Девятнадцать сорок восемь том III - Сергей Викторович Вишневский

тоже об этом думал, когда заметил, — улыбнулся Фирс. — Еще подумал, умеют ли утки блевать.

Повисла небольшая пауза. По ней и ему было видно, что каждый из них хочет что-то сказать, но оба не знают, с чего начать.

— Слушай… — произнесли они синхронно и растерянно замолчали.

— Ты первый, — произнесла Алиса.

— Нет, давай ты, — смутился Фирс.

Девушка на него внимательно посмотрела, затем вздохнула и произнесла:

— В общем, я по поводу свадьбы… — отвела она взгляд. — Я все ждала, что папа что-нибудь придумает, но… С каждым днем он все мрачнее. У мамы постоянно глаза красные, а Фома скрипеть зубами начал.

— Нервничает, наверное, — пожал плечами Фирс и взглянул на девушку.

— Я… я думаю, они не могут отменить свадьбу, — произнесла Алиса и прикусила губу, снова покосившись на уток. — Это поставит весь род под удар. И я решила, что…

Она выдержала небольшую паузу и решительно заявила:

— Я сбегу из дома.

Фирс удивленно взглянул на старую подругу.

— В смысле?

— Ты… ты не понимаешь, но этот… Этот урод… Ходят слухи, что он забил насмерть своих бывших жен. Они не умерли в родах… Он их убил. Он женщин вообще за людей не считает… — девушка открыла рот, закрыла и на глазах появились слезы. — Я… я знала, что нормального брака не будет. Я понимала, что все будет по договоренности и чувства здесь… неуместны, но… Но не за него…

— Алис…

— Не за него и точка. Не за этого ублюдка, — она покачала головой и вытерла слезу ладонью. — Я лучше руки на себя наложу, чем быть грушей для битья для этого психопата. Я… я сбегу…

Фирс, стоящий перед девушкой, о которой втайне давно мечтал, тяжело вздохнул. Он сделал шаг к ней и просто обнял, прижав к себе.

— Не делай глупостей, ладно? — погладил он ее по волосам.

Парень заметил двух охранников, что внимательно за ним следили.

— Не делай глупостей и немного потерпи, — он слегка отодвинул ее, чтобы не спровоцировать охрану и взглянул ей в глаза. — Алис, я хотел тебя спросить.

— Что? — всхлипывая, произнесла девушка, в очередной раз принявшись вытирать слезы.

— Кто я для тебя? — решившись, спросил Фирс.

— Как кто? — грустно усмехнулась девушка и шмыгнула носом. — Ты мой друг. Самый лучший друг из всех, что были в моей жизни… Я не представляю, что бы я без тебя делала.

Фирс достал платок и протянул ей, после чего заглядывая в глаза спросил:

— Только друг?

— Ну, да. А кто еще? — смутилась девушка и отвернулась, высмаркиваясь в платок.

Фирс же грустно улыбнулся, прикусил губу и взглянул на уток, что покачивались на волнах, а затем едва слышно хохотнул. Ком встал в горле, и в груди что-то заныло, но парень вымученно натянул улыбку, когда Алиса повернулась.

— Слушай, может пройдемся? — спросила девушка, приведя себя в порядок. — Не знаю, как отреагирует Громов, но мне плевать. Я буду общаться с теми, кем хочу!

— Слушай, — произнес Фирс, снимая с плеча сумку. — Я тут подарок тебе приготовил.

— Мне? — удивленно взглянула на него девушка.

— Да, я знаю, что время не очень подходящее, но все же, — кивнул он и достал две потрескавшиеся куклы размером с ладонь.

— Куклы? — хмыкнула Алиса.

— Нет. Это так… инструмент.

Фирс присел на корточки и поманил рукой девушку.

— Смотри, — произнес он, поставив куклы на асфальт.

Куклы встали друг напротив друга. Мужская фигурка учтиво поклонилась, а женская изобразила книксен.

— Это артефакты? Я видела такие игрушки.

— Нет, Алис, — поднял на нее взгляд парень. — Это не артефакт. Обычные деревяшки. Это я делаю силой.

Куклы подошли друг к другу. Мужская фигурка положила руку на талию женской, и Фирс едва слышно одними губами принялся считать:

— Раз, два, три… раз, два, три… раз, два три…

Две деревянные фигурки начали вальсировать. Сначала медленно, осторожно, но с каждым шагом все увереннее и быстрее.

Алиса зачарованно наблюдала за обычными деревянными куклами, что вальсировали на асфальте набережной. Она начала невольно напевать мелодию и слегка хлопать в ладоши, словно впервые была на императорском бале, где вальс был обязательным атрибутом. В голове всплыли пышные платья, молодые аристократы, золото и торжественность ежегодного приема, куда допускались далеко не все рода, а только те, кто служил государству и непосредственно участвовал в его развитии.

Вальс продолжался, фигуры крутились, но в какой то момент, когда Алиса окончательно погрузилась в грезы воспоминаний, деревяшка мужской фигуры подломилась. У неё отвалилась нога, а затем треснуло и тело.

Алиса машинально приложила руку ко рту, как бы сдерживая безмолвный крик, но… спустя мгновение, она заметила что вальс не остановился. Мужская фигурка даже будучи поломанной, выдержала натиск чистой силы и продолжила танец. Иногда её нога отделялась слишком далеко от тела, но при этом всё представление выглядело как единое целое. Фигурки кружились, Алиса восхищенно смотрела и хлопала, а Фирс улыбался.

Во время танца у мужской фигурки всё больше и больше появлялось трещин и в какой-то момент она просто упала на асфальт, буквально превратившись в труху. Но танец был окончен…

— Что… что случилось? — растерянно спросила девушка.

— Дерево — не лучший материал для голой силы, — пояснил парень, не сводя взгляда со сломанной мужской фигурки. Женская замерла рядом с ней. — Видел, что трескается. Надо было поменять.

— Фирс… это было… очень красиво, — с печальной улыбкой произнесла Алиса. — Действительно. Я словно снова была на императорском приеме. Снова бал… И нет этого всего…

Фирс молча взял в руки женскую фигурку, протянул Алисе и произнес:

— На память.

— Спасибо, — улыбнулась та.

Бывший предприниматель, одаренный и прямым текстом отвергнутый парень снова опустил взгляд на сломанную фигурку у себя под ногами и произнес:

— Подожди немного. Свадьбу отменят.

— Откуда ты знаешь?

— Просто… мне нужно кое-что сделать, — произнес Фирс и поднял взгляд на девушку. — Кое-что сделать, чтобы свадьбу отменили.

— Что?

— Потом… потом узнаешь, — вздохнул парень.

— Слушай, с тобой все нормально? У тебя глаза красные.

— Да, нормально. Просто… силы много потратил, — соврал Фирс, стараясь не выдать кома в горле и ноющую боль в