курьер.ru - вячеслав антонов

Тем временем спуск закончился невысоким обрывчиком, в который с силой била вода. Андрей спустился как можно ниже, затем, сгруппировавшись, полетел в реку. Мутная холодная волна накрыла его с головой, ноги ударились о дно, затем потеряли его, и вокруг остались лишь волны, бросавшие тело из стороны в сторону. Мобильный телефон и пистолет он выбросил еще в лесу — все равно патроны кончились. Убедившись, что посылка при нем, Шинкарев попытался сосредоточиться на нижней части живота, мысленно черпая оттуда энергию, разогревающую тело. Однако в бурной реке концентрация постоянно сбивалась. «Вот тебе и транспорт. Но долго так не прохлюпаться, вода уж больно холодная».

Река постепенно успокаивалась, но течение все равно оставалось быстрым. Андрей осмотрелся. Впереди на берегу он увидел плотик из нескольких кривых толстых стволов, поперек которых лежал длинный шест. Широкими гребками Шинкарев подплыл к узкой галечной полоске, появившейся под обрывом, выбрался выше плотика и, подобрав два крупных камня, осторожно двинулся вперед. После холодной воды Андрея била крупная дрожь, но боевое возбуждение разогревало закоченевшие мышцы.

Хозяин плотика наклонился, завязывая веревку на одном из бревен. Под ногами Андрея хрустнула галька, человек, не оборачиваясь, вскочил на бревна. «Т-такую мать!» Шинкарев метнул камень — мимо, второй — точно в голову. Бросился в воду, в несколько гребков догнал плотик и свалил в воду шатающегося человека. На бревна уселся верхом — водить такое плавсредство стоя, подобно аборигенам, он не умел — и, сильно отталкиваясь шестом, выгнал свою добычу на стрежень.

Широко разлившись, река уходила куда-то в воздушную даль, ограниченную горными склонами. С бульканьем и плеском катились мутно-зеленые волны, отражая голубое небо на острых гребнях. Суденышко, как ни странно, оказалось вполне устойчивым. Андрей уселся поудобнее, взглянул на часы, потом на схему маршрута. Все правильно. Впереди — поворот, после которого придется снова идти пешком.

Небо снова затягивало — муссон работал как часы. По реке пошел резкий ветер, знобя тело под мокрой одеждой; ноги в холодной воде онемели. Одну из туфель Андрей успел потерять, теперь сбросил и вторую. По воде плыли мертвые тела, корзины, какое-то тряпье; под обрывом валялись сброшенные машины, некоторые еще чадили. Привлеченный новым звуком, Шинкарев поднял голову — высоко над рекой с плотным, забивающим уши ревом прошла четверка американских штурмовиков F-16, выстроенных в «комбат бокс» — плотный боевой ромб. Шум воды изменился, спереди надвинулся высокий мыс, перекрывая видимый створ. Шинкарев подогнал плот к берегу, противоположному шоссе, и, отпустив свое плавсредство по течению, выбрался из воды. «Надо бы тапочки... черт, не догадался сдернуть со жмура какого-нибудь. Хотя они все тут мелкие».

Впрочем, по глинистой дороге неплохо идти и босиком. Дорога вела через рисовые чеки. По гладким, как зеркало, полосам воды, разделенным травянистыми валиками, расходились круги — с неба опять закапало.

Темнея под дождем, день повернул к вечеру. Красный закатный свет, выходя из-под гряды дождевых туч, отражался в полосах воды на рисовом поле, на границе которого чернели высокие пальмы.

Между полем и дорогой рос тростник. Андрей сорвал стебель и вырезал кусок между двумя узлами, получившуюся полую трубочку взял с собой, машинально постукивал ею о колено при ходьбе.

На дороге послышался звук мощных моторов. Там, где стоял Шинкарев, спрятаться было негде, и он плюхнулся в придорожную канаву, погрузившись с головой в мутную жижу и выставил над водой кончик дыхательной трубки. Ослабленный слоем воды, гул приблизился; высокие размытые силуэты прошли рядом с канавой, заставляя дрожать землю; затем все удалилось. Высунув голову и глянув им вдогонку, Андрей увидел колонну «Леклерков» — на броне танков разместился десант, над низкими башнями развевались зеленые флаги. Выбравшись из канавы — с одежды ручьем текла грязная вода — Шинкарев свернул на поле и двинулся по валику, разделяющему квадраты-чеки. Ноги до колен проваливались в грязь, а выдирались с тяжелым чавканьем. Силы были на исходе, и на середине поля снова пришлось падать в воду и дышать через трубку. Пропустив колонну бронетранспортеров, он едва дотянул до края поля, где передохнул в густой мокрой траве. Дождя он уже не чувствовал, как и своего тела.

Началась гонка со временем — выбравшись на новую дорогу, Андрей перешел на бег. Шатаясь и падая в лужи, скользя босыми ногами по грязи, в наступающей темноте он прошел-пробежал последние несколько миль. Болевой ком разрастался в груди, босые ноги были сбиты о камни, руки крупно дрожали. Впереди послышался гул самолета, шедшего на посадку. В темном небе вспыхнул прожектор, свет снизился и замелькал за темными деревьями.

«Четвертая авиабаза? Похоже на то». Андрей еще раз сверился со схемой. «Она самая». Достал свою бандану, тщательно упакованную в полиэтилен, повязал платком голову и осторожно выглянул из-за деревьев. Кажется, путь свободен. В груди — привычный боевой холодок. Как там Чен сказал? Глянуть на высадку бледнолицых братьев. «Что ж, как выражаются товарищи чукчи, будем поглядеть. И, а, сань, сы, у...» — Вперед!

Глава двадцать девятая

Танковая колонна уже успела подойти к авиабазе и стала перед ее сетчатой оградой. Все орудия были развернуты в сторону летного поля, наводчики сидели в полной боевой готовности, ибо сказано: «Когда ходишь с неверными, держи оружие при себе». Десантники спрыгнули с брони, рассредоточились вдоль дороги, а командиры танков собрались у головной машины, ожидая, пока начальник колонны закончит разговор по сотовому телефону.

Очередной тяжелый «Гэлэкси», грузно опустившись на бетонку, покатился вперед. Замедлив движение, он начал отруливать на стоянку, следуя за джипом, на крыше которого мигал ярко-синий фонарь. Самолет остановился, опустилась задняя рампа, американские десантники стали цепочкой выходить на поле. На бетон медленно скатывался «Хаммер», а на подходе уже прорезали темноту огни следующего транспортника.

На горную степь опустилась темнота. На берегу ручья, у разрушенной каменной деревни смутно виднелся вертолет «Хьюз», несколько дней назад подбитый мусульманами. Сейчас рядом с ним стоял странный летательный аппарат — американский конвертоплан «Белл-Боинг» V22 «Оспри». Действующий как самолет и вертолет, предназначенный для заброски диверсионных подразделений, он прилетел сюда забрать мусульманского шейха. Вместе с шейхом, отцом мальчика, убитого Шинкаревым, разместилась вооруженная охрана. Закрутились два винта, расположенные на концах коротких крыльев; толстый остроносый аппарат медленно поднялся над степью. Когда он набрал высоту, бочкообразные моторы медленно опустились в горизонтальное положение, лопасти стали вертикальными, и геликоптер превратился в самолет. Он рванулся вперед и на скорости шестьсот километров в час помчался в сторону столицы.

***

На окраине столицы к фанерному бараку подкатил ярко размалеванный автобус. Постояв некоторое время, он отъехал, выбрасывая густой синий дым, переваливаясь, как утка, в глубоких грязных лужах. За рулем сидел невысокий крепкий китаец в пестрой рубашке, на голове — кепочка-бейсболка. Врубив приемник на полную громкость, он беспечно курил сигарету, лихо поворачивая руль одной рукой.

В окнах автобуса виднелись веселые китаянки в цветастых платьях. Они хихикали, стреляя глазками в прохожих. У их ног, в проходе и между сиденьями, лежали мужчины, одетые в темные огнезащитные комбинезоны «Номекс», поверх которых были бронежилеты. Все вооружены 9-миллиметровыми пистолетами-пулеметами «Хеклер унд Кох» М5, помповыми ружьями «Браунинг Хай Пауэр», светошумовыми и осколочными гранатами. На лицах — кислородные огнезащитные маски, на головах — ноктовизоры и глубокие каски. У некоторых еще и моток альпинистской веревки плюс страховочный пояс с карабином. Все это — стандартное снаряжение американского антитеррористического отряда «Дельта», правда, китайского производства.

Проехав окраину, автобус покатил по центральным улицам, въехал в Даунтаун и остановился в темном проезде, примерно в двухстах метрах от бронзового небоскреба, прикрывшись от его телекамер углом супермаркета. Получив деньги от водителя, «ночные бабочки» сошли с автобуса и исчезли в направлении ближайшего квартала красных фонарей.

Мужчины остались лежать, а водитель вышел на тротуар. Беспечно насвистывая, он двинулся в сторону небоскреба и обошел его по противоположным сторонам улиц, не приближаясь к выставленным вокруг здания часовым. Охрана была частью из местных солдат в «пятне», частью из фалунгуновцев в темных костюмах, с повязками на головах. Повязки были синие, с желтыми свастиками в красном круге. Перед входом в билдинг на высоких шестах висели три флага, ярко освещенные прожекторами. В темном ночном небе колыхалась фалунгуновская свастика, зеленое знамя Джихада и звездно-полосатое полотнище Соединенных Штатов Америки — международного гаранта мирной передачи власти.