"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демина Карина

– …беречь и защищать…

В клятве нет ничего невыполнимого. Она, если подумать, достаточно размыта. Чарльз и без нее берег бы. Ну и защищал, само собой. Он посмотрел на ту, которая вот-вот станет его женой. И появилось трусливое желание отступить. Он ведь не обязан! Это не его проблемы! И есть другой выход.

Должен быть.

Можно и вправду отправить их куда подальше и нанять кого-нибудь другого. Здесь ведь наверняка есть люди, готовые за небольшие деньги… или за большие, но главное, что решить проблему.

Именно.

А он жениться решил.

Дурак.

Только почему-то он не мог отвести от невесты взгляда. И улыбался. Точно, как дурак. И… и голос Милисенты доносился будто издалека, повторяя те же слова, что уже произнес Чарльз. И слушал их не только он. Слушали все. И даже тот толстяк перестал храпеть.

Это важно?

Наверное.

Пальцы служителя, измазанные кровью, коснулись губ, провели полосу на лбу. Какая невозможная дикость. И главное, без розовых лепестков… что за свадьба без розовых лепестков?

Кровь на губах Милисенты сделала их невообразимо яркими. И само ее лицо преобразилось. А в глазах почудился тот же алый отсвет.

Огонь?

Ее огонь согревал, сливаясь с собственной Силой Чарльза, которой стало вдруг так много, что он с трудом сдержал то ли крик, то ли стон. Но Сила вдруг успокоилась сама.

– Можете поцеловать невесту, – произнес жрец вдруг осипшим голосом.

И Чарльз потянулся к этим губам.

В конце концов, он в своем праве. И, коснувшись их, ощутил горячий выдох, а потом… потом Сила все-таки выплеснулась. И он, кажется, упал.

– Это от счастья, – не слишком убедительно сказал Эдди, глядя на моего свежеиспеченного мужа.

– Точно, – поддержал его орк. – Помню, я как жену увидал, так прямо понял, что счастлив буду. А она потом еще и дубиной приложила.

И макушку потер этак задумчиво.

– У меня дубины нет. – Я раздумывала, стоит ли поднять мужа или пусть себе лежит? С одной стороны, конечно, долг жены и все такое. А с другой… ну он тяжелый, я помню.

Да и не холодно. Не замерзнет.

С третьей – пойди пойми, сколько он тут лежать будет.

– Видишь. – Эдди склонился над телом. – Тебе и дубина не нужна.

– Не стоит смущать даму, – произнес некромант, который до того держался в стороне, да так незаметно, что я про него забыла. – Скорее, здесь имеет место скачкообразное изменение общего магического потенциала, вследствие чего и случился спонтанный выброс, хорошо, что в подобном месте.

– Бумагу выпишу позже, – объявил служитель, выливая остатки крови под ноги статуи. И главное, что вся ушла, до капельки. Вон, чаша аж заблестела.

И статуя тоже.

– Ишь, как оно бывает, – проворчал тот толстый свидетель, который большую часть свадьбы проспал. – А я говорил, что надобно это все поубирать, пока люди не поубивалися…

– Не ты ставил, не тебе убирать, – заметил второй, напяливая котелок.

– И… что делать? – растерянно спросила я.

– Думаю, забрать бумагу и отыскать гостиницу, – ответил некромант. – Вам обоим требуется отдых. Ритуалы подобного плана выматывают.

– Ритуалы? – Я вот чувствовала, что что-то пошло не так! Категорически не так. – Это вы о чем?

И руки в бока уперла, как делала Мамаша Мо, желая подчеркнуть серьезность своих намерений. Может, дубины у меня и нет, но я и без нее обойдусь.

– Гм… – Некромант несколько смутился и огляделся. – Вы ведь понимаете, что это не тот брак, который можно…

Он взмахнул рукой, показывая, что именно можно.

– То есть…

– Развод не предусмотрен.

Вот Чарли-то обрадуется! А я им сразу говорила, что затея дурацкая, что… И кто его этой новостью порадовать рискнет?

– Храм живой, – продолжал некромант. Мягко, ласково, будто с больной разговаривал. Наверное, я такой и выглядела в глазах нормального человека. – Мне казалось, что вы ощутили его скрытые силы. Иначе зачем пробудили?

– Я?

– Вы поделились собственной энергией, что в любой культуре является своего рода жертвоприношением.

О ты ж… на запад да через восток!

Чтоб меня…

Меня уже, кажется, чтоб.

– А поскольку это большая редкость, ибо люди делятся силой крайне неохотно, то на просьбу жреца храм откликнулся. Жертвоприношение принято.

– Храму?

– Боюсь, большего не скажу. Это место требует изучения, но… исключительно теоретически…

– Давай уже, – устало выдохнул Эдди. – Исключительно теоретически…

– Если теоретически, то вполне возможно, что храм нынешний стоит на месте более старого, а тот возник, как часто бывает, на месте еще более древнего. Возможно, когда-то здесь располагалась некая всеобщая святыня. И это объясняет наличие статуй всех почитаемых в этом краю божеств.

– Дед сказывал об этом… – произнес орк, озираясь. А потом вдруг согнулся в поклоне, касаясь ладонью грязного пола. И цилиндр содрал. И вытащил из косы перо, которое бережно положил на алтарь.

На другой.

– Что ж, полагаю, я прав.

На меня поглядели презадумчиво.

– Как бы там ни было, ваш брак заключен. И Сила приняла вашу клятву. Я не стал бы рисковать, ее нарушая.

– Эдди! – Огни от моего рева взметнулись до самой крыши.

– Да кто ж знал-то! – братец развел руками.

Но выглядел при этом, зар-р-раза, довольным.

В себя Чарльз пришел в гостинице. Открыв глаза, он увидел белоснежный потолок с лепниной, кусок окна, полупрозрачный тюль и крупную вазу, из которой торчали позолоченные ветви. На ветвях висели позолоченные шары, которые показались донельзя похожими на яблоки.

Чарльз закрыл глаза, подумав, что бредит.

Но лежать так быстро наскучило, и он открыл их снова. Как ни странно, но чувствовал он себя великолепно. Боль и усталость, с которыми он за последние дни сжился, куда-то ушли, тело пело и требовало движения.

Поэтому Чарльз сел.

И огляделся.

Комната была не сказать чтобы большой. В нее вместилась огромная кровать с балдахином, прихваченным золотыми кистями, пара туалетных столиков и зеркало. В зеркале отражался странный тип с перекошенным лицом, покрытым какими-то пятнами. Всклокоченные волосы, безумный взгляд и след от подушки на щеке.

– Твою ж… – Чарльз, конечно, предполагал, что за время пути он несколько изменился. Но вот чтобы так… да как за него вообще кто-то выйти замуж согласился?

Эта мысль обескуражила.

Отрезвила.

И заставила подняться. Если он верно понимает, то все пошло вовсе не так, как планировалось. И брак этот… К слову, невеста-то куда подевалась?

То есть жена.

И где он находится? Как сюда попал и вообще…

Голова слегка кружилась, но не от слабости. Сила наполняла и переполняла Чарльза. Ему пришлось сделать глубокий вдох, осаживая ее. Вот так, а то, право слово, как мальчишка-второкурсник, только-только потенциал раскрывший.

– О! Чарли… – Белая, как и все остальное в этой комнате, дверь распахнулась, впуская донельзя счастливого Эдди. – Живой! А мы уж беспокоиться начали.

От Эдди пахло розовой водой, а еще мясом, сдобой и прочим съестным, отчего в животе у графа заурчало.

– Живой. – Чарльз сглотнул слюну, наполнившую рот. – Где я?

– Гостиница «Белый лебедь». Между прочим, лучшая в городе.

– Ага. – Чарльз опять сглотнул, поняв, что еще немного, и не справится. – Есть хочу.

– И хорошо! – Кажется, Эдди подобное заявление весьма обрадовало. – Значит, и правда живой! И жить будешь. Вот поверь моему опыту…

– Эдди!

– Идем. – Он хлопнул Чарльза по спине, и от этого удара граф едва не упал, но его подхватила заботливая орочья лапа. – Ты, главное, не переживай… если подумать, то все не так и плохо.

Это прозвучало не слишком утешительно.

Помимо спальни, в номере для новобрачных – а Эдди доверительно сообщил, что иных-то и не нашлось, разве что одиночные, а им надобен побольше, – имелась гостиная, выдержанная в тех же светлых тонах и украшенная чучелами лебедей. Исполненные с немалым мастерством, чучела держали огромное зеркало, мимо которого Чарльз постарался прокрасться незаметно, но все одно уловил собственное отражение и не сдержал протяжного стона.