Я случайно, господин инквизитор! или Охота на Тени (СИ) - Филеберт Леси

— А ты, мразь, мог бы быть хоть чуточку благодарным той, кто буквально вытащила тебя с того света. Но только дай мне повод — и я втащу тебя туда обратно голыми руками.

С этими словами он отвернулся от инквизитора и шагнул ко мне.

— Идем, Флора, — сказал он негромко уже другим голосом, приобняв меня за талию и увлекая прочь из атриума под аккомпанемент гробовой тишины.

Глава 40. На пороге сюрприза

Какое-то время мы шли молча по коридору. Морис медленно успокаивался, а я переваривала все увиденное и услышанное.

Честно говоря, я пребывала в легком шоке. От наглой физиономии Сивронского, которого считала достойным профессионалом, умеющим разделять личное от рабочего. От сальных шуточек, брошенных в мой адрес. От бешенства Мориса. Я, конечно, понимала, что он из тех людей, кому дорогу лучше не переходить. Но сейчас, увидев вспышку реального гнева метаморфа, впечатлилась так сильно, что не находила слов для выражения своих чувств.

Испытывала странную смесь эмоций. Было ужасно противно от слов инквизиторов. Была дико смущена тем фактом, что Морис громогласно при всех назвал меня своей невестой.

Наверное, нам следовало обсудить все это… То, как мы дальше себя вести на людях будем. То, что нам делать с этим заявлением о "невесте".

Но чувствовала, что сейчас не стоило развивать всю эту тему. Как-то очень остро ощущала настроение Мориса и понимала, что он сейчас слишком сильно взвинчен.

— Спасибо, — шепнула очень тихо.

— За что?

— За то, что защитил, — произнесла все также шёпотом. — Наверное, не стоило… вот так… при всех… называть меня… ну… Наверное, это для тебя не очень хорошо…

Я совсем смутилась и умолкла.

— Я не мог не защитить тебя. Ты попала в такое неловкое положение из-за меня, а значит, я обязан взять на себя ответственность и быть мужиком, а не мудаком. Кейдж не имеет права оскорблять тебя, Флора. Никто не имеет права. Даже если бы ты сутками напролет зависала у меня в спальне с момента появления в Штабе, это никого бы не касалось, кроме нас с тобой. Но уж кого-кого, а тебя точно нельзя называть чей-то подстилкой, — Морис болезненно скривился.

Я и сама криво улыбнулась. В глубокой задумчивости так молча и шла за куратором. Он все еще придерживал меня за талию, не отпускал и привлёк к себе ближе. Я не стала отбрыкиваться. Напротив, накрыла его ладонь своей, переплетая пальцы и сжимая их благодарным жестом.

Глупо было бы сейчас смущаться объятьям в людных коридорах Штаба, после эффектного выступления Мориса в атриуме. Уверена, что о произошедшем узнают абсолютно все инквизиторы уже через несколько минут.

— О чем думаешь, Флора?

— О том, что сплетни распространяются слишком быстро, — вздохнула я тяжко. — И скоро новость о моем, хм, "женихе" наверняка долетит до моей мамы, с которой надо будет как-то объясниться. Вот, думаю, как именно…

— Я сам с ней поговорю.

Я вскинула голову и с удивлением уставилась на Мориса.

— Ты? Серьезно?

— Ну да. Заодно зададим ей парочку вопросов про этого духа хаоса Эффу. А знаешь что? — Морис резко остановился и развернулся ко мне. — А сейчас к ней и пойдем. Я пока все равно работать не могу, надо переключиться.

— Как, прямо сейчас? — опешила я.

— Ну да, — повторил Морис и уверенно повел меня к выходу из Штаба. — Мы сможем в это время застать ее дома?

— Да, но… Не уверена, что это хорошая идея — идти с тобой вместе.

— Почему?

Почему, почему… Да потому!

— Странно все это как-то. И неожиданно. Да и я маму не предупредила…

Морис усмехнулся и расплылся в коварной улыбке.

— Значит, сделаем ей приятный сюрприз.

Я тяжело вздохнула. Что-то мне подсказывало, что сюрпризы скорее ожидают Мориса.

Мы вышли из Штаба и телепортировались на окраину Гелион-Штокла в центральный парк, откуда нужно было пару минут пройтись пешком до нашего с мамой дома.

Я любила здесь гулять в детстве. Уютное место с красивыми холмами и многочисленными ручейками и деревянными мостиками. Было в этом парке какое-то особенное настроение. Да и в целом весь Гелион-Штокл был уютным небольшим городком, где каждый домик являлся маленьким произведением искусства. Тут каждый хозяин дома был кто во что горазд: кто вычурными витражными окнами выделялся, у кого с десяток изумительных резных флюгеров на крыше стояло, кто подстригал живые изгороди в форме шахматных фигур, например.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А тут забавно, — произнес Морис, с интересом глазея по сторонам. — Никогда тут не был.

— Да, вполне ничего, уютный городок. Нам сюда, — кивнула я в сторону небольшого участка. — Мы с мамой тут живем.

— Симпатичный домик.

Я пожала плечами.

— Не люблю такого рода дома, если честно. Я в доску городской человек, и мне больше по душе просторные квартиры на последних этажах высотных домов. Когда-нибудь обзаведусь такой поближе к центру Форланда.

Морис как-то странно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

— А ты сам где живешь?

— В Штабе, — усмехнулся Морис и на мою вздернутую бровь добавил:

— Я днюю и ночую на работе. Мне, если честно, особо некогда было задумываться об отдельном жилье, потому что я бы там все равно не появлялся. Некогда. В те редкие дни, когда я относительно свободен, предпочитаю наведываться либо к друзьям, либо в особняк к родителям, либо к другим родственникам, коих у меня немало.

— Понятно…

— Ну а теперь все мое свободное время жадно пожираешь ты, — с улыбкой добавил Морис. — И несвободное тоже, потому что я думаю о тебе даже на совещаниях Верховного Совета. Потому что планирование вечера и ночи с тобой стало вдруг гораздо интереснее, чем погоня за демонами, которых зачем-то надо ловить. Освежающее чувство.

Я рассмеялась и звонко чмокнула довольного Мориса в щеку. Он уже почти отошел от недавней вспышки гнева, во всяком случае, взгляд его стал намного мягче и добрее.

Я повела его к родительскому дому, с виду совершенному обычному. Вот разве что в саду мама оторвалась от души, и клумбы пестрили самыми необычными цветами, в том числе плотоядными. Впрочем, росли они в глубине сада, куда мы углубляться не стали.

Я толкнула калитку невысокого белого забора и шагнула по выложенной плитке дорожкам к крыльцу дома. Разволновалась почему-то не на шутку.

— Морис, я должна предупредить, что понятия не имею, как мама на тебя отреагирует. И как ты отреагируешь на нее. Может, я лучше одна пойду?

— Чего ты так боишься?

— Ну… У меня очень экстравагантная мама.

— Экстравагантнее меня? — фыркнул Морис.

— Намного, — кивнула без улыбки.

— Да ладно, ты просто моих родственников еще не знаешь, — усмехнулся Морис. — Меня трудно удивить.

— Ну… Ладно, — тяжело вздохнула я. — Я предупредила.

Поднялась на крыльцо и постучала в дверной молоток.

— Мам, это я! — сказала громко, услышав приближающиеся шаги.

Дверь перед нами широко распахнулась, и я с опаской покосилась на Мориса, стоявшего справа от меня.

— Ох ты ж, — только и смог вымолвить он, тупо уставившись на открывшуюся перед ним картину.

Глава 41. Миссис хаос

Дверь нам открыла сногсшибательная красотка в красном вечернем платье и с бокалом красного вина в руке. Если не знать мою маму, Лесанию Габруа, то можно было бы подумать, что она собралась на какую-то вечеринку или прямо сейчас устраивает ее дома.

Но нет. Мама просто по жизни расхаживала дома в праздничных нарядах и даже в саду с цветами ковырялась в шикарных платьях, с таким видом, будто сама императрица снизошла до высаживания плотоядной махлювки на клумбе.

"Жизнь — это бесконечный праздник, девочка моя! — любила говорить мне мама. — Ты сама являешься хозяйкой своей жизни, так задавай же ей нужное настроение сама! Не жди, пока это сделает кто-нибудь другой."

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Таким образом она активно поддерживала позитивную обстановку дома, своим примером показывая, как надо относиться ко всему по жизни, помогая мне всегда пребывать в хорошем настроении и не давая терять телесность.