Ученичество. Книга 2 - Евгений Понарошку

От второго удара у двери выбило обе ручки вместе с замком. Мы увидели, как сквозь пробоину высунулась зловещая рука. Покров из Злобы наделил ее черным, словно бездна, цветом. Кончики пальцев заострились и удлинились, став острыми когтями.

Не остановившись, монстр начал наносить удар за ударом. Вскоре отверстие расширилось на локоть. Тут же дыру заглянул монстр, будто желая убедиться, на месте ли его законная дичь.

На короткий миг я и альбиноска установили зрительный контакт. Точеное лицо нельзя было назвать красивым. Уж слишком прямыми и острыми чертами оно было наделено. Эбеново-черная из-за покрова Злобы кожа и вовсе производила жуткое впечатление. Однако я все равно без труда узнал альбиноску. Ту саму Исполнительницу, с которой впервые встретился в деревне.

Мы смотрели друг на друга лишь секунду, а то и меньше. Но из-за предельного напряжения время, казалось, растянулось. Наконец альбиноска прервала контакт и продолжила пробивать себе ход. А я в это время уже настраивался на артефакт. В нужный момент мне придется сделать довольно сложную операцию — войти в пограничное состояние между явью и реальностью Душевзора.

Наконец, дверь не выдержала, и из нее вылетел здоровенный кусок. Доказывая, что я переоценил эффективность нашей баррикады, в отверстие рыбкой скользнула Одержимая. Оттолкнувшись ногами, она прянула внутрь, без труда миновав наваленную принцем преграду.

Ровно в этот момент произошло сразу два события. Первым в действие вступил Альбрехт, активируя все свои артефакты. В один миг пространство вокруг заполнилось десятком сияющих иллюзий. Наслаиваясь друг на друга, они образовали сияющий калейдоскоп, от которого неподготовленный человек мог поймать мигрень.

Я отчетливо увидел, как вздрогнула и сгруппировалась альбиноска. В ее ранее черных глазах отразилась иллюминация, кажется, вызывая недоумение.

И вновь Телдра показала, что умеет работать с холодными нервами в любой ситуации. Как раз этот момент легкой дезориентации монстра она сделала то, что я от нее и хотел — вложила все силы в один удар.

— ОСТАНОВИСЬ! — закричала женщина.

Её голос приобрел какие-то инфернальные нотки. Я ощутил, будто по пространству комнаты прошла искажающая волна. Точка концентрации этого искажения сошлась на Одержимой.

Кажется, даже я сам до конца не верил, что получится, однако это произошло. Альбиноска замерла и не двигалась.

— Виктор, — тихо прошипела Телдра, замерев в напряженной позе. — Действуй быстрее. Скоро я отключусь.

В её словах не было нужды. Пока все происходило, я уже рухнул в небытие. Ровно мгновение мне понадобилось, чтобы найти рядом с собой вторую душу — душу человека, в чье тело я попал.

«Прошу тебя, не сопротивляйся! — мысленно вскричал я. — Я хочу сделать то, что спасет жизнь мне и твоему телу!»

Фраза, наверное, звучала глупо, особенно учитывая то, что я собирался сделать. Но в пространстве Душевзора даже такая неуловимая материя, как намерение, имела значение.

Я обратился к огрызку души хозяина тела. Сконцентрировав всю волю, я отнял кусок. Тут же навалилось напряжение, будто я держал в руке что-то невероятно тяжелое.

Не теряя времени, я начал преобразовывать полученный фрагмент, готовя из него то самое изобретенное мной заклинание на основе энергии души.

Занимаясь этим, я одновременно начал возвращаться в реальный мир. Казалось, мое зрение разделилось. Одновременно я увидел и полное безвременья серое пространство Душевзора, и комнату в реальном мире.

Оба мира объединяло одно. В моей руке с фиолетовым свечением фрагмент энергии преобразовывался в нечто, похожее на стрелу.

Замершая альбиноска вздрогнула. Будто вырываясь из цепей, она начала медленное движение. Позади я услышал вскрик Телдры. Похоже, женщина истратила все свои силы и потеряла контроль над Струной Души. И это означало, что настал мой черед действовать.

Ситуация обострилась. Одержимая рванула на меня с такой скоростью, что глаза не смогли уследить за ее силуэтом. Однако это и не требовалось.

Уже имея богатый опыт, альбиноска не атаковала в лоб. Будто игнорируя законы физики, одним рывком она оказалась на потолке, надо мной. А затем, оттолкнувшись, Одержимая в один миг уже оказалась у меня за спиной.

Я даже не шелохнулся. Своим внутренним чутьем я ощущал ее полную Злобы душу ярко, будто маяк в ночи. И я знал, что Одержимая так же знает, где я, несмотря на нескончаемую фантасмагорию иллюзий, мерцающих вокруг нас.

Полыхающая в руке фиолетовая стрела будто сама нашла свою цель. В один миг превратившись в ветвистую молнию, она ударила Одержимую прямо в центр груди.

— А-а-а! — послышался вскрик женщины.

Обернувшись, я увидел, как, покачнувшись, альбиноска упала. Удар осколком души оказался для нее куда страшнее, чем любая магическая атака. Одержимая рухнула на пол и задергалась. Казалось, все было кончено, но для меня — только начиналось.

Первым делом я огляделся. Телдра лежала без сознания. Принц также «поплыл», задетый ее атакой. Мне нужно было, чтобы эти люди увидели как можно меньше, поэтому действовать надо было быстро.

Замерев над Одержимой, я вновь обратился к артефакту. Меня окружила серая хмарь пространства Душевзора. Сейчас мне нужно было погрузить сюда и душу альбиноски. Для этого не требовалось заставлять ее смотреть в артефакт. Стрела души, пронзившая ее эфирное тело, была отличным мостом для выполнения этой задачи.

Несколько секунд, и рядом со мной проявился агонизирующий силуэт Одержимой. В отличие от Крауна, она не была сведуща в дисциплине души, поэтому атака стрелой нанесла ей сокрушительное повреждение, сопротивляться которому она не могла.

Я сконцентрировался. Сейчас мне нужно было использовать осколок, пронзивший ее душу, и сделать кое-что необычное, а может, даже и невероятное.

Я вошел в контакт с осколком. Находящийся в эфирном теле Одержимой, тот каждую секунду приносил ей неимоверные страдания. Однако когда я начал рассеивать его, казалось, по пространству Душевзора пролетел безмолвный вопль.

От интенсивности страданий Злоба начала оседать, пробуждая сознание женщины. Последнее ощущалось в пространстве Душевзора как светлое пятно в залитом чернотой силуэте. А дальше я сделал то, что решило судьбу альбиноски — усилием воли загнал осколок души в это самое незамутненное сознание человека…

* * *

Я открыл глаза. В комнате было темно и тихо. Артефакты иллюзий истратили свой заряд. Телдра все так же лежала на полу без сознания. Принц же, замерев, смотрел в одну точку.

Опустив глаза, я посмотрел на альбиноску. Покров Злобы сошел, открыв бледнокожее лицо с чересчур резкими чертами лица. Казалось, его выражение застыло в маске надменного безразличия.

Когда женщина открыла глаза, я напрягся. Однако та ничего не делала.

— Как ты ощущаешь себя? — спросил я.

— Нормально, — без эмоций ответила она, даже не удивившись вопросу. Это был хороший знак.

— Встань, — произнес я.

Альбиноска