Одно небо на двоих - Ана Шерри

сын уже не слышал слов, влетая в диспетчерскую. Его свирепый вид заставил всех обернуться и не дышать. Взглядом он искал того, кто чуть не отправил его на тот свет. И нашел. По испуганным глазам и дрожащим губам. Одной рукой Саид взял его за грудки и притянул к себе:

– Сейчас даже Аллах не спасет тебя.

Мужчина лишь хватал ртом воздух, а руками пытался вы- свободиться из стальной хватки, уже понимая, что это бесполезно. Саид вдвое больше, а гнев усиливал силу.

– Я клянусь… Я не заметил… Я не хотел… Я не знал, что кто-то дал разрешение на исходный старт другому борту!

– Что значит «не знал»? – Эти слова подействовали на Саида словно красная тряпка на быка, распаляя все больше. Гнев застил глаза капитану. «Не знал» не спасет от ответственности. Саид выволок диспетчера из кабинета, куда уже почти зашел Мухаммед.

– Саид!

Но даже крик отца не смог остановить Саида. Последовал мощный удар кулака по лицу, и с лица диспетчера слетели очки. Саид швырнул мужчину на пол, наблюдая, как из его рта хлынула кровь, и тот простонал, инстинктивно закрывая руками лицо.

– Ты пожалеешь, что вообще родился на этот свет.

Больше он не тронет его. Хотелось бить и бить, вместе с агрессией выплескивая весь гнев. Картина смерти все еще стояла перед глазами. За спиной триста пассажиров, и ты единственный человек, который может это исправить. Диспетчеру никогда не пережить такого, он не знает, что такое видеть смерть двух самолетов, полных людей.

– Аллах, Саид, – Мухаммед схватился за сердце, – полиция уже бежит.

Саид прекрасно видел двух полицейских, рукой давая им понять, что все в порядке.

– Я не вижу начальника аэропорта. Он меня боится?

– Ты сходишь с ума, Саид, – вымученно произнес Мухаммед, кивая полицейским. – Пойдем в кабинет и все обсудим. Пригласим Асада, диспетчеры – его люди. Ты не Аллах, чтобы вершить правосудие самому!

Диспетчер еще стонал, лежа на полу. Это был не такой мощный удар, чтобы так долго валяться, скорее он боялся вставать. Полицейские не подходили близко, видимо, давали время Саиду прийти в себя.

Сил больше не было здесь находиться, и Саид пошел от этого места подальше, чтобы не передумать и не продолжить начатое. Но отец прав – сейчас бумаги!

Он еще отчетливо слышал пульс в голове, который перебивал мысли, а их сейчас было слишком много. На ходу Саид стал прокручивать в голове все моменты той посадки: голос диспетчера, свои действия. Он бы повторил все в точности так же. Но «повторил» больше не должно случиться.

Резко остановившись возле перил, он схватился за них и закрыл глаза, пытаясь привести дыхание в норму. Он сделал то, что хотел, теперь нужна ясная голова.

Саид открыл глаза, всматриваясь с высоты второго этажа в толпу людей. Люди спокойно шли, не подозревая о происшествии: ни о возможном столкновении двух самолетов, ни о драке. Все были спокойны. Но дыхание Саида все еще было сбитым и частым, гнев кипел: сложно прийти в себя после такого. Впереди еще целая ночь за рапортами, переговоры с начальником аэропорта, возможно, общение с полицией. От всего этого кровь еще сильнее закипала внутри.

И тут его взгляд наткнулся на одного человека, дыхание перехватило. Среди серой массы людей она – единственная яркая, приносящая в его душу гамму эмоций: радость и наслаждение оттого, что он видит ее. Вирджиния шла за братом, катя за собой небольшой чемоданчик. Она отставала от всех намеренно, рассматривая витрины магазинов в дьюти- фри. Или не магазины вовсе были центром ее внимания: она рассматривала все вокруг и выглядела при этом такой милой, загадочной и мечтательной. Хотелось любоваться ею бесконечно, как небом. Эта девушка скрашивала жизнь на земле. Как хорошо, что она существует в этом мире, и как хорошо, что он ее нашел. А еще совсем недавно мог потерять… Снова вспомнилась их посадка, и Саид нахмурился: он так часто думает о Вирджинии, что становится страшно и опасно. Думал ли он о ней в полете? Да, особенно после ее слов о разрыве с женихом. Он думал о ней, пытаясь понять причину столь резкого изменения планов. Диспетчер точно дал указание на снижение? Да, среди своих мыслей он точно слышал голос диспетчера. А может, тот вышел на связь еще раз, отменяя посадку? Нет… Не может быть! Саид не мог не услышать слов диспетчера, посадка – это самый сложный этап полета, он не пропустил бы его слов. Или все-таки пропустил? И ударил человека ни за что, не разобравшись в ситуации до конца? Малик сидел рядом, он бы точно услышал. Как все сложно… Нет, голова пилота, а тем более капитана, должна быть занята только полетом. Так было всегда! Но все изменилось, и он понимал, что теперь в его мыслях далеко не высота и эшелоны и тем более не кресло президента авиакомпании. Его мысли подчинила себе она – девушка, которая остановилась посередине зала прилета. Она, его хайяти, которая ворвалась в его жизнь, сейчас обернулась и взглядом нашла его. Расстояние между ними резко сократилось. Она просто стояла и смотрела на него снизу вверх, сама не подозревая о том, что он уже пал к ее ногам. Она сделала его слабым, заставила ощутить это странное чувство, когда дыхание перехватывает от одного взгляда.

– Джини! – Голос брата заставил ее обернуться, Крис подошел к ней ближе. – Чего ты встала? Все тебя ждут.

– Иду, – кивнула она и напоследок обернулась, но Саида уже не было. Может, она сходит с ума и он ей чудится на каждом шагу? Это и есть любовь, когда желаешь видеть любимого человека везде? С Мэтом такого не было.

– Крис, как ты думаешь: какое самое лучшее место для разрыва отношений?

Они шли вдвоем к родителям, которые вместе с Арчером ждали их у кофейни. Кристиан усмехнулся:

– Постель в собственном доме. С чужим мужчиной. Даже объяснять не надо, Мэт сам все поймет.

– С ума сошел, – легонько стукнула его по плечу Вирджиния, и они засмеялись. – Лусия тебе ничего не объясняла?

– А зачем? Слова могу солгать, а собственные глаза – никогда.

– Нет, я не хочу видеть в моем доме Мэта, это должно быть