Россия: власть и оппозиция - Сергей Кургинян

Поздно вечером 7 сентября Президиум Верховного Совета Таджикистана рассмотрел заявление Президента Р. Набиева о его «добровольном уходе» с поста Президента и принял его отставку. В соответствии с Конституцией обязанности Президента оказались временно возложены на Председателя Верховного Совета Искандарова.

Последний 18 сентября 1992 г. подписал Указ о создании Национального министерства обороны.

В Москву направляется А. Абдуллоджанов, тот самый Абдуллоджанов, который теперь является премьер-министром при Президенте Рахмонове. Тогда он занимал тоже не малый пост — и. о. премьер-министра.

В ходе его встречи с Е. Гайдаром была достигнута договоренность о продаже нелегитимному режиму тяжелой броневой техники и вооружений. Поставка оформлялась за доллары. — Чьи?

10 октября 1992 г. в канун открытия Бишкекской встречи Набиев направил обращение к главам государств СНГ: «Я решил отозвать свое заявление об отставке, подписанное в условиях психологической и физической угрозы», — говорится в документе.

24 октября 1992 г. Кенджаев с боевыми отрядами врывается в Душанбе. Одновременно должны были начать действовать отряды в Кулябе и других районах республики. Однако, произошло предательство.

Председатель облисполкома Куляба оказался тем звеном, на котором была разорвана единая система действий юга и севера против так называемых исламистов. С. Сафаров действовал по законам военного времени, уничтожая того, кто предал кулябцев, и сорвал их наступление на Душанбе. Ответная пуля настигнет Сайгака Сафарова уже после победы Народного фронта Куляба над «исламистами». А пока — горы трупов на улицах Душанбе, Кенджаев с боями вырывается из ловушки.

3 ноября 1992 г. вступил в действие Указ и. о. Президента Таджикистана Искандарова о введении на территории Душанбе чрезвычайного положения и комендантского часа. Начались карательные мероприятия.

5 ноября 1992 г. началось наступление кулябцев, которые захватили совхоз «Туркменистан» Вахшского района, один из крупнейших центров «исламистской» оппозиции, а также Колхозабадский район и начали замыкать кольцо вокруг Кумсангирского района.

12 ноября 1992 г. Руководители вооруженных формирований Гиссарского, Регарского, Шахринауского районов республики, образовывают второй (северный) фронт. Душанбе — в кольце. Положение «исламистов» безвыходное. В этой ситуации единственный шанс для них — успеть сдаться хаджентцам. Для этого осуществляется следующий политический ход. Указанные выше руководители второго (северного) Гиссарского фронта выдвигают высшему руководству Таджикистана пакет ультимативных требований, в числе которых — немедленный роспуск правительства так называемого национального примирения, так называемого Госсовета и прочих антиконституционных структур, а также приостановление деятельности всех политических партий и движений, разоружение незаконных штабов и отрядов самообороны и пр.

Такой ультиматум — это требование по сути безоговорочной капитуляции. Но для «исламистов» важно сейчас другое — кто примет капитуляцию. Для них главное, чтобы это не были кулябцы.

На 16 ноября 1992 г. по указу Председателя ВС республики Искандарова назначается XVI сессия Верховного Совета Таджикистана. Эта сессия собирается не в Душанбе, а в Ходженте, куда «исламисты» ползут на коленях с просьбой о помиловании. И им есть, зачем торопиться.

Ибо 18 ноября вооруженными формированиями кулябцев взяты под контроль горные перевалы в районе Нурека. Тогда же поздней ночью был убит один из непримиримых «исламистов» Джурабек Аминов, заместитель председателя КНБ. Фактически кулябцы уже контролируют большую часть республики.

19 ноября в Ходженте состоялась XVI сессия ВС Таджикистана. Избранный в начало ноября председателем Кулябского областного Совета Эмомали Рахмонов становится Председателем Верховного Совета Таджикистана. На той же сессии Таджикистан отказался от президентской формы правления и стал парламентской республикой.

20 ноября Верховный Совет Таджикистана принял обращение к странам СНГ с просьбой о введении на территорию республики миротворческих сил. В тот же день Р. Набиев выступил с заявлением, что в целях обеспечения стабилизации обстановки и прекращения братоубийственной войны он уходит в отставку. Премьер-министром был назначен все тот же А. Абдуллоджанов.

26 ноября на коротком заседании ВС был принят закон об освобождении от уголовной, дисциплинарной и административной ответственности лиц, совершивших проступки с 27 марта по 27 ноября 1992 г. в зонах вооруженных конфликтов.

10 декабря войсками гиссарцев во главе с бывшим спикером таджикистанского парламента С. Кенджаевым и кулябцев, возглавляемых С. Сафаровым, взята столица Таджикистана г. Душанбе.

23 декабря 1992 г. руководство Таджикистана объявило о создании собственной национальной армии на базе Народного фронта Таджикистана и других военизированных подразделений, поддерживающих конституционно избранное правительство. Началась последняя стадия войны — стадия подавления отдельных очагов сопротивления «исламистов».

Новое правительство Рахмонова делает все возможное, чтобы вернуть беженцев домой, понимая, что без этого конфликт не может быть разрешен, а гражданская война будет вестись до последнего таджика. Но об этом мы расскажем отдельно, анализируя криминальную подоплеку произошедшего.

Завершая хронику гражданской войны, мы остановимся на одном ее событии. Уже после победы народного ополчения 30 марта 1993 г. были убиты: председатель Народного Фронта Таджикистана Сангак Сафаров и командир бригады специального назначения Министерства обороны Таджикистана Файзали Саидов. Кто убил их? И ради чего? — Дело темное. И версия об убийстве этих людей их открытыми политическими противниками, теми, против кого они боролись с оружием в руках, лишь одна из возможных. Есть и другие.

Номенклатуре не нужны люди из народа после того, как начинается дележ властного «пирога».

Меньше всего мы хотим идеализировать сегодняшнее правительство Таджикистана. У него хватает проблем. И не хватает профессионализма. Его лидеры противоречивы. Многое из того, чем был не доволен простой народ Таджикистана, можно адресовать и новым вождям. Правовой режим на территории Таджикистана не абсолютен, а кровь зачастую по-прежнему порождает кровь, игнорируя при этом понятия о праве и судебном расследовании.

Вряд ли целесообразен и принцип однопартийности в республике. Скорее всего, эффективными могли бы быть и новые выборы, и более взвешенный принцип формирования руководства (команда нового Председателя Совета Министров Таджикистана А. Абдуллоджанова — вновь возрождает тему претензий к хаджентскому клану).

В свою очередь, команда Э. Рахмонова критикуется ее оппонентами за приверженность не просто кулябскому, а еще более узко региональному принципу назначения кадров: Все это может завтра породить серьезные конфликты. Одни (кулябцы) сетуют на осторожность, проявленную их оппонентами во время войны, другие (ленинабадцы) отвечают критикой по части профессионализма и приверженности неправовым решениям. Трудностей много, и может быть, с ними и не удастся справиться. Но мы надеемся на успех команды Рахмонова-Абдулоджанова.

Ибо в реальности, говоря о сегодняшнем правительстве Таджикистана, мы можем указать лишь на то, что речь идет о нормальных людях со всеми их недостатками, с коммерческим или номенклатурным прошлым, местническими амбициями и прочем. Но альтернатива — садисты и фанатики, показавшие не на словах, а на деле, не в номенклатурных кабинетах, а в зинданах и пыточных залах, — на что они способны и в чем их скрытая суть. Альтернатива — люди, сумевшие за считанные месяцы дискредитировать на корню два прекрасных слова «демократия» и «ислам». Сейчас у народа эти слова вызывают негативную реакцию. Может, кому-то это и было нужно?

И наконец, альтернатива — это власть не просто коммерциализированных чиновников или очиновленных коммерсантов, а ее величества Мафии в наихудшем ее исполнении, власть черного криминалитета. Это последний из сюжетов, который мы хотели бы проанализировать в этой работе.

Когда мы пишем эти строки, на Памире, по-видимому, происходит переворот. Идут митинги. Поводом для боевиков-памирцев являются их претензии к казахским пограничникам: «Это не пограничники, это наемники. Они грубо ведут себя с местным населением.» Что стоит за этим? И чья рука руководит столь знакомым процессом, напоминающим политические радения на площади Шахи-дон?

Косвенные улики говорят о том, что к этому причастен все тот же Худоназаров, но мы не хотим криминализации противников. В любом случае, митингующие требуют отставки состава Президиума облисполкома ГБАО и облсовета ГБАО, переизбрания руководства на основе выдвигаемых ими кандидатур, а если им в этом откажут, то они примут соответствующее решение. Они требуют также включения своих представителей в наблюдательные советы.