Грязная игра - Джим Батчер

— Возможно, это не случайность, — сказал я.

Она выгнула одну светлую бровь:

— Вера, Гарри? У тебя?

— Да иди ты! — нахмурился я. — Рули.

Она сверкнула зубами в свирепой улыбке и сказала:

— Пристегнись.

Я так и сделал, в то время как милый ледяной дождик стал превращаться в тяжёлый мокрый снег.

Глава 29

Мы вновь возвращались в пригород и были уже в двух кварталах от дома Майкла, когда едущее слишком быстро такси буквально телепортировалось из мокрого снега. Машина проехала стоп-линию, заставив Кэррин нажать на тормоз и вильнуть в сторону, чтобы избежать столкновения.

Маленький внедорожник сделал всё, что мог, но заскользил по покрытой мокрым снегом улице, отскочил на обочину, пробил деревянный заборчик и застрял передними колёсами в чьём-то пустом бассейне.

Кэррин рывком бросила машину назад и попыталась её вытащить, но задние колёса лишь беспомощно буксовали на льду.

— Дерьмо! — прорычала она. — Иди, я тебя догоню!

Я схватил свой посох и без колебаний выпрыгнул на мокрый снег. Бросившись через дождь в туманную псевдо-тьму, я обернул себя в Зиму. Я двинулся к дому Майкла напрямую: по пути делая краткие пробежки по тротуару, пересекая чьи-то дворы и прыгая (Паркур!) через заборы и припаркованные автомобили.

Я добрался до дома Карпентеров как раз когда такси, ставшее причиной нашей аварии, скользнуло на стоянку через несколько домов от Майкла. Баттерс выскочил из задней двери, бросил водителю несколько смятых купюр и, опустив голову, побежал к дому Майкла. Он выглядел бледным и трясущимся. Я ему сочувствовал. Это зелье в своё время оставило у меня чувство, что я только что пару дюжин раз прокатился на «американских горках», причём со страшного похмелья. Он не пробежал и пяти шагов, как одна из ног ушла из-под него на обледенелом скользком тротуаре, и он тяжело упал. Я слышал, как его голова стукнулась о бетон, а затем почти почувствовал острую боль, с которой воздух взорвался в его лёгких, когда от падения у него перехватило дыхание.

Я не останавливался, пока не оказался рядом с Баттерсом. Прочесав пристальным взглядом окрестности, я нашёл их тихими и спокойными.

— Иисусе! — выпалил Баттерс, когда я приблизился. Он отшатнулся от меня, подняв одну руку, чтобы защититься от удара, а другой доставая что-то из-под пальто.

— Адские колокола, Баттерс, — сказал я немного обиженно. — Если бы я собирался тебе навредить, я бы просто взорвал тебя к чертям.

— Ты пытался… — хрипел он, всё еще держа руку за пазухой. — Не… подходи. Я… серьёзно.

— Адские колокола, не строй из себя идиота, — вздохнул я и протянул ему руку. — Пошли. Они наверняка уже тебе на пятки наступают. Ты не можешь здесь лежать. Давай я тебе помогу.

Секунду он просто пялился на меня. Было ясно, что он слегка ошалел от падения, и, также очевидно, напуган.

Я нетерпеливо хмыкнул и шагнул вперёд.

Баттерс нащупал во внутреннем кармане пальто что-то вроде стеклянной ёлочной игрушки и слабо бросил в меня.

Зима всё ещё одевала меня. Я немного присел и поймал игрушку на лету, стараясь не сломать.

— Полегче-ка, убийца, — сказал я. — Не хотелось бы, чтобы мы оба забыли, зачем стоим здесь на снегу.

Он смотрел на меня снизу вверх, пытаясь выровнять дыхание.

— Гарри…

— Полегче, — повторил я. — Вот, держи, — я бросил ёлочную игрушку обратно.

Он заморгал на меня.

— Пошли. — Я нагнулся, взял его под мышки и более или менее поставил невысокого парня на ноги. Он тут же снова поскользнулся, и упал бы, если бы я его не держал. Я вернул ему устойчивость, направив его шаги подальше от предательского бетона, на траву перед одним из домов. — Полегче. Пошли, давай хотя бы уведём тебя с холода.

Он застонал и произнёс:

— Боже, Гарри. Ты не… Ты не собирался… — Мы проковыляли ещё несколько шагов, и он продолжил: — Я идиот. Извини.

— Не извиняйся, — ответил я, с опаской оглядываясь вокруг. — Надо войти в дом.

— Как сильно я всё испортил? — спросил он.

— Ничего такого, что нельзя исправить, если мы пошевелимся, — ответил я и в нетерпении нырнул вниз, чтобы подставить ему плечо под мышку и как-то приподнять. Пока я тащил Баттерса за собой, его ноги едва касались земли двора Карпентеров.

Двадцать ярдов.

Десять.

Пять.

Ударил порыв ветра. Что-то похожее на чёрные паруса заклубилось над снегом, а затем кружащаяся тень отступила, и перед нами возник Никодимус Архлеоне с узким мечом в правой руке, лезвие которого было аккуратно опущено вниз к его ноге. Он посмотрел мне в лицо с лёгкой улыбкой.

Позади него плавными волнами колыхалась его тень, растянувшись на двадцать ярдов вокруг.

Я резко остановился, и ноги Баттерса качнулись назад и вперёд.

Я сделал шаг назад и посмотрел через плечо.

Дженосква, плохо различимый сквозь густой мокрый снег, стоял где-то в двадцати футах позади, в тени высокой сосны. Его огромная мохнатая фигура плавно сливалась с тенью дерева. Но всё же я мог видеть блеск его глаз.

— О, Дрезден, — промурлыкал Никодимус. — Вы его поймали. И как раз вовремя.

Я осторожно опустил Баттерса вниз поближе к себе. Маленький парень не двигался и не говорил, но я чувствовал, как он содрогается от внезапного и вполне оправданного ужаса.

— Маленький доктор, — произнес Никодимус. — Такой находчивый кролик.

— Шустрый и совсем не опасный, — подтвердил я. — Почему бы его не отпустить?

— Не несите чепуху, — ответил Никодимус. — Он слышал слишком много, и мои источники говорят, что он связан с чикагским альянсом Марконе. Только идиот не увидел бы в нём потенциальную смертельную угрозу безопасности. — Он наклонил голову на бок: — Он должен умереть.

Дженосква испустил голодный урчащий рык.

Баттерс застыл. Он не оглянулся назад. Я его не виню. Мне тоже не хотелось туда смотреть.

Никодимус явно наслаждался происходящим:

— Похоже, Дрезден, для вас настало время сделать выбор. Хотите, я вам его упрощу?

— В каком смысле? — спросил я.

— В практическом, — ответил Никодимус. — Отдайте его мне. Я заберу его. Всё будет быстро и милосердно. — Его глаза переместились на Баттерса. — Ничего личного, молодой человек. Вы вмешались в то, что вам не по зубам. И должны заплатить за это. Но я не держу на вас зла. Вас просто нужно остановить.

Баттерс издал тихий испуганный звук.

— Или вы можете нарушить данное Мэб слово, чародей, — продолжил Никодимус и улыбнулся. — И в этом случае я буду вынужден отказаться от ваших услуг.

— Без меня вы никогда не пройдёте через вторые ворота, — возразил я.