Евангелие от Сатаны - Патрик Грэхам

В нише с тайной перепиской папы Целестина III Баллестра находит след, который потерял. Июль 1191 года, Третий крестовый поход. Христианские армии во главе с Ричардом Львиное Сердце только что отбили у врага Акру после осады, продолжавшейся целый год. Войска Саладина бежали, и крестоносцы вошли в крепость. Среди победителей были рыцари-тамплиеры, которых возглавлял их великий магистр Робер де Сабле.

Тамплиеры день за днем обыскивали город, надеясь найти утраченные реликвии и забытые драгоценности. В области тайников и потайных комнат они были специалистами и знали все приемы, применявшиеся арабами и христианами для укрытия сокровищ. Именно во время этих поисков рыцари Храма наткнулись на евангелие, которое умерший к тому времени начальник гарнизона приказал замуровать в подвалах крепости.

Через несколько часов после его обнаружения, когда в воздух поднимались столбы черного дыма от костров, на которых крестоносцы сжигали трупы, Робер де Сабле выпустил почтового голубя, который нес письмо в Рим. То самое письмо, которое Баллестра только что нашел в нише папы Целестина.

Ваше Святейшество,

Акра пала, и мы обнаружили в ее стенах книгу в странном переплете. Сейчас она напомнила мне о другой книге, которую, как говорят, привезли сюда под охраной крестоносцы Боэмунда во время первого похода. Легенда это или истина, но эта книга была замурована в подвалах с такими предосторожностями, которые каменщики применили бы, чтобы скрыть сокровище или проклятие. Поскольку эта находка — не золото и не серебро, ее обнаружение выходит за пределы моих полномочий. По этой причине я осмеливаюсь сообщить о ней Вам, чтобы Вы могли прислать сюда отряд своих архивистов. Они, несомненно, будут знать, как с ней поступить.

Поскольку мне нужно еще обыскать западное крыло крепости до того, как я присоединюсь к армии Львиного Сердца, я останусь в Акре столько времени, сколько Вашему Святейшеству понадобится, чтобы организовать возвращение этой книги в места менее доступные для осквернителей святынь и для людей бездушных.

Писано сегодня, 13 июля 1191 года — года Крестового похода.

Робер де Сабле, великий магистр ордена Храма

120

Перед Баллестрой новая охапка пергаментов из ниши Целестина III. Ответ на письмо Сабле пришел в Акру в нескольких экземплярах 21, 22 и 23 того же месяца июля. Это были копии одного и того же письма. По тому, как много было и как много почтовых голубей их несли, рыцарь Храма сразу понял, что его находка имеет огромное значение. Папа предупреждал его, что никто ни под каким предлогом не должен открывать книгу. Его святейшество также сообщал, что отряд архивистов уже отплыл в Акру, чтобы организовать возвращение книги. В конце книги папа благодарил Сабле за преданность и отпускал ему множество грехов в награду за труды.

Узнав эту хорошую новость, Робер де Сабле быстро подсчитал в уме, что путь от Рима до Акры по морю займет не меньше месяца. Четыре дня и три ночи этого срока уже прошли, пока голуби летели сюда. Значит, у него остается чуть больше трех недель, чтобы убедиться, что тайны, записанные в книге, не могут послужить на пользу его собственному делу. Потом она навсегда скроется в подземельях Ватикана.

Сабле отправляет его святейшеству сообщение о том, что получил его письма, а потом вместе с лучшими из своих тамплиеров запирается в подвалах крепости и начинает изучать евангелие.

Луч фонаря Баллестры скользит по нише с перепиской Целестина III. Архивист обнаруживает другие документы. Они сложены в тяжелый конверт и запечатаны воском. Пятнадцать листов пергамента с записями, которые Сабле делал, когда его глаза снимали покров тайны с запретной книги в подземелье Акры.

В первых строках буквы словно застыли в строю, гордясь собой. Но постепенно гордая осанка исчезает. Строй сменяется неровными каракулями, которые рука, видимо, выводила под действием отвратительного тошнотворного страха. Сабле утверждал, что это евангелие проклято и его зловещие строки свидетельствуют о том, что место Иисуса Христа, Сына Божьего, на кресте занял чудовищный зверь Янус, сын Сатаны. Дальше великий магистр писал, что ученики, видевшие отречение Христа, зарезали римских солдат, которым было поручено распять приговоренных, завладели трупом Януса, а позже бежали и унесли его с собой. В конце Сабле утверждал, что час Зверя приближается и начинается буря, которую не остановит даже самая высокая гора.

Последние листы заметок Сабле целиком заполнены крошечными буквами. Нет ни пробелов между словами, ни интервалов между строками. В этой длинной веренице микроскопических букв без точек и запятых великий магистр ордена Храма сообщил, что прочел на последних страницах евангелия такую ужасную тайну, что не решается переписать эти строки. Затем он объявил, что посылает отряд тамплиеров в глухую местность на севере Святой земли. Там, по его мнению, может находиться доказательство верности его предположений. В последних строках Сабле звучал такой крик отчаяния, что Баллестра понял, что тамплиер лишился разума.

— Бог в Аду! — тихо читал архивист. — Он управляет проклятыми душами. Он управляет призраками, которые блуждают во тьме. Все — ложь. О господи! Все, что нам говорили, — ложь!

Архивист наклоняется и ощупывает внутренность ниши с перепиской Целестина III. Внутри остался только один пергамент. Баллестра, дрожа от волнения, развязывает на нем ленту. Это письмо, которое послал в Ватикан за несколько часов до смерти Умберто ди Брешия, капитан ордена архивистов, который командовал отрядом, посланным в Акру за евангелием.

Баллестра садится на пол, скрестив ноги, и начинает читать вслух. Он слушает свой голос, звучащий в темноте, и ему кажется, что это сам Брешия перенесся через столетия и вновь читает свое письмо перед тем, как отослать его в Рим.

121

Ваше Святейшество!

Выдержав сильный шторм в Эгейском море, наши парусники наконец достигли берегов Святой земли на закате тридцать третьего дня пути. Обогнув мыс Хайфа, мы увидели поднимавшиеся над Акрой столбы черного дыма. Целые облака пепла стали сыпаться на наши паруса. По ужасному зловонию, которое принес ветер, мы поняли, что топливом для этих костров был человеческий жир.

Когда мы оказались на расстоянии одного лье от входа в порт, мы услышали какие-то странные удары о корпус нашего корабля. Перегнувшись через леер, мы с ужасом увидели, что нос судна прокладывает ему путь по трупам. В воде было столько мертвых тел, что ее почти не было видно между ними.

Нам в конце концов удалось войти в порт Акры. Вода в нем дымилась. Крепость, окруженная облаком пепла, была похожа на какой-то укрепленный стенами адский город, откуда демоны в доспехах продолжали сбрасывать со стен трупы. Все это было так жестоко, что мы сказали вполголоса: «Дьявол завладел Акрой».

Добравшись до стен, мы потребовали, чтобы нас принял Великий Магистр тамплиеров, который был предупрежден Вашим письмом о нашем прибытии. Один из кавалеристов поскакал галопом в южную часть города, где поселились рыцари Храма. Нам пришлось терпеливо ждать целый час, пока мы не получили ответ. Робер де Сабле назначил нам встречу у подножия крепостных стен, на высоком выступе скалы, где мы были укрыты от посторонних глаз. Я знаком с ним, поскольку много раз встречался с ним в Риме и Венеции. Поэтому я встревожился, увидев, как он выглядел. Казалось, он постарел на много лет. Сначала я решил, что причина этого — сражения и гнусные казни, свидетелями которых были тамплиеры. Но когда я обнял Сабле и прижал его к груди, не обращая внимания на запах горелого мяса, исходивший от его одежды, я увидел, как покраснели его глаза. И тогда я понял, что он, возможно, совершил что-то еще более непоправимое, чем преступления, совершенные в этой прихожей Ада. Здесь я записал несколько отрывков нашей беседы в тени стен — те слова, в точности которых могу поклясться.

Я начал с того, что сказал ему:

— Умоляю вас во имя Христа, Робер, ответьте прямо на вопрос, который я сейчас вам задам. Открывали вы или нет то евангелие, которое мне поручено отвезти в Рим? И если вы совершили это преступление — открыли его, то не в нем ли причина этого разгула ненависти и безумия? Если я прав и вы, Робер, действительно прочитали эти страницы, которые ничьи глаза не могут прочесть, не пострадав, следует опасаться, что вы разбудили силы, мощь которых превосходит ваши возможности. Я вас слушаю. Вы совершили непоправимое или нет?

Он ответил мне голосом, от звука которого я задрожал:

— Бегите, жалкий безумец, потому что Бог умер в тени этих стен.

— Что вы сказали, несчастный?