Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

– Когда мы поженимся?

Этот вопрос вернул меня с неба на землю. Взгляд мой прояснился. Я подсознательно ждал этого и ответил:

– Потерпи, придет время, тогда поженимся.

– Когда оно придет? К моей старости? – Ганга уперлась руками в мою грудь и отстранилась.

– Ганга, когда придет, тогда я тебе об этом скажу.

– А я тебе скажу, – разозлившись, ответила моя невеста, – что Сулейма потому себя так вела, что ты разлучил их с Фомой. Ей учеба в голову не лезла, так она скучала. Потому и бросалась делать глупости, чтобы ты услышал и прислал к ней Фому. Ты… ты знаешь кто? – У нее навернулись слезы. – Я тоже банду создам!

Я не стал слушать, что она в горячке наговорит. Привлек ее к себе и поцеловал.

– Запомни! Я. Тебя. Люблю.

Глава 8

Планета Сивилла. Степь

В Бродомире мы оказались под вечер. Перед закрытием рынка купили лошадей и, провожаемые удивленными взглядами городской стражи, выехали в ночь из городских ворот. Я не стал ждать утра и давать время возможным преследователям собраться. А в том, что за нами будут охотиться, я не сомневался.

Где-то я перешел дорогу графу Мару. А он, по всей видимости, креатура Рока. Тот, как шахматный игрок, расставил своих людей и нелюдей на значимые позиции и ждет моего хода. Я интуитивно понимал, что Рок анализирует создавшуюся ситуацию через астрал, и, надеюсь, он думает, что так же поступаю я. С его точки зрения было бы глупо не использовать такую возможность. Но там наверху у меня при моих скромных возможностях десять, от силы двадцать вариантов возможных решений, а у него их тысячи. За Худжгархом он может следить, а вот отслеживать Ирридара – это то же самое, что искать иголку в стоге сена. Проверить свою теорию я не мог, но доверился своему расслоенному сознанию.

Еще доверился Шизе после того, как она точно вычислила точки переноса снежных эльфаров, штурмующих замок. Я иногда задумывался о том штурме и, сколько бы ни раскидывал мозгами, находил только одно разумное объяснение случившемуся: руку к телепорту в мир Беоты приложил Рок. С его стороны это мелкое нарушение вселенских правил для высоких, но оно ему еще вернется бумерангом. Кто сеет ветер, тот пожнет бурю. В этом я не сомневался.

Через пару часов после того, как выехали из Бродомира, мы остановились. Кроме Ганги со мной были Фома с Сулеймой и Гради-ил.

В темноте я создал светящийся шарик. На специальном пергаменте с помощью подсказок Шизы начертал заклинание свитка массового портала. Хоть я и доверял умениям Шизы, но червячок сомнения грыз меня изнутри не переставая.

Закончив работу, я сделал три глубоких вздоха.

– Ну, с Богом, – произнес я, открыл окно портала и скомандовал: – Фома, Гради-ил, вперед.

Следом за ними шагнули я сам, ведя коня под уздцы, и девушки.

К моей радости, мы вышли у города при ставке великого хана. Фома и Гради-ил встречали нас радостными улыбками. Гради-ил удивленно покачал головой:

– А я слышал, что пространственную магию проходят в магистратуре. А оно вона как. Врали, значит.

– Нет, не врали, Гради-ил, это я факультативно изучал с мессиром Луминьяном, – солгал я и ушел от скользкой темы, переведя разговор на другое. – План у нас следующий. Ганга едет в ставку и готовит почву для принятия тайного посольства. Мы отправляемся на постоялый двор и ждем тебя, любовь моя, утром.

Орчанка потянулась ко мне и поцеловала, не смущаясь остальных.

– Только очень жди, – прошептала она.

Вскочила на коня, и постепенно ее фигурка растворилась в ночи. Город ночью был не освещен. В домах горели редкие огни, и только сарай постоялого двора выделялся множественными огоньками в проемах окон.

– Я есть хочу, – промолвила Сулейма.

Я кивнул:

– На постоялом дворе перекусим.

В зале постоялого двора было много разного народа. Стоял чад от кухни и гул разговоров. Он не смолк, даже когда мы вошли, и это было хорошо. Значит, мы не привлекаем внимания. Подумаешь, орк, два снежных эльфара и человек. В зале было несколько снежных эльфаров и даже парочка лесных. Или авантюристы, которых хватает в любом народе, или шпионы, что скорее всего. Они окинули нас равнодушным взглядом и отвернулись. Но сполохи в ауре показали мне, что они встревожились. Незаметно для других, но не для Шизы, они обменялись друг с другом взглядами.

– Присмотрись к ним, – посоветовала она. – Странные личности.

Мы уселись за отдельный стол и заказали еду.

– Мне рыбу. Жареную, – попросила Сулейма. – Яичницу и лепешку.

– Чем запивать будете? – спросил дворф-подавальщик и подмигнул ей. – Вино белое? Спиртус?

– Ты, коротконогий, если будешь мне подмигивать, – неожиданно для всех нас заявила девушка, – то Фома тебе яйца вырвет. Правда, Фома?

– Правда, – подтвердил невозмутимый орк.

Я позавидовал его спокойствию. Только вот спокойной жизни ему не видать с такой Сулеймой, мирной и прекрасной.

– Я девушка порядочная, – пояснила эльфарка, – и нечего мне делать непристойные предложения… Неси белое вино.

– Девушка оговорилась, – поправил я ее выбор, – мы пьем гайрат. Белый.

Дворф побледнел, улыбка сошла с его бородатого лица. Был он молод, и бородка росла редкими рыжими кустиками.

– Я не имел в виду ничего плохого, – начал оправдываться он.

– Зачем мне эта кислятина?! – возмутилась Сулейма, не обращая внимания на подавальщика. – Я уже взрослая и могу сама определять, что мне пить. К тому же я пью с детства, – заявила порядочная девушка.

На нас стали оглядываться.

– Она шутит, – снова невозмутимо проговорил Фома. – Ей цвар из озерных ягод, а нам гайрат. Мне тоже рыбу.

Я посмотрел на Гради-ила.

– Мне ягненка, и если нельзя вино, – он кинул на меня мимолетный взгляд, – то зеленый цвар.

– А мне гайрат и перепелок побольше, – сделал выбор я.

Сулейма промолчала, но, когда дворф ушел, ткнула локотком в бок Фому:

– Фома, ты почему молчишь, когда со мной неправильно обращаются?

Фома косо взглянул на свою невесту.

– Я выведу тебя в степь и выпорю, женщина. Знай свое место, – удивил он нас своим ответом.

– Однако! – выразил свое мнение Гради-ил. – Где ты, Фома, был раньше, когда она мне слабительного подсыпала в еду. Хорошо, что не крысиного яду.

– Сулейма исправится, – все так же спокойно, как далай-лама, произнес орк.

Больше он не удостоил свою невесту вниманием. Та раздраженно задышала, но смолчала. Видимо, уже знала, что он может осуществить свою угрозу. Но долго сидеть спокойно она не могла. Повозившись на скамье, она засунула палец в нос. Я сдержанно хрюкнул. Гради-ил шепотом высказал свое возмущение.

– Сулейма, нельзя ковыряться в носу. Это неприлично! Ты выглядишь некрасиво, что о тебе скажут?

– Мне все равно, – отозвалась девушка.

Я понял, что она это делает назло нам, и стал создавать иллюзию большого носа.

– Если ты будешь ковыряться в носу, он у тебя вырастет, – сообщил я ей новость.

Сулейма презрительно фыркнула. Но, увидев удивленного Фому, быстро вытащила палец и вытерла его о штаны.

– Что? – спросила она.

– Твой нос, Су. Он вырос!

Эльфарка схватила свой нос рукой, на ощупь он был обычным.

– Не может быть. Я ничего не чувствую.

– А ты и не почувствуешь, – как можно равнодушнее ответил я, – это видят другие.

Сулейма оглядела сидящих за соседними столами и, увидев их неподдельное удивление, полезла в поясную сумку, вытащила серебряное полированное зеркало и посмотрела на себя. В следующий миг все в зале вздрогнули. Девушка разразилась таким визгом, что впору было затыкать уши.

– Нос! Мой нос! – кричала она, ни капли не смущаясь присутствующих.

Она его ощупывала и не могла понять, в чем дело. На ощупь он был нормальным, а в зеркале толстый, мясистый, длинный настолько, что свисал до подбородка.

– Фома! Сделай что-нибудь! – Она схватила его за руку и стала трясти.

– Су, если ты перестанешь в него лазить, он скоро станет нормальным, – флегматично отозвался орк.