Узники власти - Александр Ялтыченко

Еще пуще разгневался огненный дух, гордо распрямился, и изверг в изменившую цвет, но продолжавшую свечение воду, новый сноп пламени сильнее и ярче прежнего. Не в силах бороться с огнем, собравшаяся в углублении пещерного пола вода испарилась. Измученный, но самодовольный Ладрозар вместе со своим молчаливым спутником, поспешившим его поддержать, вновь растворился во мраке так, будто бы его и вовсе не было. Озадаченные оракул и Элиффин продолжали безмолвно стоять над испарившимся озерцом, созерцая едва приметный дымок, устремившийся сквозь водопадную завесу в небесную высь.

Они быстро неслись по небу, повторяя каждый изгиб его неровного полета. Внизу мелькали поля, реки, озера и леса. По воле ветра иль судьбы дымок залетел в узкое окно одноэтажного каменного дома, близ рыночной площади Монтлода. В небольшой комнатке, в бледном свете полного лунного диска, пробившегося сквозь завесу черных туч и желтых отблесках восковых свечей, Элиза дарила своему мужу Горфинду долгожданного первенца. Принимающие роды пожилые женщины почти выбились из сил, когда, наконец, миру явился новорожденный. Но младенец не подал признаков жизни: он не плакал и даже не пытался открыть свои крохотные глаза. В тот миг, когда родителям должны были сообщить прискорбную весть, дымок, заметный лишь Элиффину и оракулу, безмолвно наблюдавшим все происходящее сквозь непроницаемую пелену пространства и времени, вошел в бездыханное тело мертворожденного младенца, и растворился в нем. Мальчик раскрыл глаза и громко закричал.

Яркие потоки белого света вновь ослепили Элиффина:

он снова сидел в той самой пещере рядом с оракулом в настоящем времени.

-Благодарю вас, теперь мне все стало ясно... - грустно и задумчиво промолвил Элиффин. Ошеломленный видением не меньше юноши, оракул прошептал:

-Удивительная история...никто из нас, гламаринов, не имел даже понятия о том, что случилось здесь, при полной Луне, пятого числа одиннадцатого месяца двадцать и один год назад, но видно, такую волю изъявила сама судьба.

Элиффин собирался уже идти, но оракул задержал его:

-Прошу вас, подождите одну минуточку, я должен передать его вам, - спохватился мудрый гламарин и кинулся в дальний угол своей пещеры. Достав из сундука прекрасный лазурный жезл, он встал на колени и протянул его Элиффину.

-Мне неловко его брать... - замялся Элиффин.

-Этот жезл принадлежал вам шестнадцать сотен лет назад, мы сохранили его, прошу возьмите его, - взмолился оракул.

Не смея перечить такому тону, Элиффин принял подарок, поблагодарил гламарина, закрепил на макушке жезла прекрасные силоны и вышел к ожидавшей его толпе. Взяв в руки один из протянутых свитков, уже опущенным в чернильницу пером он вывел: "доброму другу от духа морей". Обрадованный подобным автографом юный гламарин низко поклонился и уступил место правителю, также жаждавшему росписи властителя морей. Прочитав надпись и с удовлетворением заметив в руке Элиффина новый жезл, Гаувдардис, не скрывая радости, посмотрел прямо ему в глаза и спросил:

-Ваше Величество, наш оракул помог вам понять себя?

-Да, он открыл мне сокрытое прошлое. Вы были правы, Ваше превосходительство, во мне действительно живет дух себрина. Элиффин же, которым я всю жизнь себя считал, погиб в ночь моего рождения, прежде чем сотворил свой первый вздох, ровно двадцать один год назад.

Зажглось светило над морями,

Но властелину луч покорный

Бросает в берег якорями

И зажигает город сонный.

Зеленый рассвет

Далеко на востоке забрезжил рассвет. Зеленый диск солнца, пораженного диковинной болезнью, поднимался из бескрайней морской пучины, отправляя потоки тепла и света блистательному граду узких башен.

-Солнце! Солнце! - не переставали восклицать перепуганные гламарины.

-Что с ним? - обратился Рам к Элиффину, такому же, как и все, удивленному произошедшими за ночь изменениями с дневным светилом.

-Не могу судить наверняка, но догадываюсь, что это проделки Ладрозара, - ответил он.

-Вы совершенно правы, я сам почувствовал неладное еще вчера, о чем и пытался предупредить. Боюсь, однако, что близится час развязки, какой же она будет неведомо никому, - задумчиво промолвил Гаувдардис.

Тем временем, к ужасу и изумлению толпы, собравшейся на площадке близ каскада, на северном горизонте обозначились силуэты сотен кораблей. Светящиеся парусники, подгоняемые попутным ветром, держали курс на столицу архипелага, Ансапиен.

-Эти парусники следуют из Монтлода, я видел их пару ночей назад, они плыли вниз по течению Калдура, - промолвил Элиффин.

-Выходит, что в таком случае, нам угрожает страшная опасность. Архипелаг никогда прежде не был атакован, зачем же Ладрозарово войско направилось на завоевание мирного острова? - стараясь не поддаваться нахлынувшему испугу, обратился правитель к Элиффину.

-Я не знаю, но, навряд ли, он замышляет что-либо доброе, поэтому лучше всего быть готовыми к битве, - задумчиво и устало ответил кудесник, не сомкнувший ни на минуту глаз за всю долгую ночь.

Гаувдардис отдал приказ перепуганным гламаринам готовиться к сражению, собрать способных держать оружие и разместиться в башенных укреплениях Ансапиена. Тем временем из-за горизонта показывались все новые и новые силуэты парусных кораблей.

-Их десятки, сотни...- прошептал на ухо Элиффину Рам.

-Если не тысячи... - также едва слышно промолвил в ответ премудрый чародей воды, сокрытый в образе двадцатиоднолетнего юноши.

-Что ж, мы примем бой! - с напускной бодростью громко проговорил лучник.

-Готовьтесь обороняться, а я перемещусь к кораблям, возможно, мне удастся раздобыть больше сведений, - проговорил Элиффин. С этими словами молодой волшебник двинулся к краю площадки, простер свой жезл и растаял в ядовито-зеленых лучах восходящего солнца.

Через мгновение яркая синяя вспышка блеснула в позеленевшем от ядовитой зари небе: в сотне шагов от ближайшего из кораблей, над бескрайним и величественным морским простором, безмятежно рассекаемым флотом Ладрозара, парил Элиффин.

Тысячи гигантских парусников, испускавших слабое свечение, подгоняемые сильным попутным ветром, дувшим с моря, плыли на завоевание архипелага Гламарин. Пятипарусный флагман возглавлял развернутый строй боевых кораблей. Огромные катапульты, готовые в любой момент метнуть свой смертоносный заряд, плотными рядами занимали его палубу. Были метательные машины и на других судах огненного флота. Бледно святящиеся кардрарки, исполненные кровавого ожидания скорой расправы над мирной обителью мудрых гламаринов, нетерпеливо подгоняли свои корабли быстрыми взмахами весел.