Малышка для мажора - Аделина Дэвис

Глава 25

Егор

- Это тебе. Кстати, не моя затея накормить тебя, знай это, - еле выговаривая слова, отдает мне тарелку с пиццей Малая. Ставит на прикроватный столик чашку чая и уходит.

Блин, ну я не могу. Умудряется заботиться обо мне даже в ссоре. Смакую каждый кусочек, получая удовольствие от того, что сделала ее моя Малышка.

Ну как после этого ее не любить?

Выхожу к ним на кухню и смотрю на свою девочку.

Когда она такая пьяненькая, ее взгляд можно прочесть, не напрягаясь. Тоже хочет, возбуждена до предела, но не отступает.

Моя Малышка…

Рядом…

Тепло от этого на душе. Рад, что она приехала, хоть и не ко мне.

Не собирался я ночевать у пацанов. И не приходили к ним никакие девушки. Просто нужен был повод вернуться домой. Чтобы я оставил их одних, когда они набухаются здесь вдвоем? Ага, щас!

Ложусь на кровати.

До нее рукой подать, а далека, как никогда.

Слышу их заливистый смех, и мои губы тоже расползаются в улыбке. Пульс скачет от ее тоненького голосочка, что долетает из другой комнаты. Как мазохист просматриваю все фотки с ней. Хотел бы поставить на заставку в телефоне ту, где ее голова откинута, глаза закрыты, а на лице нотки блаженства. Чтобы каждое утро просыпаться и, глядя на эту фотку, начинать свой день. Но не хочу, чтобы кто-то хоть случайно увидел те эмоции, что принадлежат только мне. Не смог отказать себе в удовольствии проделать это хотя бы на планшете.

Тоже ложусь спать, когда в соседней комнате стихают голоса.

Просыпаюсь ночью от шума.

Смотрю на часы. Прошло всего полтора часа, как у них стало тихо.

Открываю дверь и вижу, как Малышка пытается пробраться на кухню, в темноте, постоянно спотыкаясь и беззлобно ругаясь.

- Виски, подожди! Я сейчас на тебя наступлю, если ты и дальше будешь путаться под ногами!

Дотягиваюсь до выключателя в прихожей, включая свет. Прислоняюсь плечом о косяк и скрещиваю руки на груди.

Она в таком испуге поворачивается, глядя на меня своими пьяненькими глазками.

Давлю лыбу и иду на кухню набирать фильтрованную воду в стакан.

Протягиваю ей.

Она с благодарной улыбкой осушает весь стакан. Наливаю еще.

Садится за стол, подняв ноги на стул и прислоняясь к стене.

- Жалеешь о том, что сделал? – долетает до меня ее тихий вопрос.

Задумываюсь. Вряд ли она вспомнит об этом разговоре завтра. Но врать я ей не хочу.

- Нет. Если бы я не согласился на пари, тогда это сделал бы кто-то другой, а я не хотел этого. Сейчас я понимаю, что нужно было найти другой способ, но тогда только этот вариант пришел мне в голову. Я не знал, на кого мы спорим, но хотел защитить...

Подхожу к ней и сажусь на корточки, проводя рукой по ее ножке и очерчивая каждый пальчик.

- Ты сделал мне больно… - шепчет она, видимо уже засыпая.

- Я знаю, Малышка.

Поднимаюсь и беру ее на руки. Она не сопротивляется, обхватывая мою шею руками. Зависаю на пару секунд, решая, в какую комнату нести. Затем толкаю дверь и заношу в свою, закрывая ногой.

Укладываю ее на кровать и сам ложусь, прижав к себе.

Завтра попадет от Малышки. Но сегодня она будет спать в моих объятиях.

Кайф!

Чтоб только рядом была, под боком.

Поворачивается ко мне и ищет губы, кажется, даже не открывая глаз. Нахожу своими ее и нежно провожу по ним. Углубляет поцелуй, а меня простреливает от дикого желания. Жмется ко мне, проходясь рукой по груди и спускаясь все ниже, пока не добирается до выпирающего бугра в боксерах, сжимая его.

- Ох, родная, остановись, - хрипло шепчу ей в губы, убирая ее руку со своего члена.

- Хочу тебя, - сонно шепчет она, кусая меня за шею. Расстёгивает пижамную кофточку, открывая доступ к своей офигенной груди. По привычке сжимаю ее в своих ладонях, играя большим пальцами с сосками.

Она так эротично стонет мне в губы, что я держусь из последних сил. Но понимаю, что утром будет только хуже…

Втягиваю сквозь зубы воздух, пытаясь взять себя в руки.

- Я тоже, до одури. Но завтра ты мне этого не простишь. А я так не хочу, - шепчу ей, вылавливая со своего тела ее шаловливые пальчики, и, повернув спиной, прижимаю к себе.

Она жалобно хнычет, видимо, сильно возбудившись.

Если продержусь эту ночь и не возьму ее, тогда по праву смогу считаться святым!

Мне было бы не сложно удовлетворить ее, даже не залезая. Но если она завтра об этом вспомнит, спасибо мне не скажет.

Успокаивается и засыпает.

Целую ее в макушку, прижимая к себе. Утыкаюсь в ее волосы и со счастливой улыбкой тоже засыпаю.

Яна

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍