Запах атомной бомбы. Воспоминания офицера-атомщика - Валентин Вишневский

Доводы за возвращение Украины в семью ядерных держав основываются на том, что мир в последние годы очень изменился. По словам генерального директора Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), сейчас около 30 стран могут иметь технологии для создания ядерного оружия. Появились новые страны, владеющие этим оружием.

Пакистан имеет баллистические ракеты, способные наносить удары по центральным районам Индии. По оценкам аналитиков, пакистанский арсенал насчитывает 48 ядерных зарядов. Индия владеет от 55 до 110 ядерными боеголовками. Израиль не подписал Договор о нераспространении ядерного оружия и официально не признает, что им располагает. Но эксперты насчитывают в его арсеналах от 100 до 200 ядерных зарядов. По данным американской разведки, у Северной Кореи может быть до 10 ядерных зарядов.

И хотя эти страны находятся далеко от Украины и не могут представлять для нее непосредственной угрозы, но они существуют и свидетельствуют, что ядерное оружие расползается по миру, несмотря на все старания Совета Безопасности ООН.

Особое беспокойство вызывают страны Ближнего Востока — Иран и Ирак, которых подозревали и подозревают в стремлении к овладению оружием массового уничтожения. Эти страны находятся в регионах, приближенных к нашим границам.

Вольно или невольно статус ядерной державы повышает международный авторитет страны. До того, как Индия и Пакистан в 1998 году провели ядерные испытания, к ним относились как к хронически отсталым странам «третьего мира» с больной экономикой. Сейчас они приобрели совершенно иной международный вес.

Многие в Украине считают, что если бы она сохранила ядерное оружие, то это усилило бы гарантии суверенитета, подняло ее международный авторитет и укрепило ее национальную безопасность.

Возвращение утерянного статуса государства, имеющего ядерное оружие, не только не укрепило бы национальную безопасность, но поставило бы ее перед новыми испытаниями. Прежде всего, это было бы нарушением Декларации, в которой Украина взяла на себя обязательство быть безъядерной державой. Одновременно она нарушила бы Договор о нераспространении ядерного оружия, на что немедленно и негативно отреагировало бы международное сообщество.

А как же быть с неоднократными вызовами экономического и политического характера нашего северного соседа — России? Украина имеет все права обвинять Россию и США в несоблюдении международных обязательств, принятых ими в связи с присоединением к Договору о нераспространении ядерного оружия. Не выполняются также гарантии, которые были предоставлены в Будапеште 5 декабря 1994 года. Будапештский Меморандум подтверждал обязательства стран воздерживаться от экономического давления, которое может приводить к каким-либо политическим изменениям в Украине.

Все эти вопросы следует решать в соответствии с международными нормами и существующими договорами, а не с оглядкой на нереализованную силу.

А может ли вообще потянуть Украина тяжесть нового ядерного вооружения? Хватит ли у нее экономических, технических и интеллектуальных ресурсов для его реанимации?

По мнению доктора технических наук профессора Харьковского университета военно-воздушных сил Б. Кононова, из попыток вернуть Украине ядерный статус ничего не получится. Нет уже ни пусковых установок и шахт, ни командных пунктов. Нет в наличии ядерных боеприпасов и самих ракет. Отсутствуют специалисты, способные обслуживать эту технику. Украина не выпускает даже топливо для своих атомных электростанций, не говоря уже об оружейных ядерных материалах. Возвращение ядерного статуса потребует огромных финансовых затрат, которые непосильной тяжестью лягут на нашу экономику.

Более оптимистично смотрят на эту проблему специалисты по ядерной технике.

Член-корреспондент Национальной академии наук Украины профессор В. Толок считает, что Украина владеет технологией добычи урановой руды и имеет ее запасы на своей территории. Многие АЭС используют те же материалы, которые применяются при создании ядерного оружия. Технологии обогащения урана можно создать очень быстро. Для этого есть достаточное количество высококвалифицированных специалистов. Но для того, чтобы получить ядерные заряды, требуются большие производственные мощности и значительные финансовые средства, которых, скорее всего, Украина сейчас позволить себе не может[28].

Что касается средств доставки ядерных зарядов — ракет, то в этом деле наша страна была одной из ведущих в военно-промышленном комплексе бывшего Советского Союза. Такой она осталась и по сегодняшний день.

Днепропетровский «Южмаш» был основным изготовителем межконтинентальных баллистических ракет для Советской Армии. Самая мощная ракета РС-20, которую американцы назвали «Сатаной» (по натовской классификации СС-18), была и остается до сих пор в арсенале ядерного оружия России. По своей разрушительной силе, как утверждают эксперты, одна такая ракета в 4–5 раз смертоносней, чем все армии воюющих стран во Второй мировой войне.

В современной ядерной войне, говорят военные специалисты, не нужны крупные группировки войск. Она начнется и закончится мощными ракетными ударами высокоточного оружия, наносимыми за короткое время. Основными ударными силами в ней будут стратегическая авиация и военно-морской флот, которые сами фактически участвовать в боевых действиях не будут. Самолеты и корабли будут только подносчиками боеприпасов до рубежей пуска ракет. Стратегические крылатые ракеты автоматически находят нужные цели и поражают их со стопроцентной вероятностью. Не будет ни фронта, ни тыла. Все объекты делятся на поражаемые и непоражаемые. Если одна из противоборствующих сторон не сможет ответить ударом на удар, уничтожить цели на чужой земле, — она обречена.

В такой войне Украина победить серьезного противника никогда не сможет. А быть обладателем ядерного оружия, чтобы только пугать вероятного агрессора, — слишком дорогое удовольствие. Для возврата ядерного статуса Украине, как считают эксперты, необходимо истратить 2 миллиарда долларов. Да, Украина способна стать ядерной державой, но это ей сейчас не нужно.

В сентябре 2006 года я решил съездить в Багерово и посмотреть, что стало с 71-м полигоном Военно-Воздушных Сил СССР. Как и следовало ожидать, никаких сведений о нем за все доперестроечные годы ни в газетах, ни по радио, ни на телевидении не появлялось.

И только иногда в разговорах с бывалыми летчиками всплывало название этого аэродрома. Да и то, собеседники сразу становились серьезными и немногословными. Некоторые же проявляли беспокойство и излишнюю бдительность. Однажды в 1960 году в Одесской области в пивной станции Рауховка, близ которой находился знакомый мне с детства аэродром, мои захмелевшие собеседники даже сдали меня военному патрулю. Пришлось потом долго объяснять в комендатуре, откуда я знаю секретное слово «Багерово».

Электричка подошла к чистенькой платформе и аккуратному станционному домику с надписью «Багерово». Прямо за станцией располагался бывший военный городок. Никаких следов проходной и колючей проволоки нет. Дорога, которую я, казалось бы знал, была незнакомой. Нет и в помине нашей первой барачной казармы, нет летней эстрады. Исчезли все старые одноэтажные домики, зато вырос и расширился жилой городок. Возле магазина — небольшой базарчик с овощами и фруктами, но людей на нем почти нет.

Станция Багерово. 2006 г.

Центральную улицу я все же признал. Еще в электричке одна из женщин, работавших когда-то в городке, сказала мне, что в поселке есть улица Чернореза. Дорогу к этой улице я спросил у подозрительного вида парня, который назвался мордвином Володей.

— Вы, я вижу, нездешний. Зачем вам улица Чернореза? — с интересом и смутной надеждой спросил меня парень.

— Я когда-то служил в этих местах под командованием генерала Чернореза. Приехал посмотреть, что стало с когда-то прославленным городком.

— Лучше никуда не идите и ничего не смотрите. Нечего уже смотреть. Все, что можно было, разрушили, растащили. От сооружений и зданий одни развалины остались. С тех пор, как военные отсюда ушли — все уничтожено. А улица Чернореза вон там за деревьями, на ней церковь стоит.

Он еще раз взглянул на меня испытующим взглядом.

— Что-то трубы в горле полыхают, похмелиться бы…

Получив свою купюру, парень мгновенно растаял в кустах.

Церковь оказалась бывшим особняком генерала. Над входом в двухэтажный домик установлен восьмиконечный крест. Такой же крест возвышается над крышей.

В доме генерала Чернореза сейчас — церковь. 2006 г.

В церкви подошел к молодому священнику, отцу Александру, который только окончил службу. Он, конечно, ничего ни о полигоне, ни о генерале не знает. Посоветовал мне обратиться к церковному старосте Степану Ивановичу, бывшему майору части, располагавшейся в Багерово.