Не та цель - Джон Демидов

в красных и жёлтых тонах, которые создавали прямую отсылку к цветам Гриффиндора.

По краю стола с нижней части тянулась цепочка маленьких светящихся фонариков, а в центре возвышался огромный торт, который не так давно принесла Ханна.

— Нев, я тебя умоляю… Скажи, что мы больше никого не ждём, и можем начинать уничтожать это великолепие! — нетерпеливо воскликнула Луна, разглядывая тарелки с бутербродами, салатами и фруктами. — Всё выглядит так аппетитно! Мне прямо не терпится попробовать тут всё!

Не сдержавшись, я улыбнулся такой чистой незамутнённой радости, и мысленно поблагодарив домовика, который в этот раз и правда превзошёл сам себя, сделал жест, и сказал:

— Все кого мы ждали уже здесь, но без разрешения бабушки я бы не рекомендовал тут ничего трогать.

Неожиданно, закончив осматривать убранство зала, Ханна повернулась к нам и не понимающе сморщив носик спросила:

— Слушай, Невилл, а почему у тебя тут всё так по скромному и нет дорогих украшений? Вот на мой день рождения отец смог организовать шоу светозаровых фей, да и гостей было куда больше…

— Ну… — я замялся, но потом решил ответить как есть:

— На самом деле у нашей семьи сейчас совсем не лучшие времена. Но бабушка говорит, что главное — не стоимость украшений, а то, с какой любовью они сделаны.

— Глупости какие, — фыркнула Ханна. — Настоящий праздник должен быть роскошным!

— А по-моему, это всё очень мило, — возразила Луна. -Видишь, как много волшебства в простых вещах? Главное — не то, сколько денег потрачено, а то, сколько души в них вложено.

Я благодарно улыбнулся Луне. В этот момент я окончательно понял, что с Ханной нам не по пути. Её поведение напоминало мне поведение голодной хищницы, которая не смотря на свой возраст уже начала поиск жертвы.

Луна же была полной противоположностью. Я смотрел на неё, и ничего кроме теплоты и непонятно откуда приливающей нежности к этому человеку не испытывал.

Неожиданно Луна обвела нас лукавым взглядом, и остановив его на мне с заговорщицкой улыбкой произнесла:

— Невилл, пока твоя бабушка ходит не пойми где — может, устроим небольшой праздник прямо сейчас? У меня есть волшебная хлопушка, которая стреляет самыми настоящими конфетами!

В этот момент, словно по волшебству, в столовой появилась бабушка, которая суровым взглядом окинула девчонок, и припечатала:

— Дети, я вам что говорила?! Никаких хлопушек в доме! Если уж вам так не терпится что-то взорвать, то идите во двор, но тогда к Фортескью мы сегодня не пойдём!

Ханна на эту угрозу только лишь пренебрежительно фыркнула, а Луна наоборот восхищенно замерла с занесённой для шага ногой, и тихо переспросила:

— Я не ослышалась? Кто-то сказал слово на букву «ф»?!

Это зрелище было настолько забавным, что я не выдержав расплылся в улыбке, и тут же подтвердил предположение этой удивительной девушки.

Луна моментально передумала куда-то идти, и вообще стала изображать из себя просто образец идеала и послушания. Я же не мог ей налюбоваться. В противоположность Ханне она была такой живой, и так ярко выражала свои эмоции, что хотелось этим любоваться снова и снова.

Бабушка тем временем с помощью левитационных чар аккуратно заносила в зал большой поднос, накрытый белой тканью, а спустя несколько мгновений к нам присоединился Симми, который толкал перед собой небольшую тележку с пирожными.

— А вот и главное блюдо! — провозгласила бабушка, ставя накрытый поднос на стол. Заметив наш не шуточный интерес, она пояснила:

— Симми приготовил свой фирменный тыквенный пирог с мёдом!

— О, это же мой любимый! — тут же воскликнула Луна, с предвкушением потирая руки и не сводя голодного взгляда с озвученного объекта.

Мы быстро сели за стол, и спустя несколько мгновений в зале повисло уютное молчание, прерываемое лишь звоном столовых приборов и довольными возгласами.

Симми и правда расстарался в честь моего дня рождения, и каждый кусочек был вкуснее предыдущего, а атмосфера со временем становилась всё теплее и даже Ханна наконец оттаяла, и увлечённо работала ложкой.

— Знаете, — вдруг сказала бабушка, поднимая бокал с тыквенным соком, и обводя нас внимательным, немного задумчивым взглядом, — самое ценное в жизни — это совсем не золото и даже не драгоценности. Это те моменты, когда мы можем вот как сейчас собраться вместе и просто быть счастливыми, не переживая ни за что.

После этого тоста мы все подняли бокалы, и в этот момент я почувствовал, как тепло разливается по всему телу. Это было не просто праздничное настроение — это было настоящее волшебство, созданное любовью и заботой.

После основных блюд пришёл черёд торта, принесённого Ханной, который не смотря на свой достаточно странный внешний вид оказался очень даже ничего на вкус, ну а затем…

Бабушка степенно поднялась со своего стула, и с лёгкой усмешкой наблюдая за нашими взглядами, полными предвкушения, показушно вздохнула, и произнесла:

— Ладно, что ж с вами будешь делать… Бегите пока к воротам, а я организую нам портключ до Косого переулка.

Упрашивать нас не пришлось, и спустя десяток секунд мы уже быстрым шагом шли к внешним воротам. Когда мы вышли за пределы территории родового гнезда Лонгботтомов — оно предсказуемо исчезло для девчонок, что закономерно вызвало с их стороны удивлённые вздохи.

Пока я рассказывал им про принцип работы Фиделиуса, Августа уже присоединилась к нам, неся с собой какую-то продолговатую ветку. Как только она к нам приблизилась, то тут же обведя нас суровым взглядом требовательно сказала:

— Значит так. Сейчас каждый из вас должен крепко схватиться за ветку в моих руках и ни за что её не отпускать, понятно?!

Мы дружно закивали и тут же выполнили требуемое указание, после чего бабушка придирчиво проверила насколько тщательно мы выполнили её указание, после чего достала свою волшебную палочку, и наведя её на ветку, тихо произнесла:

— Портус!

Этот вид перемещения оказался несколько поприятней парной аппарации, и невольно задумавшись по этому поводу, я поставил себе мысленную заметку о том, что нужно будет обязательно спросить у Августы — почему мы постоянно мучаемся с аппарацией, если есть куда более удобный способ передвижения.

Сразу после нашего появления в Косом переулке, бабушка уверенно повела нас в сторону Гринготтса, и когда мы уже почти приблизились к нему вплотную, то резко свернула направо, где сверкала идеально начищенная витрина кафе-мороженного Флорианна