Древние цивилизации Русской равнины - Анатолий Абрашкин

К схожим выводам приходили многие исследователи и после Хомякова, но ученый мир пока не признает их. Даже авторитет знаменитого Тура Хейердала, возглавившего археологическую экспедицию и доказавшего присутствие скандинавов в Подонье, не убедил авторитетных скептиков. Слишком легко и вольготно плавать им по поверхности океана Истории, но нырнуть глубже – страшно: надо переписывать не только древнюю историю Руси, но и всей средневековой Европы.

Малоазийские ваны-венеты, обосновавшиеся на юге России, были известны западным историкам как анты. Впервые о них упоминает римский географ Помпоний Мела, работа которого была написана около 44 г. н. э. Согласно его информации, анты жили где-то «выше» гипербореев и амазонок. Плиний, который завершил «Естественную историю» в 77 г. н. э., также упоминает об антах. Об асах в этих же краях писали Птолемей (II в.) и Стефан Византийский (V в.). Асы также упоминаются многими средневековыми путешественниками. Одновременное употребление разных этнонимов применительно к одному и тому же народу свидетельствует о мирном сосуществовании асов (аланов) и ванов (антов). На одной из керченских надписей III века в Тавриде встречается имя «антас» – ант-ас. Стоит припомнить также заявление римского историка Аммиана Марцеллина, что аланы вобрали в себя народы, которых они завоевали, под собственным именем и некоторые группы ванов-антов, побежденных ими, тоже могли именоваться асами. Имена некоторых асов русского происхождения. В частности, деда бога Одина зовут Бури (Буря), его брат именуется Вей (Ветер), а сын, друг песни, мудрости и правды, царь пиров, чаша которого всегда первая в застольной беседе, – Браги. Да и имя самого Одина (если перенести ударение), точно так же, как и старорусское «аз», узнаваемо без комментариев.

Русские – потомки ванов, но и асы, если только первую букву своей азбуки наши предки соотносили с их именем, нам не чужие. Или, скажем, каков смысл названия сборников песен о богах, составивших основу германо-скандинавской мифологии? Значение слова «эдда» не установлено: иногда его интерпретируют как «книга из Одди» – название местности, где провел детство составитель сборников Снорри Стурлусон (1178—1225 гг.), иногда как «прабабка» или «поэзия». Мы намеренно приводим эти забавные версии, чтобы продемонстрировать, насколько несостоятельна идея скандинавской прародины асов. А между тем, значение слова угадывается без труда всяким, знакомым с русской речью. «Эдда» – это «Веда», так называли арии свои религиозные книги. Уже один этот факт призывает мифологов и лингвистов обратить свой взор к традиционно арийским территориям – южнорусским степям и Северному Ирану. А в насмешку тем, кто захочет записать нас в квасные патриоты, ответим, что скандинавы назвали маленького мудрого человека, сделанного из слюны богов после окончания войны асов и ванов… Квасиром. Все эти «мелкие» детали со всей очевидностью подтверждают скандинавские предания о мире, наступившем между асами и ванами. Этим же объясняется совместная миграция асов и ванов в Скандинавию. Роль каждого из племен внутри этого союза, однако, со временем менялась. В Скандинавии больший вес и политическую значимость приобрели асы. Они там были племенем царствующим, а ваны составляли лишь небольшую группу. «Немногочисленность этого племени богов показывает, что у них другая родина, где силы их достаточно для борьбы с асами» (А.С. Хомяков. Указ. соч.). И родина эта – Аорсия, предтеча Киевской Руси.

Историки относят сарматов к иранским народностям. Это служит примером тому, как из мухи можно сделать слона. Основу сарматского народа составили малоазийские племена. Иранское (мидийское) влияние на них, безусловно, имело место, но оно не было определяющим. Более того, формирование сарматской общности происходило в III—II вв. до н. э в Подонье, в местах проживания савроматов. Видимо, схожесть имен сарматов и савроматов не случайна, и местное население, а это по преимуществу были меотские племена, вошло в состав нового этноса. Они говорили на древнейшем арийском, скифском языках, но никак не на иранском (сейчас историки придумали для них новый язык – североиранский).

В числе сарматов, пришедших в южнорусские земли, были и иранцы. Но это не дает оснований объявлять всех сарматов ираноязычными. С сарматами на Дон пришли как раз те арии, которые в свое время мигрировали в Иран, проживали в Мидии, но затем под натиском персов отступили в обратном направлении. Восприняв язык и культуру иранцев (персов), они, очевидно, не разучились говорить на родном арийском, более древнем наречии. Сарматы-иранцы понимали оба языка, они были «двуязычны»! И нет сомнения, что, оказавшись среди арийских народов, они предпочли общаться на языке местного населения.

Вторжение сарматских племен в черноморско-каспийское «междуморье» привело к исходу части скифского населения не только на запад, но и на восток. Двинувшись вослед, сарматы попытались расширить зону своего влияния и в Средней Азии. В середине III в. до н. э. они поддержали восстание парфян против Селевкидов – царской династии, ведущей свой род от одного из полководцев Александра Македонского и правившей на Ближнем и Среднем Востоке. Во II в. до н. э. – II в. н. э. Парфянское царство играло ведущую роль в Азии, и происходило все это не без помощи сарматов, колонизировавших Зауралье, Туркестан и другие бывшие вотчины скифов. Аммиан Марцеллин пишет: «Аланы населяют бесконечные пустоши Скифии… В другой части страны (к востоку от Дона. – А.А.) аланы поднимаются на восток, разделенные на многочисленные и немногочисленные роды, они выдвинуты далеко в Азию и, как я слышал, живут вплоть до реки Ганг, которая протекает через территории Индии и вливается в Южный Океан». Тем самым сарматы выступили правопреемниками скифов как на западе, так и на востоке. Постепенно они распространились также на север в район верхнего Дона и Донца, вступив в лесостепную зону. И можно без преувеличения сказать, что все скифские земли вошли в состав Великой Сарматии (с центром в Аорсии).

Теперь о судьбе асов, пришедших на Балтику. На севере Европы они сплотили вокруг себя коалицию германских племен, проживавших вокруг Балтики, и выбрали для себя новое, уже чисто германское, имя. Асы – высшие боги древних германцев, но по-немецки «бог» значит «гот». Таким образом, в северных пределах Европы асы стали готами! Вот почему следы асов-язигов теряются где-то на Среднем Дунае, в северных странах их переименовали в готов.

Авторам начала века также были хорошо известны венеды, проживавшие на берегах Балтики. На рубеже новой эры в этих же краях объявились потомки малоазийских ванов. Их долгий путь на север представлял длительную, в тысячу лет, миграцию с последовательными «остановками» в Урарту, на Кавказе, Приазовье и Поднепровье. Это была новая волна росов, переселившихся на Балтику. Западноевропейские авторы воспроизводили имя росов в самых разных вариантах – роки, рохи, роги… Последний из них, наряду с его искаженной формой – руги, стал наиболее употребительным синонимом русских в Европе первых веков нашей эры.

Родиной готов считается Южная Скандинавия (в древности она называлась Готия), остров Готланд и, вероятно, полуостров Ютландия. Известно также, что в I веке готы жили и на балтийском побережье в устье реки Висла. В середине II века они разгромили проживавших рядом прибалтийских ругов и вандалов, вынудив часть из них мигрировать на юг, в долину Дуная. Сами же готы решили двинуться в Причерноморье. Обычно их переселение на Днепр представляется победным маршем, но это далеко не так. Вторжение готов в южнорусские земли зафиксировано греческими источниками во второй половине 230-х гг. Это на 80 лет позже их победы над прибалтийскими ванами, знаменующей «начало» завоевательного похода. Следовательно, ни о каком триумфальном марше не может быть и речи.

Готский историк VI века Иордан повествует, что готы вынуждены были пересечь топи и болота, которые обычно локализуют в бассейне Припяти. Наконечник копья с рунической надписью, найденный близ Ковеля, может рассматриваться как памятник этого движения. Через некоторое время после преодоления топей они приблизились к Днепру. Если следовать повествованию Иордана, то готы начали переходить реку через мост, но мост надломился, и они были разделены на две группы. Часть их так и осталась на правом берегу Днепра. Те же, кто успел переправиться, поспешили на восток и атаковали племя спалов (Плиний называет их «спалеи»). Это поляне русских летописей! Но как они оказались в Поднепровье: жили здесь с давних времен или мигрировали откуда-то?

Правильный, на наш взгляд, ответ высказал В.И. Щербаков в книге «Века Трояновы». Во II тыс. до н. э. предки полян назывались палайцами и проживали на севере Малой Азии в области Пала (Пафлагония). Венеты, пришедшие защищать Трою, проживали тоже там и относились к палайцам. В Поднепровье их стали величать на славянский лад полянами. Сопоставление малоазийского и приднепровского племен станет еще более впечатляющим, если учесть, что поляне построили Киев, а палайцы город Кий (Страбон, XII, 3, 42). В Поднепровье венеты-спалы пришли «тропой Трояновой», вдоль западного берега Черного моря. Думается, что с именем малоазийской Палы связано и название Польши. Спалы продвигались через славянские края, поэтому «Повесть временных лет» представляет полян как племя славянское. Во всяком случае, их можно считать провозвестниками будущей волны славянского переселения на Русь в VI—VIII вв. Но нам важно подчеркнуть, что в III веке по соседству (в Поднепровье и в Приазовье) стали проживать потомки малоазийских венетов, обошедших Черное море с двух разных сторон.