Одержимый - Шарлотта Физерстоун

– Я в порядке, – ответила Анаис, чувствуя, как кровь стремительно приливает к щекам. Смущение только усилилось, стоило увидеть, как испытующий взгляд Линдсея мечется из стороны в сторону, внимательно изучая ее и Гарретта.

– Тебе не стоит ездить верхом в таком состоянии.

– Не стоит? – огрызнулась Анаис, разозленная его обличительным тоном.

Гарретт открыл было рот, намереваясь что-то сказать, и Анаис испугалась: в таком состоянии он мог сболтнуть лишнего и выдать ее секрет. Но в следующее мгновение Гарретт твердо сжал губы, и его взгляд устремился от Анаис к Линдсею. Соперник стоял слишком близко к ней, что не оставляло простора воображению: ситуация была однозначной.

– Что ж, наслаждайся своей поездкой. Я лишь надеюсь, что такая чрезмерная активность этим вечером не изменит твоих планов поужинать со мной в пятницу.

– Гарретт…

– Всего хорошего, – пробормотал он и, развернув свою лошадь, понесся вниз по дорожке.

Кивнув на прощание, Уоллингфорд сорвался галопом за другом.

Гарретт и Уоллингфорд стремительно унеслись вперед, накидки раздувались за их спинами. Посмотрев им вслед, Анаис прерывисто выдохнула:

– Проводи меня домой.

– Почему ты не можешь признать то, что я вижу в твоих глазах, Анаис?

– Я ведь уже говорила, что людям свойственно меняться. Я изменилась.

– А вместе с тобой изменились и твои потребности? Твои желания? Не отрицай того, что ты чувствуешь. Я вижу страстное желание в твоих глазах – то же самое желание, что ты ощущала, когда я сделал тебя своей в конюшне. В этих глазах – чувственный голод. Сладостное томление.

Она знала, что так и есть. Знала, что не может этого скрыть, поэтому посильнее пришпорила Леди и во весь опор понеслась к конюшне, пытаясь опередить своего спутника – мужчину, которого никак не могла оставить позади, в прошлом. Он был не тем, кто нужен в ее жизни. Выбор в его пользу был бы ошибкой. И все же она не могла думать ни о чем другом, кроме как о желании ощутить его глубоко внутри своего тела. Даже при том, что Анаис ненавидела себя за боль, которую невольно причиняла Гарретту, она не могла противиться желанию оказаться в объятиях Линдсея.

Глава 15

Анаис изо всех сил пыталась высвободить запутавшийся в стремени сапог, когда сильные руки Линдсея обвились вокруг ее талии, плавно вытягивая из седла. Груди Анаис легонько коснулись его торса, пока она с нетерпением ждала момента ощутить под ногами твердую землю. Но вместо того чтобы опустить Анаис, Линдсей обернул ее ногу вокруг своего бедра и крепко сжал ладонью ее ягодицы, подавляя сдавленный вздох возмущения прикосновением своих неистовых, требовательных губ.

Линдсей был безжалостен в своем поцелуе, в том, как яростно он искал и пленял ее рот. Не прерывая поцелуя, он потянул Анаис в сторону и, прижав ее к стене конюшни, сорвал накидку с ее плеч. Бросив одеяние на землю, он продолжил обрушивать на Анаис поток необузданных поцелуев, а вздыбленный член под брюками уже терся о ее бедра.

Отчаянно хватая воздух ртом между настойчивыми прикосновениями губ Линдсея, Анаис почувствовала, как его пальцы нащупывают застежку платья. С ловкостью, от которой у Анаис перехватило дыхание, он сдернул с ее плеч лиф, под которым показалась тонкая сорочка.

Анаис попыталась ослабить свою мертвую хватку на плечах Линдсея и прикрыть ладонями грудь, но пылкий соблазнитель сжал ее руки и провел губами вниз по ее горлу, оставляя горячую влажную дорожку. Выпустив одно из запястий Анаис, он содрал сорочку, обнажив ее налитую, отзывчивую к ласкам грудь. Линдсей с жадностью припал к соску, который тут же превратился в упругий маленький бутон, и принялся посасывать, втягивая нежную плоть ртом, а потом Анаис ощутила кружащиеся движения языка вокруг розового холмика.

Анаис вскрикнула, громкий, протяжный стон вырвался из самых глубин ее существа. Грубость Линдсея, его властные движения перекликались с самыми сокровенными, самыми тайными фантазиями Анаис. Ее лоно сжалось в ответ на жадные ласки его рук и языка, возбуждение увлажнило ее бедра. Линдсей тоже ощутил ее отклик, он наверняка почувствовал страстное пробуждение Анаис, потому что задрал ее юбки выше и прижался к ней всем телом. Бедра неуемного обольстителя подались вперед, когда он бросил терзать сочные груди Анаис и поднял на нее глаза.

– Ты жаждешь этого так же сильно, как я.

Смущающее ощущение собственной влажности рядом с его бриджами мгновенно вернуло Анаис разум. Она принялась извиваться в объятиях Линдсея, не понимая, чего же все-таки хочет – оттолкнуть его и убежать или самым распутным образом встретить твердость фаллоса, который столь нетерпеливо прижимался к ее лону.

Дернув бедрами, Линдсей потерся о тело Анаис, безошибочно найдя самое чувствительное место между ее раздутыми складками. Острое ощущение его твердости, соединенное с трением ткани, привело ее в исступление.

Анаис застонала, не в силах прервать эту сладостную пытку, и запрокинула голову, прижавшись к стене конюшни, все еще пытаясь бороться со своими желаниями. Но силы стремительно покидали бедняжку, теперь она не могла и слова произнести – не говоря уже о том, чтобы собрать всю энергию и вырваться из мощных объятий Линдсея.

– Прикоснись ко мне, мой ангел.

Отчаянная потребность, прозвучавшая в его голосе, заставила Анаис открыть глаза. Эта потребность ярко сияла в его взоре. Потребность в ее теле, потребность в ней самой.

Линдсей потянулся к руке Анаис. Она ощутила прикосновение его лица, теплоту его дыхания, ласкающего щеку.

– Прикоснись ко мне.

Дрожащими пальцами Анаис легонько провела по щеке Линдсея, наблюдая, как кончики пальцев касаются его загорелой кожи – теплой, покрытой слабой щетиной.

– Мне так нужны твои прикосновения… – резко выдохнул Линдсей у ее уха, и Анаис почувствовала, как кончики его пальцев скользнули по ее горлу к вершине грудей. Задыхаясь, она сжала волосы Линдсея, когда он снова прильнул к ее соску и принялся медленно ласкать его ртом – эротично, в неторопливом, чувственном ритме.

– О боже… – прерывисто выдохнула она, почувствовав, как пальцы Линдсея заскользили по ягодицам, над подвязкой чулка, пока не достигли расселины между бедрами. Анаис задрожала в предвкушении. Ей нестерпимо хотелось ощущать на своем теле руки Линдсея – жадно ласкающие ее, любящие ее…

– Я могу доставить тебе истинное наслаждение. Позволь мне сделать это, Анаис.

– Да… – Заветное слово стремительным шепотом сорвалось с губ прежде, чем она успела сдержать этот порыв. Теперь Анаис целиком и полностью отдалась власти своих собственных потребностей.