Волчья стая - Роберт Черрит

– О чем? – сердито отозвался я. – О нас!

При этом моем восклицании несколько людей, проходивших мимо или праздно слонявшихся поблизости, повернули головы в нашу сторону. Мэв сверкнула по сторонам взглядом, полным смущения, схватила меня за руку и потащила за казарму. Здесь она толкнула меня к стене, но я был в таком состоянии, что даже не обратил внимания, где нахожусь.

– Слушай, мы уже хорошо знаем друг друга, но это – больше, сильнее... – Мэв порывисто вздохнула и отвернулась. Она мотнула головой, убирая с глаз непокорные пряди волос. – Знаешь, я никогда не говорила этого перед воинами и назову лжецом любого, кто станет повторять это, но... но ты же знаешь, почему я здесь.

Надежды мои воспарили прямо-таки на головокружительную высоту. Я даже не отваживался помыслить о том, что Мэв по-прежнему думает обо мне, но ведь сейчас ока сама заговорила об этом. Если бы я не чувствовал явственно спиной шероховатую колючую поверхность стены из пенобетона, то я решил бы, что все вокруг – не более чем сон.

Я знал, как трудно ей приходится, знал, потому что и мне было не легче. Любовь, причем самая настоящая любовь, – чувство, которое довелось испытать далеко не каждому из сибов. По крайней мере, что касается любви к людям за пределами сиб-группы. Так что мы оба находились на неизведанной территории.

Мэв шумно вздохнула и, как мне показалось, готова была что-то сказать. Глаза ее устремились на меня, затем снова скользнули в сторону. Она вздрогнула, видимо, сокрушенная огромностью нахлынувшего на нее чувства. Но спина ее снова выпрямилась, когда Мэв наконец собралась с мыслями, чтобы заговорить вновь.

– Брайен, ты верный человек. Ты знаешь, что такое Волчьи Драгуны, что значит наша форма. И я не сомневаюсь, если ты остался с Волком, то все претензии

Алпина на наследство не могут быть справедливы. Ты уйдешь отсюда только после того, как скажешь мне сию же минуту, что это – игра Волка или кто-то играет им с самого начала? В любом случае я знаю, на чем мне стоять.

И только тут я увидел, каким идиотом был. Мэв так и не сказала конкретно – уходит она или остается. Ни слова. Каким же олухом я был, осмеливаясь даже думать, что остался в ее мыслях точно так же, как она – в моих. За все время – ни единой весточки с ее стороны, так же, впрочем, как и с моей. Ей никогда и в голову не приходило, что мы можем разделять чувства большие, чем обычно разделяют по отношению друг к другу два воина.

Собрав осколки моего разбитого вдребезги самолюбия, я попытался принять хорошую мину при плохой игре. И с невозможной на этом свете горечью я произнес:

– Так, значит, ты вернулась сюда из-за Волка.

– Конечно. А ты думал – для чего? Странный какой-то тон почувствовал я в ее голосе. Казалось, она хотела лишний раз получить подтверждение, что приняла верное решение. И что я мог сказать? Что она была воином, а я распаленным любовной горячкой юнцом, с которым шутили гормоны, сбивая с толку по своему усмотрению. Правы были клановцы, подумал я с внезапной решимостью. Чувства не должны находить места на войне. Так и не дождавшись моего ответа, она снова произнесла:

– Вот я и вернулась...

– Но теперь ты уходишь.

Глаза ее помрачнели, она сглотнула комок в горле.

– Я должна.

Разве это ответ? Конечно, приказ есть приказ, я понимал.

– Я думал, что...

Она не дала мне договорить, легонько хлопнув по губам.

– Тут не в тебе дело. Это мои проблемы.

Я так и не постиг смысла ее слов и, должно быть, выглядел в этот момент чрезвычайно глупо. Она несколько натянуто рассмеялась, а затем честно сказала:

– Я боюсь, Брайен.

Вот уж чего никогда не пришло бы мне в голову, так это мысль, что Мэв может бояться.

– Мне сначала казалось, что ты просто добрый малый, как один из сибов. Но ты не похож на моих сибов, и я не могу понять, что все это значит. Когда я рядом с тобой, то совсем по-другому себя чувствую. Очень странно. Просто не знаю, что и делать. Сперва я думала, это потому, что ты первый из сверстников встретился мне после сиб-группы, а все остальное – результат первой встречи с внешним миром, который так внезапно нахлынул на меня. Я думала, что со временем освоюсь и справлюсь с этим чувством, возьму себя в руки. Но теперь – я не знаю, Брайен. – Она уставилась в небо. – Помнишь, когда мы с тобой встретились в поле, ты сказал одну вещь. Так вот, как офицер Драгун я могу справиться со своими чувствами. На поле боя. Здесь же, когда дело касается лично тебя как человека, все совсем по-другому.

Я стоял понурив голову. Снова – в который раз – я не мог совладать со своими фантазиями.

– Понимаю, – промямлил я.

– Ничего ты не понимаешь. – Ее сильные пальцы охватили мой подбородок. Я покорно поднял голову, пока наконец не встретился с ее глазами. – Брайен, мне страшно, страшно до сих пор.

Я не находил слов и понимал, что выгляжу в ее глазах полным идиотом.

– Что мы будем делать?

Мы? Мою решимость отстрелило мигом, словно ступень от ракеты, и рассудок снова понесло куда-то в головокружительную высь. По счастью, тело на это никак не откликнулось. Я тут же обнял ее. Мэв была такой мягкой, такой теплой, что, казалось, таяла в моих обьятьях.

– Извини, – пробормотал я.

Она рассмеялась. Смех получился напряженным, задушенным и приглушенным из-за того, что она уткнулась в мою грудь, но все равно в нем чувствовалась самая настоящая радость.

– А знаешь, для смышленого мальчика ты был тогда недостаточно проворен.

– Но у меня еще будет шанс?

– Сколько тебе их потребуется?

– Больше чем на один я даже не рассчитываю.

– Что ж, он твой, если пожелаешь.

– Еще бы!

Она чуть отпрянула от меня.

– Может, несколько преждевременно съезжать на этот путь?

Я залился краской, когда сообразил, что она имела в виду. Я находился в полном смятении, когда наконец постиг смысл, скрытый в ее словах.

– Думаю, мы могли бы поговорить об этом, по крайней мере, пять минут, – выдавил я.

– По крайней мере, – передразнила она. Затем лицо ее снова стало серьезным. – Наверное, сейчас – не лучшее время, чтобы рассуждать о подобных вещах. Скоро сражение.

Лучше бы его не было. Несмотря на все напряжение, что приносило постоянное ожидание битвы, я не очень-то вдохновлялся мыслями о предстоящем бое. Может, это от безотчетного нежелания сражаться с теми, кто вчера еще считался нашими друзьями. Верно, и полковник придерживался тех же надежд и предположений, поскольку мы работали над планами эвакуации параллельно с разработкой тактики сражения.

– Полковник не собирается ничего начинать первым.

– Он уже начал. Вызов был брошен, когда он отказался покориться судьбе и погибнуть от рук наемных убийц. Узурпаторы не допустят, чтобы он остался в живых.

Я знал, что Мэв права, и обнял ее еще теснее. Первый раз в жизни я не сомневался в том, что ремесло воина – лучшее занятие на свете.

XLV

К тому времени, как Декхан Фразер очутился на другой стороне гор, зона по всему периметру охранялась полком «Бета», находившимся под командованием Фанчер. «Бета» пока не встретила никакого сопротивления, но ожидала его с минуты на минуту. Силы Джеймса Вульфа были слишком малы и контролировали лишь небольшой участок границы континента.

Первые силы сторонников Вульфа прибыли, когда Декхан наблюдал за разгрузкой снаряжения своего недавно набранного подразделения. Норман Картер уже заранее обо всем позаботился, так что Декхану оставалось просто следить за тем, чтобы ничего не стряслось, после этого он направился с докладом в командный трейлер. И чуть не проморгал при этом всю операцию.

Звено, целиком состоявшее из бронетранспортеров на воздушной подушке, спустилось в долину, очевидно еще не зная, что их ожидало впереди. Двигаясь на походной скорости, они представляли собой весьма заманчивые мишени для боевых роботов второго батальона «Беты», которые как раз охраняли этот сектор. Половина всего легкого бронетранспорта была выкошена первым же залпом. Оставшиеся две единицы бронетехники спешно развернулись и попытались скрыться на скорости, которую только позволял развить склон в этом месте. Третий бронетранспортер смяло в лепешку, не успел он преодолеть и сотни метров. Десять секунд спустя командир звена боевых роботов отрапортовал об уничтожении последней бронемашины противника. Этим раскольникам так и не удалось ответить ни единым выстрелом.

Все, что им удалось произвести, – это скрежет механизмов трансмиссии подбитой техники разведотряда.

– Добейте их! – кричал Алпин с распаленной, пунцово-красной физиономией. – Они узнают о нашем расположении!

Фанчер отдала приказ выжечь как следует покореженные останки бронетехники. Алпин так и вперился в дисплей голограммы, пока мерцающий ее свет не представил почерневшие обугленные останки.

– Мы должны уложиться в план, – суетился Алпин. – Фанчер, отправьте ваших разведчиков. Пусть батальон «Йота» под командованием Ли идет после раз-вед групп, а батальон «Каппа» Фразера – следом, для прикрытия. По роте из каждого батальона останутся для удержания рубежей. Задача остальных – поддержка. Мы выдвинемся, как только в боевые роботы будут заложены картографические данные.