Поколение войны - Макс Крест

— Извини, но сейчас самое время ответить на накопившиеся вопросы.

— Тогда ответь на мой вопрос. — В лоб сказала Кристина.

— Это долгая история.

— Мы не спешим. Расскажи нам, почему нынешнее поколение Хранителей близко к уничтожению всего и вся?

Этот вопрос заставил поднять брови почти всех. Хотя бы потому, что только Кристина додумалась его задать. Однако после кратковременного шока требующие ответа взгляды впились в Хранителей.

— Что ж… слушайте.

На замок Хранителей накатывала тьма.

В центральной зале собрались пять ангелов. Ветер волновал чуть чадившие факела, которые скорее были украшением — Хранители прекрасно видели без них.

— Прошёл год с гибели Сансеноя. Мы больше не можем сидеть сложа руки и наблюдать, как расползаются демоны из заповеданного им угла. Расползаются, разлетаются и чинят бедствия.

Семангелоф говорил тихо, но все его слышали.

— Почему же мы до сих пор это терпим? — Высокомерно спросил Михаил.

— Потеря Сансеноя показала, что Хранители далеко не всесильны… Поэтому, посоветовавшись с Сеноем, мы решили, что вы готовы заменить нас. Не будет последних испытаний. Мы должны все вместе разобраться с проблемой демонов.

— Наставник, поведай нам о проблеме, ибо мы до сих пор не в курсе её деталей.

— Да, Гавриил, прости нам это — мы берегли вас.

— От чего?

— От вас самих…

— Не понимаю. — Гавриил тряхнул золотистыми волосами.

— В центре этой проблемы ваша сестра — Лилит. Ей овладел партисипат. Используя её, как матку, для рождения нового рода демонов, партисипат окружил себя армией крылатых тварей. В сущности, они такие же демоны, но чуть меньше и с крыльями — мерзость. Такого быть не должно, но оно случилось. — Семангелоф тяжело вздохнул. — Проблему нужно искоренить полностью…

— То есть убить и Лилит? — Нахмурился Михаил.

Ответом послужило погребальное молчание наставников.

— А в чём проблема?

— Ты сдурел? — Сделал шаг в сторону брата Люцифер. — Она наша сестра. Мы обязаны изгнать из неё демона.

— Ты возвышаешь только её? А из кого-то иного ты бы тоже стал его изгонять? Или просто убил?

— Я бы попытался.

— А если ты попытаешься и не сможешь?

Люцифер сощурил глаза.

— Я не подниму руку на сестру.

— Значит, это сделаю Я. Мы должны хранить мир от всего, что ему угрожает — от нас самих в том числе. Гавриил, что ты скажешь?

— Полагаю, есть проблема не только в том, что сделать с Лилит? — Он взглянул на Хранителей.

— Гавриил прав — в прошлый раз мы не смогли даже близко подобраться к вашей сестре. Слишком много оказалось супротив нас тварей. Сансеной погиб, когда пытался прорваться к ней — не вышло…

— Стало быть, сперва нужно думать, что сделать с тварями — оставим судьбу Лилит до уничтожения всех присных.

— Я согласен с братом. — Люцифер кивнул Гавриилу. Средний брат чаще молчал, но его мудрость всё равно оказывалась громче иных слов.

— Мы ударим впятером. — После этих слов в зале повисла гробовая тишина. Семангелоф обвёл всех собравшихся взглядом. — Но перед этим мы должны соблюсти церемониал и перед первым настоящим полётом посвятить вас в Хранители. Этот полёт расставит по местам всё — достойны ли вы самостоятельности или нет.

— Полагаю, тянуть не будем? — Осведомился Люцифер. — Каждый миг добавляет врагов.

— Да. Ты прав, Люцифер. Сеной, принеси их — пришло время.

Сеной кивнул и вышел. Он вернулся спустя некоторое время — четверо ожидали его в молчании. Он принёс три меча с разными рукоятями — блестящей серебристой, чёрной и зеленоватой.

— Это мечи Хранителей — они передаются из поколения в поколение. Всего их четыре. Три передаются молодым Хранителям в день посвящения, четвёртый остаётся у старшего из предыдущего поколения. Таков обычай.

Семангелоф глубоко выдохнул.

— Люцифер — подойди.

Молодой Хранитель подошёл и присел на одно колено, глядя в глаза учителю.

— Нарекаю тебя Хранителем сего мира, Люцифер. Имя твоё означает «Несущий свет» — Я вручаю тебе Меч Тьмы. Не бывает теней без света — храни баланс в себе. Будь собой.

В руки молодого пепельноволосого ангела лёг меч. Поднявшись, Люцифер вытащил его из ножен — как и рукоять, он был чёрного цвета. Поклонившись, он вернул меч обратно в ножны и отошёл.

— Гавриил. — Средний брат склонился перед Семангелофом. — Нарекаю тебя Хранителем сего мира, Гавриил. Вручаю тебе Меч Жизни. Ты мудр не по годам, а мудрость всегда идёт рука об руку с жизнью, с приобретённым опытом. Приумножай мудрость свою с каждым прожитым годом, веком, с каждой эпохой.

Гавриил не стал разглядывать меч, как Люцифер, отошёл сразу.

— Михаил. — Третий брат склонился перед учителем. — Нарекаю тебя Хранителем сего мира. Вручаю тебе Меч Света. Свет — это начало всего, но как Я уже говорил, не бывает теней без света. Именно свет порождает тени — остерегайся их. Будь мудр и рассудителен, как твой погибший наставник.

Михаил поднялся, наполовину изъял меч из ножен, на лице блеснул отсвет от серебряной стали. С тихим шорохом меч вернулся обратно. Михаил поклонился и встал в один ряд с новонаречёнными Хранителями.

— Утром мы полетим навстречу судьбе.

Битва была тяжёлой.

Сонмы бестий вились вокруг гнезда Лилит. Их были тысячи. Сотни тысяч.

Пять Хранителей окружили гнездо и расчищали небо от мерзких тварей. Небо для избранных — нечисти нет места в его безбрежье. Расположившись как можно удобней для того, чтобы держать связь друг с другом, Хранители рубили демонов одного за другим. Десяток за десятком. Сотню за сотней.

Семангелоф сражался как остервенелый, но он далеко не был великим воителем. Сеной и Гавриил давали бестиям жару в разы сильнее старшего Хранителя. Двое мастеров меча и иного оружия выглядели как два небольших вихря, что, соприкасаясь с демонами, разрывали их в клочья, орошая земь под ними тёмной кровью.

Люцифер присматривал за Михаилом, при этом он старался не отставать и также усердно вычищал мир от скверны, порождённой партисипатом.

Битва продолжалась почти семь дней. Ангелы, не опуская мечей, рубили, кололи и резали, кромсали, били и рвали. Внизу не было видно земли — всё застилали изрубленные тела демонов. Местами кровь их скапливалась в настоящие озёра.

К концу седьмого дня остатки полчищ крылатых тварей прыснули в разные стороны, спасаясь бегством. Они оставили гнездо. Оставили свою мать — страх перед смертью пересилил родственные чувства. Они улетали кто куда.