Игра на выживание - Алексей Калугин

– Мне кажется, мы загнали его в угол.

– Он сам себя туда загнал.

– Пусть так, – не стал спорить Рикс. – Но мы не даем ему выбраться из этой ловушки.

– Разве? – Ли равнодушно смотрел в сторону.

– Сергей не похож на других…

– Ага, – криво усмехнулся Ли. – Он – урод!

– Я не говорю, что мы должны отнестись к нему со снисхождением… К тому, что он сделал…

– Он хотел убить нас.

– Это была только угроза.

– Которая не реализовалась, потому что ты помешал.

– Я думаю, что даже без моего вмешательства Сергей все равно не решился бы нажать на курок.

– А я думаю – запросто! Знаешь, Рикс, есть такой мерзкий тип людишек, которые могут самоутверждаться только за счет других. Такой считает себя умным, только если другого выставит дураком. Сильным – если унизит более слабого. Такие люди несамодостаточны. А потому им постоянно требуется внешняя подпитка. – Энг поднял палец. – Постоянно! Они жить не могут без этого. И Серега – один из таких. Уверяю тебя, он убьет человека и не будет испытывать ни малейших угрызений совести, потому что ему это необходимо для осознания собственной исключительности. Другие не могут, а он – легко!

– Даже в этом случае ему требуется помощь.

– Если ему и нужна чья-то помощь, так только психиатра. Среди нас врача нет.

– Но, отдаляясь от Сергея… Или отдаляя его от себя, мы лишь провоцируем его на новые неадекватные действия.

– Он ничего не сможет сделать, находясь у всех на виду.

– Но в том-то и дело, что он сидит в сарае.

– Главное, мы знаем, где он.

– Ты не испытываешь сочувствия к Найденову?

– С чего бы вдруг?

– Ну, не знаю… Он одинок, унижен…

– Он получил по заслугам.

У Рикса не хватало доводов, чтобы убедить Энга в том, что проблему Найденова следует решать как-то иначе. Рикс вовсе не собирался оправдывать действия Сереги. Но в отличие от Ли, уверенного в том, что Найденов уже не представляет никакой опасности, у робота оставалось очень нехорошее предчувствие.

За последние годы Сергей отдалился от всех, поэтому никто не мог точно знать, на что он способен. Даже двое его приятелей, с которыми Рикс пытался поговорить. В ответ на все вопросы Шепилов с Обуховым лишь бестолково разводили руками да глупо глаза таращили.

– А что мы?.. Мы ничего не знаем… Да, пистолет видели… Но мы ж не знали, что Серега затевает… Он говорил, что так для всех лучше будет… А что?.. Он говорил, хутуды на нас работать будут… Да… А что в том плохого?.. Одни должны работать, другие – руководить… Это ж общественный закон такой… Откуда знаем? Да Серега и сказал!..

Ребята либо искусно притворялись, либо и в самом деле умом не блистали.

В отличие от Найденова. Который был далеко не дурак. А потому не мог просто так смириться с тем положением, в котором оказался.

Если посмотреть со стороны, то жить в сарае куда лучше, чем в каменном мешке, где прежде прятался Найденов. Однако тогда он жил грандиозными мечтами и планами их реализации. Сейчас планы рухнули, а мечты разбились вдребезги. Жизнь покатилась под откос.

Ли почему-то упорно не желал принимать во внимание тот факт, что, в соответствии с им же самим сформулированным правилом, Найденову, для того чтобы выбраться из ямы, в которой он оказался, требовалось спихнуть в нее кого-то другого. А может, и не одного. Выбраться наверх Серега мог, лишь пройдя по головам…

Шестеро шли по заросшей травой земле, там, где раньше пролегала центральная улица поселка. Глядя по сторонам, они с трудом узнавали места, которые покинули семь лет назад. Но постепенно память возвращала события тех далеких дней, и разрушенные дома, от большинства из которых остались лишь заросшие травой, зияющие провалами пустых окон обугленные остовы стен, казалось, вновь поднимались по обе стороны улицы.

Вот здесь, кажется, был поселковый магазин, в котором детей интересовал, главным образом, автомат с мороженым…

Здесь стоял дом старика Безродного, который, непонятно почему, всегда молча грозил палкой пробегавшим мимо его крыльца ребятам. Мальчишки, случалось, когда заняться совсем нечем было, нарочно бегали мимо, чтобы подразнить старика…

А здесь находился дом поселкового врача. Звали его Василий Иванович Терешкин. Он носил старомодные очки в тонкой металлической оправе и рыжеватую бородку клинышком. Жил он вместе с женой и древней, сморщенной старухой, неизвестно кем ему приходившейся. Жена Терешкина была сортоведом-генетиком, занималась адаптацией классических сортов растений к местным климатическим условиям и большую часть времени проводила в лаборатории. А старуха любила ходить в магазин, где набирала все, что ей было нужно, после чего уходила, даже не взглянув на хозяина. Хозяин не возражал, потому что вечером заходил сам Терешкин и, вежливо извинившись, аккуратно за все расплачивался…

– Странно, – произнес негромко Исабуро. – Я только сейчас понял, насколько разными были люди, жившие в нашем поселке. Раньше все взрослые казались мне на одно лицо.

– Это потому, что ты сам уже не ребенок, – ответила Эль-Страд.

– Ну и что?

– Меняется взгляд на то, что тебя окружает.

– Как это?

– Мир, в детстве казавшийся большим, становится маленьким.

– Это ты сама придумала?

– Нет, Чарли на уроке рассказывал.

– А-а…

– Вот тебе и «а-а»! Не надо было школу прогуливать!

– Смотрите!

Отбежав чуть в сторону от центральной улицы, Грег Макдуган остановился возле торчащей из кустов кособокой, решетчатой металлической конструкции и, ухватившись руками за один из прутов, потянул, как будто пытаясь поднять.

– Что ты там нашел? – подошел к нему Ли.

– Это мачта ретранслятора! – радостно сообщил Грег. – Если сам ретранслятор цел и мы сможем подключить его к источнику питания, то оживут наши элкомы!

– И в интер-сеть можно будет войти! – поддержал его Васанти.

– Забудьте, – безразлично махнул рукой Ли. – Работу ретранслятора мгновенно засекут в Делла-порте.

Грег отпустил прут, за который, как за надежду, цеплялся обеими руками. Посмотрел на перемазанные ржавчиной ладони. Вытер их о штаны.

– Раз мачта ретранслятора здесь, значит, там – мэрия, – Исабуро указал в сторону черневших на фоне голубого неба развалин.

– Вон там, – немного уточнил Васанти.

– Ну что, с нее и начнем? – спросил Ли.

– Давайте сначала в магазин заглянем, – Стелла наклонилась, сорвала цветок и сунула его в волосы над левым ухом.

– Верно, – согласился с ней Макдуган. – Там был большой отдел с ручными инструментами. Наверняка что-нибудь да осталось. Все же не с пустыми руками вернемся.

Эль-Страд разумно промолчала, хотя ее интересовал в первую очередь шоколад, который мог сохраниться в подсобках сгоревшего магазина.