самолетоустойчивым, чем предполагали террористы.

Его каркас выдержал удар.

Плюс небольшая ошибка пилота. Он должен был целиться в этаж, на котором находилась лаборатория, содержащая вход в туннель, но угодил на три этажа выше.

Стекла, даром что бронированные, повылетали по всему зданию. От удара попадали на пол и люди, и компьютеры, а также прочая, менее ценная аппаратура. Включилась система пожаротушения.

Но питание в здании не вырубилось. Все системы были хорошо защищены и продублированы, а значит, теракт не достиг цели.

Туннель продолжал существовать.

Полковник Трэвис

Вообще-то это было невероятно, но я уже привык к чудесам. Когда зрение, коего я, как и многие другие, лишился от яркой вспышки, вернулось ко мне, Тидид был еще жив и, насколько я мог судить, вполне здоров. А на тяжелом щите, которым он успел закрыться в последний момент, красовалось оплавленное пятно.

Это вам не стрелы Аполлона отбивать.

Диомед выстоял, выдержал удар самого Громовержца.

И голос его наливался силой с каждым новым словом:

— Вера необходима! Так верьте в себя! Верьте в свой меч и в свое копье! Верьте в своего друга, который надежно прикрывает вашу спину! Верьте в своих жен и детей, которые ждут вашего возвращения домой! Верьте в своих командиров — и они не дадут вашим душам пропасть в Тартаре!

Понимает ли Диомед, что он делает?

Понимает ли он, что его слова делают с ним?

Дэн

Странно, но двое парней в броне пострадали больше, чем я.

Когда здание содрогнулось, одного приложило головой о стену, а на второго сверху свалился здоровенный кусок штукатурки. Я понадеялся, что это просто случайность, а не божий промысел, и ринулся в сторону лестницы, ибо не надо быть старшим аналитиком чего бы то ни было для понимания, что лифтами в такой ситуации лучше не пользоваться.

В коридорах царил хаос. Легко раненные и сильно испуганные сотрудники метались, словно звери во время лесного пожара.

Мне надо было валить из штаб-квартиры, воспользовавшись суматохой. Теракт не удался, а значит, скоро последует воздаяние по заслугам. И неизвестно, чьи санкции страшили меня больше — моего земного начальства или его начальства небесного.

Лестницы, как ни странно, были невредимы и не посыпались вниз, как это бывает после землетрясения. Народу на них было немного, даже американцы способны понять, что лестничные конструкции валятся одними из первых, и предпочли ожидать спасателей на своих этажах. Я бы тоже так поступил, если бы не форс-мажорные обстоятельства. Боюсь, что раньше спасателей в моем кабинете меня найдет пуля в голову или золотая стрела в спину.

Надо было неустанно следить за событиями в Троаде, упрекнул я себя. Тогда можно было бы просчитать, кто из пятерки богов сейчас здесь кроме Гермеса.

Фиг ты просчитаешь, ответил я опять же сам себе. Боги попадают в поле зрения наших камер, только когда сами этого хотят.

Спускаясь, я также обнаружил, что нахожусь в очень плохой, если не сказать отвратительной, физической форме. Уже через три этажа меня начала мучить одышка, а еще через пять у меня закололо в боку. Сидячая работа, кофе и черт знает сколько выкуренных сигарет, плюс лифты, такси и никакого активного отдыха. Я дал себе слово, что, если выпутаюсь из всего этого кошмара, обязательно брошу курить и займусь спортом. Запишусь в какой-нибудь фитнес-клуб или буду бегать трусцой.

Или сяду в тюрьму за пособничество террористам. Говорят, в тюрьмах много всяких спортивных тренажеров, а также избыток свободного времени и изобилие спарринг-партнеров.

Занятый этими неоптимистичными размышлениями, я и не заметил, как добрался до первого этажа.

Из вестибюля доносились странные звуки.

Поскольку я был старым и опытным игроком в «ДУМ», я не стал сразу заходить за угол, а предпочел за него вначале заглянуть.

В вестибюле шел бой.

Полковник Трэвис

В лагере царил хаос.

Среди шатров бушевал средний брат. Владыка Глубин и Колебатель Тверди. Он раскидывал палатки, колесницы и упряжь ногами, разил смертных своим огромным трезубцем и обращал в бегство десятки воинов.

Повелитель Подземного Мира действовал тоньше. Он никого не убивал, ибо воины нужны были братьям для штурма непокорного города. Он просто шел меж палаток, а за ним по земле двигалась расщелина, дна которой не было и имя которой было Тартар.

А Зевс все стоял в воздухе напротив Диомеда и сверлил его глазами. Если бы взгляды могли убивать, то все ахейское воинство лежало бы на земле мертвым. Но взгляды убивать не могли, а молнии Диомед запросто отбивал шитом. И никто из старших братьев почему-то не приходил Зевсу на помощь.

Честно говоря, я думал, что старшие боги будут более эффективны в делах избиения и запугивания смертных. То ли смертные стали такими, что их уже ничем не запугать, то ли репутация богов оказалась сильно преувеличенной. Все чаще воины предпочитали не бежать, а бросаться на Посейдона с оружием. И град стрел обрушился на невозмутимого Аида.

Ахейцы умирали. Но атаковать Трою и выполнять волю богов, похоже, никто так и не собирался. Троянская война закончилась. Началась война с богами.

Посейдон выворотил из земли валун, весивший, по моим прикидкам, тонны три, и зашвырнул его в самую гущу войск. В ответ он получил крики, стоны, проклятия и тучу копий.

Аид развел руки в стороны, и расщелина выпрыгнула у него из-за спины и бросилась под ноги ахейцам, поглотив добрую сотню. Вот для этой битвы нам точно пригодился бы неистовый Ахиллес, неуязвимый воин, тронуть которого боги не могли. Правда, я сильно сомневаюсь, что он бился бы на нашей стороне.