Секс, игра и шоколад. Удовольствия и пристрастия - Элвин Бродерик

Сам Казанова предпочитал называть себя литератором, инженером или ученым. Женщин он не обманывал и предпочитал расставаться по-хорошему. Иногда, если у него имелась возможность, обеспечивал их приданым и подыскивал мужей. В своих мемуарах он упоминает около 140 женщин, но утверждает, что знавал несколько сотен. Хотя, конечно, ему далеко до Дон Жуана, который записывал все свои любовные победы. Одних испанок у Дон Жуана было 1003!

В старости Казанова нашел приют в Богемии в замке графа Вальдштейна. Там он заведовал библиотекой графа и написал мемуары «История моей жизни» в 12 томах. До 1960 года воспоминания Казановы печатались только в сокращенном и искаженном виде. Рукопись хранилась в Лейпциге, в издательской фирме Брокгауза. Интересно, что во время бомбардировки Лейпцига в 1943 году, когда в редакции начался пожар, только одна эта рукопись была спасена!

Казанова приступил к написанию мемуаров с большой радостью. «Какое удовольствие вспоминать о своих удовольствиях!» – говорил он. Он не жалел о том, что выбрал жизнь, главным в которой оставался поиск удовольствий. Он был рожден для прекрасного пола, всегда любил женщин и позволял им любить себя. Он также страстно любил вкусно поесть и все то, что пробуждает любопытство. И он, как человек, который искал в этой жизни только удовольствия, не считал себя виноватым ни в чем.

Также Казанова оставил после себя фантастические романы, исторические и научные трактаты, памфлеты. Сам Казанова стал героем произведений многих других авторов, включая таких известных как Р. Олдингтон (роман «Единственная любовь Казановы»), С. Цвейг (новелла «Казанова») и Г. Гессе (новелла «Обращение Казановы»). В роли Казановы снимались Ален Делон («Возвращение Казановы»), Марчелло Мастроянни («Ночь в Варенне»), Ричард Чемберлен («Казанова»), а также порнозвезда Рокко Сифферди (но фильм «Казанова» с его участием, конечно, в широкий прокат не попал и вышел только на видео в 1993 году). Казанове посвящены несколько опер.

Джон Миттон

Джона Миттона (1796–1834), сквайера (или помещика), часто сравнивали и продолжают сравнивать с графом Рочестером, хотя он не писал стихов и известен, пожалуй, только в Англии.

Миттон унаследовал немалые богатства (он был сыном богатого землевладельца), что позволяло ему предаваться самым разным удовольствиям, и он разбазарил все свое наследство исключительно на распутство ко времени своей смерти в 38 лет. Пьянство Рочестера кажется детской забавой в сравнении с пьянством Миттона. И если говорят, что Рочестер непрерывно пил пять лет, то Миттон пил двенадцать! Обычно он выпивал от четырех до шести бутылок портвейна в день – это примерно в 20 раз больше, чем рекомендуется мужчинам в наши дни, если они хотят сохранить свое здоровье. Миттон начинал пить во время бритья утром и прикладывался к бутылке до самого отхода ко сну. В дальнейшем он перешел с портвейна на бренди. Он вел себя как безумец, пока не выпьет, а выпив, становился еще более безумен – так говорили о нем после того как он стал настоящим алкоголиком. Безумие проявлялось самым странным образом. Например, чтобы избавиться от икоты, он решил поджечь на себе ночную рубашку. К счастью, тогда у него в доме были гости, погасившие огонь, но Миттон получил сильные ожоги. Во время лечения он требовал приносить себе в палату большие количества одеколона, чтобы, как он говорил, избавиться от запаха больницы. Вскоре выяснилось, что он его пьет.

Миттон играл в азартные игры и участвовал в головокружительных скачках, в результате получил многочисленные травмы и несколько раз находился на грани жизни и смерти. Во время охоты он всегда заставлял коня прыгать через самые опасные канавы, которые другие люди объезжали. Он не мог пропустить высокого забора или живой изгороди, он обязательно должен был через них перелететь! Известен случай, когда его конь перепрыгнул через ручей шириной девять ярдов (а конь, кстати, был одноглазым). Будучи прекрасным наездником Миттон падал с лошади довольно часто – потому что был пьян. Многих экстремальных видов спорта, популярных в наши дни, тогда еще не существовало, но можно не сомневаться, что, родись Миттон в наши дни, он бы попробовал заняться многими из них. Он был исключительно смелым человеком и явно не боялся смерти. Говорили, что «равного ему мир никогда не видел и по ряду причин желательно, чтобы больше не увидел никогда». Один его знакомый вспоминал в дальнейшем, что не проходило дня, когда бы Миттон каким-то образом не рисковал собой. Он обожал риск.

Из школы его выгнали за безобразное поведение, ни в Оксфорд, ни в Кэмбридж поступить не получилось. Хотя он весьма оригинально подготовился к этому, послав впереди себя в Кэмбридж шесть бочек вина (по 240 литров). Он недолго послужил в армии, а потом вернулся в одно из своих поместий, чтобы начать прожигать жизнь и убивать себя чрезмерными удовольствиями.

Алкоголь он попробовал очень рано, еще в школьные годы, а в дальнейшем дегустировал все, что было доступно английскому помещику в начале XIX века. Игра в азартные игры, женщины, спорт, охота – Миттон всему этому предавался со свойственной ему страстностью. Как и лорд Рочестер, Миттон любил шутки и розыгрыши. Однажды он выехал к собравшимся и ожидавшим его гостям сидя верхом на медведе.

Миттон был крупным мускулистым мужчиной и пользовался успехом у женщин не только благодаря своим деньгам. Он был официально женат дважды. Первая жена умерла молодой, вторая ушла от него, не в силах выдержать его образ жизни. Любовниц у него было великое множество, причем он предпочитал женщин низкого происхождения и с дурной репутацией. Возможно, такие женщины давали ему больше удовольствия.

Деньги для Миттона ничего не значили, вероятно, потому что ему никогда не требовалось работать – он получил их в огромном количестве при рождении. Он безрассудно тратил их на вино, женщин, спорт и на красивую одежду, которую любил (один приятель насчитал у него 152 пары брюк). Он много проиграл, в картах ему не везло. А однажды несколько тысяч фунтов стерлингов просто унесло ветром из кареты, в которой он ехал. Но Миттон отнесся к этому случаю всего-навсего как к возможности хорошо посмеяться.

Но все деньги когда-нибудь заканчиваются. Ему пришлось продать свои поместья, умер он в долговой тюрьме.

Джона Миттона и лорда Рочестера роднит страстная любовь к удовольствиям. И тот, и другой обожали опасные для жизни авантюры. И тот, и другой много пили и любили женщин. Также оба были щедрыми и добрыми к своим слугам. И женщины, и слуги вспоминали обоих с благодарностью и любовью. И оба эти мужчины сгубили себя в относительно молодом возрасте.