Страна городов - Дмитрий Щёкин

— Короче, братва, — заявил на привале, устроенном на месте, где было, — или будет, — КПП, — Варан, — влипли мы не по-детски, нех рассусоливать где мы и чо мы. У нас с собой только кирки да лопаты, что были у нас, пяток перьев и шмотье, че на нас было. Места тут – сами знаете – не Крым. Надо выбираться к людям вместе. Кто подпишется идти со мной – ниче не обещаю, но к людям выведу. По ходу дела, наши срока приказали долго жить, это нормуль. Тока вот че – мы не знаем, где мы и вообще – че творится. Может на нашу е…ную поселягу (колонию-поселение) ядрену бомбу пиндосы скинули, хотя не похоже – от бомбы хоть головешки остались. Надо править к Байкалу, а там – к югу. Пойдем по долинам и по взгорьям, потому – не рассасываться, догонять – ждать никого не буду. Всем ясно? Если ясно – за мной. Идем на закат, там река должна быть, в ней попробуем наловить рыбы.

Группа людей сбилась в плотную кучку и двинулась за Вараном, признав вожаком без особых внутренних волнений. Человеку зачастую свойственно переложить ответственность на другого – вождя, вожака, князя – царя батюшку, пусть он и зовется Президентом или Генеральным Секретарем ЦК КПСС. А скинул ответственность – иди в стаде, и будь спокоен.

Бывшие бандиты и мелкие уголовники интуитивно на уровне инстинкта выбрали верное направление – к более-менее обжитым местам. Но до них было больше двух тысяч километров. Шли долго и трудно. Лопаты превратили в широкие копья. Охотились на изобиловавшую дичь с помощью самодельных луков, пращ и копий. Варан управлял людьми твердой и жестокой рукой – по дороге собственноручно забил ногами отказавшегося ему подчиняться старого вора, по кличке Рычаг. Тот выговаривал ему за высоких темп передвижения без видимой цели, опираясь на свой воровской авторитет и требовал более частых привалов, угрожая часть бригады оставить за собой. Варану требовалось до начинающихся холодов найти людей. Он бы и остановился – но вокруг никого не было. Разведка на ходу результатов не давала. А тут еще этот идиот.

Бывший спортсмен коротко ударил возмущающегося Рычага в печень, от чего тот согнулся от боли. Отойдя на полшага, страшным ударом ноги в лицо, Варан сломал строптивцу шейные позвонки. Расправа была короткой и страшной даже для видавших виды бандитов, не только для случайных сидельцев-бытовиков. Все испуганно притихли.

— Еще есть желающие порассуждать о выборе дороги?

— Ну вот и ладненько. Собрали манатки, и пошли! Живо, твари, я ваши шкуры спасаю, а мне еще выё…вается всякое дерьмо! — бушевал вожак стаи.

Люди шли. Иногда – день и ночь, останавливаясь на короткий привал. За время пути пропали еще двое – бывший вор-домушник Васенька утонул на переправе через казалось бы, небыструю речку. Второго – тихого бытовика – кухонного боксера-алкоголика Трофима – не досчитались утром, на спальном месте его обнаружили следы рыси и кровь. Хищница подкралась ночью и без звука умертвив бедолагу, утащила тело в тайгу. Но люди – шли. Что их вело? Недосуг рассуждать о мотивах, но беда в том, что чем дальше, тем больше озлобленная на весь мир и больше всего – друг на друга, группа людей превращалась в стадо и стаю. Около Варана остались только Карась – «вор по жизни» Шкаф и Дубок – мордовороты из другой группировки, не той в которую когда-то входил Варан, и мелким шакалом крутился шестерка Шнырь. Остальные члены стаи смотрели волками, того и гляди – набросятся. Троица главарей с прихлебателем спала второй месяц вполглаза – озлобленные люди-звери могли и напасть ночью, как та рысь на Трофима – и прости-прощай, Одесса-мама, то бишь, готовься к встрече с котлами и сковородками – на другое посмертие Варан сотоварищи заработал вряд ли.

Стае повезло только на берегах нынешнего Ишима. Передвигаясь ночью вдоль берега, изможденные многодневным маршем, в общей сложности длящимся уже пять месяцев, ведь кажется, стоял ноябрь… или – октябрь? Люди увидели огни по берегу реки. Сомнения не было – там были люди!

С криками бросилось стадо к вожделенным огням. У большой пещеры горел костер и рядом с огнем сидели несколько мужчин, одетых в грубые шкуры. Подхватив примитивное оружие, эти люди встали, прикрывая вход в пещеру. Дружелюбия во взглядах сидевших у костра не наблюдалось. Варан добежал последним до костра, но взял инициативу сразу в свои руки.

— Кто такие, откуда? Еще рядом люди есть? Есть че пожрать? Мы заплатим (для точности следует сказать, что платить он не собирался – во-первых – нечем, во-вторых – если была минимальная возможность, то он никогда и никому не платил, через что неоднократно попадал в переделки по молодости, переоценивая свои силы)

Человек, вооруженный огромной дубиной, вдруг взревел, занес ее над головой и бросился на Варана.

— Ну это мы уже проходили, — сказал Варан, подныривая под руку с оружием, и хватая ее на излом. Упавшему на грудь человеку, не церемонясь, ухватив сзади за подбородок, Варанов сломал хребет – как древние монголы ломали спины своим пленникам. Впрочем он об этом не знал – ему был важен результат.

— Ну, че стоим! Ментов здесь нет – бей немытых, или они нас перебьют, — дико заорал Варан подельникам.

И толпа, вновь обретшая вожака бросилась на стоявших перед костром мужчин. Во время схватки погиб еще один бывший зека – дубина раскроила голову хулиганистому парню из бывших люберецких пацанов, Винту, попавшему в тюрьму за убийство по неосторожности. Следователи знали, что «неосторожности» как раз и не было, а была драка, в которой фанату "Спартака", Винт аккуратно сунул заточку под ребро справа. В этой драке не повезло Винту. Кряжистый мужик, завладев лопатой, ударом сбоку снес ему башку, как капустный кочан с грядки, но сам получил удар киркой в спину. Молниеносная схватка завершилась со счетом одиннадцать – один в пользу бывших зеков. Освобожденные от страха перед уголовным наказанием, они теперь готовы были творить все, чтобы обеспечить себе по возможности сытую и вольную, в их понимании жизнь.

В пещере, освещенной зажженной от костра кем то из бандитов горящей веткой и бликами пламени того же костра, сбилась в кучу группа женщин и детей. Жмущиеся друг к другу, они испуганно смотрели на напавших на их мужчин и уничтоживших опору племени в считанные минуты.

— О, гля – бабы… растерянно пробормотал зек. Варан, слышь, иди сюда – тут бабы, и мелкие ихние, иди скорей!

Забрызганный кровью Варан одобрительно хлопнул подельника по плечу:

— Ништяк! Разберемся утром – чего куда…

— А может, того – сейчас… оприходуем, а? Че время терять?

— Можно и так, я че-то добрый нынче, гы-гы-гы! — захохотал человекозверь.