Границы бесконечности. Братья по оружию - Лоис Буджолд

На раздаче у Трис царила идеальная дисциплина. Майлз поздравил себя с тем, что поручил раздавать еду женщинам, — здесь удалось задействовать эмоциональный фактор огромной силы. Немало мужчин, получая в руки плитку рациона, смущенно бормотали «спасибо», а потом их примеру следовали многие идущие следом.

«Получайте, ублюдки! — мысленно обратился Майлз к невидимым наблюдателям за куполом. — Вы потеряли монополию на психологическую войну. Мы еще повернем ваше пищеварение в обратную сторону! И пускай у вас от злости все кишки вывернет…»

Его размышления были прерваны каким-то шумом у одной из точек раздачи. Майлз раздраженно наморщился, увидев, что в центре заварухи находится Питт, и поспешно заковылял туда.

Оказалось, что Питт отплатил за свою плитку не словами благодарности, а недвусмысленным взглядом, улыбочкой и какой-то грязной шуткой. Оскорбленные дамы тут же атаковали его, но безуспешно: Питт был парень крепкий и к тому же не стеснялся бить женщин. Одна из нападавших, только чуть выше Майлза, отлетела назад и уже не смогла подняться. Очередь замерла, плавный цивилизованный поток желающих пообедать разбился окончательно. Майлз вполголоса чертыхнулся.

— Ты, ты, ты и ты, — постучал он по каким-то плечам, — схватите этого парня.

Те, к кому он обратился, не слишком рвались выполнять полученное задание, но к месту происшествия подоспели Трис и Беатрис. Нарушитель порядка был схвачен, скручен и вытащен за линию оцепления. Майлз удостоверился, что раздача снова заработала, и повернулся к разъяренному сквернословящему Питту. В этот момент подошли Оливер и Сьюгар.

— Я оторву этому подонку яйца, — бушевала Трис. — Я имею полное право…

— Вы — военный комендант, — прервал Майлз. — Если этого человека обвиняют в хулиганстве, его следует предать военно-полевому суду.

— Он насильник и убийца, — ледяным тоном отозвалась женщина. — Суд для него слишком большая честь. Он должен умереть медленной смертью…

Майлз отвел Сьюгара в сторону:

— Это соблазнительно, но почему-то мне не хочется сейчас отдавать ей парня. Очень не хочется. С чего бы это?

Сьюгар уважительно посмотрел на него:

— По-моему, вы правы. Видите ли… здесь… здесь слишком многие подобны ему.

А Питт, вне себя от ярости, уже заметил Майлза.

— Ты! Ты, бабский прихвостень! Думаешь, они тебя защитят? — Он дернул головой в сторону Трис и Беатрис. — У них сил не хватит. Мы и раньше им вставляли, вставим и теперь. Мы не проиграли бы эту чертову войну, будь у нас настоящие солдаты — как у барраярцев. Они вот не берут в армию бабья и всяких жополизов. Оттого и выгнали цетагандийцев со своей планеты…

— Почему-то, — медленно проговорил Майлз, — мне не верится, будто ты специалист по тактике барраярцев во время Первой цетагандийской войны. Иначе кое-чему научился бы…

— А тебя, небось, уже сделали почетной девицей, мутант? — не остался в долгу Питт. — Для этого много не нужно…

«Чего ради я тут стою и переругиваюсь с примитивным бандитом? — одернул себя Майлз. — Некогда. Надо с этим кончать».

Он отступил и скрестил руки на груди:

— Никому из вас до сих пор не приходило в голову, что этот тип — агент цетагандийцев?

Потрясенный Питт утратил дар речи.

— Это совершенно очевидно, — с напором заявил Майлз, возвысив голос, чтобы слышали все окружающие. — Он зачинщик всех беспорядков. Своим примером, своими безобразиями он совратил многих честных солдат, натравив их друг на друга. Цетагандийцы не могли надеяться на то, что вы сдадитесь, а потому постарались посеять среди вас семена зла. Чтобы действовать наверняка. И это сработало на удивление хорошо. Вы даже не подозревали…

Оливер тронул его за плечо и пробормотал:

— Брат Майлз! Я знаю этого парня. Никакой он не шпион. Он просто…

— Оливер, — прошипел Майлз, не разжимая зубов, — заткнись! — И продолжил своим самым зычным голосом: — Конечно, он цетагандийский агент. Тайный. А вы все это время думали, что сами творите это над собой.

«А где нет дьявола, — добавил он про себя, — там приходится его изобретать». Его подташнивало, но он сохранял маску праведного возмущения. Майлз всмотрелся в лица сгрудившихся вокруг людей. Где-то в недрах толпы нарастал глухой грозный ропот.

— Снимите с него рубашку, — приказал Майлз, — и положите на живот. Сьюгар, дай мне твою чашку.

У разбитой чашки Сьюгара был острый край. Майлз уселся на своего врага и крупными печатными буквами нацарапал по всей спине Питта «ШПИОН ЦЕТАГАНДЫ». Он погружал острие глубоко и безжалостно, и из царапин выступала кровь. Питт кричал, матерился и брыкался.

Майлз поднялся на ноги, дрожа и задыхаясь.

— А теперь, — велел он, — дайте ему его плитку рациона и уведите прочь.

Трис молча пробуравила взглядом спину уводимого Питта. Потом посмотрела на Майлза, стоявшего между нею и Оливером.

— Вы действительно считаете, что он цетагандиец? — тихо спросила она.

— Не может быть! — заявил Оливер. — Так к чему был весь этот спектакль, брат Майлз?

— Я не сомневаюсь, что все обвинения Трис справедливы, — напряженно ответил Майлз. — Но его нельзя было наказать за прежние грехи, не расколов лагерь и не подрывая авторитета Трис. Таким образом, Трис и женщины получают свое отмщение, не настроив против себя половины мужчин. Руки командора чисты, а нам больше не будет мешать закоренелый преступник, который наверняка восстал бы против нас. Более того, и другие преступники получили предупреждение, которое они вряд ли забудут. Так что моя выдумка эффективна во всех отношениях.

Лицо Оливера застыло. Помолчав немного, он заметил:

— Вы бьетесь не по правилам, брат Майлз.

— Я не могу позволить себе проиграть! — Майлз гневно посмотрел на него. — А вы можете?

Сержант сжал губы:

— Нет.

Трис вообще ничего не сказала.

Майлз лично проследил за раздачей плиток рациона всем пленным, кто был слишком слаб, чтобы встать в очередь.

Полковник Тремонт лежал на своей циновке как-то слишком неподвижно. Гадать о причинах не приходилось. Оливер встал на колени и закрыл мертвецу глаза. За последние несколько часов полковник мог умереть когда угодно — рядом с ним никого не было.

— Мне очень жаль, — искренне сказал Майлз. — Жаль, что я пришел слишком поздно.

— Да… — произнес Оливер. — Да…

Он встал, кусая губы, и встряхнул головой. Майлз и Сьюгар, Трис и Беатрис помогли Оливеру отнести тело, циновку, одежду и чашку на свалку. Оливер засунул приготовленную плитку под мышку мертвецу. Никто не попытался ограбить его после их ухода, хотя еще один покойник, лежавший рядом, уже был обчищен догола.