Однажды. Часть первая (СИ) - Данина Дарья

Дотаскивает девчонку до гостевой и дойдя до кровати, кидает ту на мягкую постель.

Сам удивляется, как ему удалось выскочить из комнаты и успеть захлопнуть дверь перед носом разгневанной Вари. Но он успел. И замочком щёлкнуть тоже успел. Слава Богу, тот имелся…

Слышит, как Костина колотит кулаками по крепкой двери и ругается отборным матом… Плевать. Сейчас, главное – это вышвырнуть из квартиры сучку Соню. А потом он всё объяснит Варе. Обязательно. И она его услышит. Он очень на это надеется.

Возвращается назад и застаёт Радову уже в прихожей. Девушка дрожащими руками пытается застегнуть свои высокие сапожки. Но собачка то и дело выскакивает из её рук.

Горький молча подходит ближе и дёргает Соню за плечо. Заставляя ту выпрямиться.

Сам садится на корточки и тянет непослушную молнию вверх. Затем второй сапожек.

Поднимается и смотрит на заплаканные глаза своей… Старой знакомой?

Стирает пальцами её слёзы и смотрит надменно. С прищуром. Хищно.

- Я надеюсь, что мы друг друга поняли, Сонечка? – Сжимает пальцами трясущийся подбородок девушки. - Если я узнаю, что ты хоть пальцем пошевелила для того, чтобы сделать Варе плохо… Я скормлю тебя собакам…

Соня судорожно кивает головой и смаргивает новые слёзы.

А ему не жалко. Она перешла границу. И она это знала. Она ЕГО знает. Но, раз набралась храбрости ему угрожать, значит, должна была быть готовой к тому, чем это может ей аукнуться.

- А теперь, - Галантно открывает девушке дверь и отходит в сторону. – Прошу пойти вон.

Впереди новые сложности… Варя…

Глава 51

Нескончаемый поток мыслей проносился у него в голове. Путались, разбегались, сталкивались, сплетались.

Всё, что с ней произошло, пришлось вытаскивать из неё клещами.

Это уму непостижимо, чтобы сотворить такое. Да ещё девушкам. Кулаки от злости то и дело сжимались и вновь разжимались. Была бы его воля, он бы проделал с этими твярями тоже самое. И с этим придурком, из-за которого пострадала его белочка. Думать обо всём этом было дико больно и неприятно. Но картины произошедшего сами рисовались в его голове, заставляя Захара сходить с ума.

На вопрос пытались ли они свести эти шрамы, Арина лишь пожала плечами.

«Моя семья зарабатывает не слишком много. Много было потрачено на психологическое восстановление. Деньги, что мне выплатили, как потерпевшей, ушли на это. И на переезд. На эти деньги меня отправили заграницу. Психологическая реабилитация от моей семьи. Возможно, если бы не это, то я бы никогда не увидела Париж…

Сначала я панически боялась идти на то, чтобы свести эти шрамы. Сама мысль о том, что ко мне будет кто-то ещё прикасаться, сводила меня с ума и доводила до ужаса. Родители решили переждать этот период. Чтобы я сама была к этому готова. А когда я, наконец, решилась, то нас как-то очень вовремя ограбили… Вот так.

После этого, я сказала родителям. Что сама накоплю или заработаю себе деньги.

Нет стопроцентных шансов, что всё это сведётся полностью. Возможно, останутся какие-то рубцы или следы. Но, думаю, что попробовать, всё же стоит.»

Авдеев ни разу её не перебил. Лишь слушал. Слушал и понимал, что теперь это его забота. Он сделает так, что она забудет обо всём этом ужасе.

А сейчас, только Аринино равномерное дыхание немного успокаивало и приводило его сбившееся сердцебиение в норму.

Девушка лежала на животе, крепко обняв подушку своими руками, а Захар продолжал любоваться этой картиной. Деревья за окном отдавали чёткую тень, которая попадала точно на его девочку. ЕГО. Теперь он так отчётливо это понимал... На её безупречную кожу. Незамысловатые рисунки шевелящихся от ветра веток отпечатывались на обнажённой спине блондинки.

Парень протягивает руку и обводит пальцами тень по гладкой коже.

- Ты прекрасна. – произносит достаточно громко, но с надломом в голосе. – Я тебе уже говорил об этом?

Арина поворачивает к шатену голову и слегка щурится от солнечных лучей, так не вовремя попавших ей в глаза.

- Ты говорил об этом. – Улыбается парню, что сидит рядом с диваном на тёплом и мягком ковре. – Ты смущаешь меня этими словами.

- Раньше ты была менее стеснительной. – Говорит задумчиво, рассматривая её прозрачные глаза.

- Раньше я не лежала перед тобой абсолютно голая! - Хихикает Арина, а Авдееву хочется громко смеяться. Просто так. Потому что хочется.

- Я хочу, чтобы ты постоянно была передо мной голая. – Тянется и прикасается губами к её спине, слегка царапая кожу щетиной. – Для меня. Ты и в правду – совершенство. – Спускает взгляд ниже, к пояснице. Там начинается простынь, которой он так заботливо прикрыл её нагое тело. Подбирается пальцами и, зацепив краешек ткани, медленно оголяет её попку. Ниже, ещё ниже, пока не открывает её ноги до самых колен. Шикарно. Господи. Она шикарна.

Ползёт к её ягодицам, словно хищник. Добирается до них и снова нежно целует. Девушка томно вздыхает и задерживает дыхание.

- Я возьму тебя снова. – Рычит Авдеев, обхватывая руками мягкие полушария и после тянет девушку за собой на ковёр. Арина послушно сползает за ним, не забывая прихватить с собой и простынь.

- Нет. – шепчет. – Убери её на хрен. – Видит в её глазах нерешительность и сам плавным движением вытягивает из её рук ткань. – Она тебе не нужна. – Прямо в глаза. – Я сказал тебе, что для меня ты совершенна. – Откидывает её прикрытие в сторону. – Ты - лучшая, белочка. МОЯ. – почти соприкасаясь носами.

Арина расслабляется насколько может и тянет руки, обхватывая его крепкую шею. Стараясь не пускать в свою голову мысли о том, что он будет смотреть. Что он будет видеть. Закрывает глаза и позволяет шатену сгрести её под себя. Чувствуя сильное тело сверху, чувствуя его возбуждение. Слыша его тяжёлое дыхание…

Они справятся с этим. Он не бросит её. Не оставит. Не сделает больно.

В тёмном коридоре виден лишь его силуэт. Такой же тёмный. Подперев дверь гостевой комнаты спиной, он сидит на полу, откинув голову назад и прикрыв свои тёмные глаза. Можно было бы подумать, что парень спит. Но подрагивание длинных ресниц и выдавало его бодрствование.

Прошло уже двадцать минут с момента, как Варя замолчала. Но он знал, что она сидит так же, как и он. По ту сторону двери. Молчит, и ждёт, когда замок щёлкнет и она сможет вырваться на свободу.

А Антон не может открыть эту дверь. Потому что не может её сейчас отпустить. Понимает, что, если девушка сейчас уйдёт, что он не сможет снова побыть с ней. Вот так. Наедине. Пусть даже по разные стороны баррикад. Но всё же.

Проходит ещё несколько минут и раздаётся вибрация телефона. Точно не его телефона. Тот у него в кармане. Парень смотрит на сумку. Её сумку, что валялась недалеко. Видимо, она уронила её в попытках вырваться из его сильных тисков. Телефон продолжает издавать жужжание, и Антон тянет свою длинную ногу, чтобы подцепить ею Варину вещь и пододвинуть к себе ближе.

Получается с первого раза. Варя тоже всё слышит, конечно же. Но, что удивительно, не издаёт ни звука.

Горький выуживает девушкин телефон, который к тому моменту уже успел замолчать. Брюнет гипнотизирует трубку. Снова вызов.

Твою маааать…

Несколько секунд думает, отвечать или нет?

А потом всё-таки, чертыхается и принимает вызов.

- Слушаю?

На том конце молчание.

- Да? Я слушаю тебя! – Его терпение и так ни к чёрту, а тут ещё этот придурок.

- Снова скажешь, что Варя в душе? – Язвительный тон на том конце, заставляет Антона снова прикрыть глаза.

- Что тебе нужно? – Горький слышит копошение в комнате. Варя…

- Если быть точнее… Кто! Мне нужна Варвара. Но её телефон снова почему-то у тебя! – Алекс явно злится. Он всегда злится, когда дело касается этого мутного типа.

Впрочем, это очень даже взаимно.

- Слушай, Алёша, - Антон раздражается и поднимается, чтобы, прихрамывая, уйти в свою комнату. – Пойми одну вещь… - Подходит к большому зеркалу и смотрит на своё отражение. Уставшее и без эмоций. – Тебе не удастся залезть к ней в трусы. Так что… прекращай дрочить на неё и найди уже себе реальную девочку.